Читать книгу - "Развод в 45. Прямой эфир окончен - Виолетта Весна"

Принёс подписанный договор «Новой главы», выписки по двум корпоративным клиентам, график лизинга и личное поручительство. Кредитный менеджер сверила обороты, задала три вопроса о концентрации выручки и показала строку, которую их система считала главной: подтверждённых договоров не хватало на весь период.

— Мы можем вернуться к заявке после основного договора с «Вектором», — сказала она.

— Предварительное соглашение учтёте?

— Только как дополнительный документ. Лимит по нему не увеличим.

Она не обещала другого решения при личной встрече, новых справках или более уверенном голосе. Распечатала отказ по внутренним критериям и предложила сохранить заявку открытой на тридцать дней.

В десять двадцать три я вышел из отделения. До срока «Вектора» оставалось шесть часов тридцать семь минут.

Жанна ждала в студии с кассовым планом. В понедельник корпоративный клиент закрыл лизинговый платёж. В среду «Новая глава» перечислила шестьсот тысяч, из них триста семьдесят восемь ушли Марине как возмещение, а двести двадцать две были распределены на третий выпуск. На счетах студии оставалось достаточно для текущей недели и недостаточно для ноября.

— Банк? — спросила Жанна.

— Нет.

Она внесла отказ в таблицу. Не сказала, что предупреждала.

В нижней строке стояло три миллиона восемьсот тысяч. Так выглядел прогнозный разрыв до конца декабря, если два новых контракта не появятся. Девятого ноября нужно было либо показать команде подтверждённую загрузку, либо начинать разговор о сокращении расходов и уведомлять людей о том, какие смены исчезнут первыми.

Это не был долг, который требовали вернуть сегодня. Таблица складывала будущие зарплаты, аренду, лизинг, налоги и уже принятые производственные обязательства, затем вычитала только подтверждённые поступления. Каждый новый договор уменьшал разрыв. Обещанный заказ без подписи не менял в ней ни одной ячейки.

— Марине цифры покажем сегодня, — сказала Жанна.

— Сначала получим финальную редакцию «Вектора».

— Она вчера спросила прямо.

— И я ответил про текущие обязательства.

— Ты ответил на удобную половину вопроса.

Я открыл письмо Оксаны Ремезовой. Новая редакция пришла в 10:41. «Вектор» убрал право менять готовый выпуск и отдельно подтвердил, что предварительное соглашение не передаёт прав на формат. С трейлерами уступки не было: публикация каждого материала будущего сезона требовала письменного разрешения платформы. Проверка включала содержание, позиционирование и рекламные обязательства.

В основном договоре это условие ещё можно было сузить. В предварительном оно попадало в перечень согласованных ключевых условий — тех, от которых сторона не должна была отказываться без причины на следующем этапе.

— Не подписываем, — сказала Жанна. — Отправляем план сокращений и показываем Марине всё.

— Резерв девятьсот тысяч приходит за два банковских дня.

— И возвращается, если основного договора нет.

— До него мы меняем пункт о трейлерах.

— Ты вчера при Марине согласился сначала изменить его.

— Предварительное письмо не даёт им формат.

— Я умею читать. Оно даёт им наши деньги и календарь. А потом ты придёшь к Марине с фразой: «Если не подпишешь, мы возвращаем девятьсот и платим расходы».

Предел расходов стоял в приложении — двести сорок тысяч рублей. «Вектор» мог потребовать документированные затраты на подготовку, если студия отказывалась от основного договора по согласованным условиям или не обеспечивала участие правообладателя. Формат оставался у Марины. Заставить её подписать было нельзя. Можно было сделать отказ дорогим для людей, рядом с которыми она работала.

Я это понимал.

— Четыре миллиона двести закрывают производство и сохраняют команду, — сказал я.

— Если основной договор состоится.

— Состоится, когда вычистим согласование.

— Тогда сначала вычисти.

До пяти оставалось меньше шести часов. Оксана писала, что следующий проект готов забрать окно и предварительные условия не продлеваются. Это мог быть переговорный приём. У нас не было времени проверять.

Жанна закрыла файл.

— Мои сорок процентов против подписи. Решение по текущей сумме ты можешь принять как управляющий партнёр. Если примешь, я сохраню письменное возражение и не буду объяснять Марине, что мы оба так решили.

— Я и не прошу.

— Хорошо. Тогда хотя бы не называй это спасением всех. Людей ты ещё не спросил.

Она ушла в павильон принимать материал третьего выпуска. Я остался в переговорной с таблицей, где увольнение пяти человек существовало пока только в виде сокращённых ставок, отменённых смен и дат. Можно было убрать второго оператора. Перевести монтажёра на неполную неделю. Отказаться от аренды одного павильона, хотя договор позволял это только с января. Перенести на себя ещё часть звука и постпроизводства. Каждое решение уменьшало расходы и способность студии брать работу, которая могла эти расходы вернуть.

В полдень позвонила бухгалтер. До расчёта с командой в понедельник не хватало двухсот десяти тысяч, если заказчик, обещавший акт, снова перенесёт подпись. Она могла провести выплаты частями только по письменному графику, но предложила сначала получить подтверждение клиента.

Я позвонил. Клиент обещал акт до конца дня и оплату через пять рабочих дней. Обещание не помещалось в понедельник.

В 12:40 Оксана подключилась к видеозвонку. Я попросил заменить предварительное разрешение на уведомление и право проверки фактов. Она отказалась.

— Мы не резервируем дистрибуцию вслепую, — сказала она. — Правообладатель всё равно подпишет основной договор отдельно. Сейчас вы фиксируете готовность