Читать книгу - "Там, где говорит тишина - Виноба Бхаве"

гору и Гангу смотрят с уважением, а человеческой форме не достается и такого почтения. Поэтому частицу божественности, внутренний принцип, который присущ всем, нужно уважать и не унижать. Симпатия вызывает привязанность, а почтение обогащает самую суть [души] и раскрывает человека с лучших сторон. Если мы с благоговейным уважением относимся к другому, он ответит нам тем же. Люди продолжают жить, поскольку почитают свою жизнь. Иными словами, они уважают себя. Без этого невозможно жить дальше. Человек обладает неким качеством, которое убеждает его, что он достоин жизни; это же качество наполняет его жизнь радостью и удовлетворением. Нам следует признать и почтить это качество. Личность не всегда может описать его словами, но мы должны оценить его по достоинству.

Я люблю говорить, что недостатки выступают щитом для добродетелей. Если человек обладает сильной волей, порой он проявляет упрямство. Как тень подчеркивает свет лампы, недостатки подчеркивают достоинства. В отсутствие недостатков добродетели проявлялись бы вяло и слабо. Великим способностям и достижениям часто сопутствует эгоизм. Безусловно, мы воспринимаем эгоизм как недостаток, не как добродетель, а как ее тень. Если мы знаем, что кто-то очень способен и многого достиг, стоит склониться перед этим человеком и проявить должное уважение. Наше смирение, возможно, заставит его осознать свое высокомерие. Если мы видим лишь недостатки, то не сможем увидеть его истинной ценности, а, следовательно, не будем почитать его.

Кожура служит для защиты зерна. Перед тем, как съесть его, мы счищаем кожуру. Невозможно найти человека без достоинств и недостатков; такой человек никак не проявит себя. Если хочешь нарисовать картину, придется замарать белую бумагу. Так же и недостатки нужны, чтобы раскрылись добродетели. Если мы сознаем это, то будем почитать каждого человека. Никогда не следует терять уважения друг к другу. Такое взаимное уважение — средство сауманасьи. Когда мы перестаем уважать других, возникает неуважение и нет общей почвы для взаимодействия. Поэтому в ведийской мысли делается огромный упор на сауманасью в социальной жизни и взаимодействиях. Патанджали помещает сауманасью рядом с саттва-шуддхи (т. е. безмятежностью и удовлетворенностью ума, достигаемым очищением саттвы). В сауманасье есть удовлетворенность и безмятежность ума, уважение к другим и благожелательность к ним. Джнянадева пишет, что человек, отрекшийся от насилия, ступает так, что не ранит и не беспокоит даже мошек; он постоянно заботится о том, чтобы не нарушить сон Господа в форме этих насекомых. Так он выказывает огромное почтение ко всему творению. Господь присутствует повсюду, и мы всегда должны сохранять дух почтительности. Непрерывно сознавая это, следует относиться друг к другу с милосердием.

Однонаправленность ума

Когда человек настолько очищается, что раджогуна и тамогуна полностью исчезают и сохраняется лишь саттвагуна, это саттва-шуддхи. Саттва-шуддхи обеспечивает безмятежность ума и уважительное, учтивое поведение по отношению ко всем существам. Следующее слово — «однонаправленность». Стоит задуматься о том, что Патанджали описывает значение чистоты в связи с однонаправленностью. Многие замечают, что, когда видишь чистое место, пышный луг или тихий берег реки, читта сама собой обращается вовнутрь. На самом деле читта — внешнее явление, это склонность (вритти) обращается внутрь и легко приводит к однонаправленности. Поэтому в священных писаниях говорится, что берег реки или священное место способствуют дхьяне. В «Ригведе» есть такие слова:

«В месте слияния рек или на извилистой тропе к вершине горы естественно возникает медитативный настрой».

Чистота рождает сосредоточение, но это внешняя чистота, а значит и опыт является внешним.

Там, где есть безмятежность, всегда легко возникает однонаправленность. В «Гите» говорится:

«Где есть безмятежность ума, буддхи быстро становится устойчивым, что мгновенно ведет к однонаправленности».

Ум начинает рассеиваться в силу разных отвлекающих факторов. В читте хранится много самскар[76] (отпечатков), которые загрязняют ее. Эти самскары продолжают помещаться в уме в виде воспоминаний. Мы усваиваем эти самскары из того, что видим, слышим, трогаем и читаем. Некоторые связаны с людьми, с которыми мы общаемся. Другие передаются из прошлых рождений или по наследству. Все самскары обычно так или иначе загрязняют ум. Действие самскар не ограничивается моментом, когда они реально происходят, они надолго сохраняются с нами в форме воспоминаний. Наши сновидения — род памяти. Вспоминать прошлое днем — как видеть сны в состоянии бодрствования. Именно такой сновидящий ум, полный воспоминаний о прошлом, заставляет читту блуждать туда-сюда, а потому однонаправленность от нас ускользает. Эти воспоминания проникают в сон и тревожат нас в виде сновидений. Они также тревожат и в состоянии бодрствования. Ум скрыт под слоями воспоминаний, которые вызывают нехватку однонаправленности.

Дети — одни из тех людей, читта которых меньше всего загрязнена самскарами. Стало быть, им легко сосредоточиться. У них также более хорошая память. Поэтому учатся в основном в юном возрасте. Другое дело, что детский ум недостаточно силен, чтобы долго оставаться сосредоточенным.

Мой опыт подтверждает тот факт, что однонаправленность — вполне естественное и спонтанное состояние безмятежного ума. Мне нужно постараться, чтобы сосредоточиться на многих вещах сразу; но мне не требуется никаких усилий, чтобы достичь однонаправленности. Мне не нужно ничего делать; не нужно напрягать глаза или прилагать иные усилия, чтобы сосредоточиться. Для бездействия усилий не нужно. Они требуются, чтобы ум стал думать о разном. Стало быть, однонаправленность должна быть естественным, врожденным состоянием; рассеянность — нет. Когда на читте нет самскар, нет и воспоминаний. Иногда, когда я смотрю на карту, хаотично возникают воспоминания, например, здесь живет такой-то, там я был на собрании, тут случилось то-то. Читта — хранилище воспоминаний, и эти воспоминания смешиваются друг с другом. Это нечистота, загрязненность. Если мы сможем смыть эти самскары, читта легко обретет однонаправленность.

Считается, что Вьяса, автор «Махабхараты», достиг самадхи за шесть месяцев. На самом деле однонаправленность приходит мгновенно. Если Вьясе потребовалось шесть месяцев, это значит только, что эти шесть месяцев он смывал самскары. Когда человек достигает сияния чистой джняны, читта может за мгновение ока достичь однонаправленности; а значит, нет причин для уныния или отчаяния. Тем, кто отчаивается, святой Тулсидас говорит: даже утратив что-то на многие жизни, можно спастись мгновенно, потому не сдавайтесь. Тьма в пещере может царить тысячи лет, но когда в ней зажигают лампу, она рассеивается мгновенно. Много времени не потребуется; внутреннее озарение может произойти прямо сейчас. Иногда такое озарение может сопровождаться явлением святых, а иногда — небесным видением Бога, и тогда ум совершенно очищается. Если озарения не возникает, процесс очищение идет долго и кропотливо. Это возвышенная цель, и восхождение требует труда. Сколько требуется выносливости и терпения? Представьте, что