Читать книгу - "Вселенная океана. Как устроена стихия, которая формирует нашу планету - Хелен Черски"

немаловажно, что плотные эластичные листы гасят энергию волн, создавая в прилегающих водных слоях благоприятные условия для укрытия разных существ. Гибкость и прочность ламинариевых водорослей связана с тем, что в состав их клеточных стенок входят альгинаты. Сегодня эти вещества, добываемые путем экстрагирования, находят применение в качестве пищевых загустителей. В красных водорослях содержатся два других растительных заменителя желатина: агар-агар[79] и каррагинан, тоже используемые в производстве разнообразных кулинарных продуктов. Так что в каком-то смысле почти все мы едим водоросли ежедневно. Другое дело, что в Британии нет традиции употреблять их в пищу целиком (хотя в Уэльсе до сих пор популярно классическое блюдо laverbread, своеобразное пюре из багрянок), и компания Cornish Seaweed видит свою задачу в том, чтобы это изменить. Тим протягивает мне ветвистый красноватый кустик – кусочек осмундеи. Я кладу в рот и разжевываю. Похоже на какую-нибудь зелень с пикантной горчинкой, никакого «болотного» привкуса. Для салата – самое то. Не случайно во многих странах водоросли ценят как отменное кушанье и охотно культивируют.

Водоросли не всегда могут защититься от бушующего прибоя, а потому особое значение для их выживания имеет способность к быстрой регенерации. Собственно, за счет этого людям и удается добывать ценную биомассу, не истощая ресурс: сборщики, как сказано, берут только часть водоросли, и она легко отрастает от места среза. Благодаря такой скорости развития организмы интенсивно усваивают углерод и создают в своем теле концентрацию питательных веществ и минералов, извлеченных из морской воды. Всем, например, известно, что водоросли богаты йодом[80] – элементом, который в изобилии присутствует в океане, но мало распространен на суше. Единственный минус употребления в пищу большого количества водорослей, как признаёт и сам Тим, заключается в риске передозировки йода, что может вызвать проблемы со здоровьем. Впрочем, большинству из нас это не грозит, а вот немного восполнить дефицит точно не помешает. Йод – незаменимый микроэлемент, и крайне важно, чтобы в нашем рационе его было достаточно. Продукты, выпускаемые под брендом Cornish Seaweed, в этом смысле идеальны. Их хорошо добавлять в супы, салаты, выпечку, карри. Они отлично сочетаются с более привычными для нас ингредиентами. В целом же спектр применения водорослей необычайно широк: они служат прекрасным удобрением, используются в производстве съедобной упаковки, косметики, кормов для скота[81] и во многих других сферах. Пока мы с Тимом бродим по отмели, нам попадаются все новые виды водорослей, а заодно и разнообразная морская живность, которая пасется на этих соленых пастбищах. Тим с воодушевлением рассказывает об огромном потенциале водорослей с точки зрения приготовления кулинарных приправ, получения сырья и питательных веществ, поддержания водных экосистем. Мы сходимся на том, что водорослям, пожалуй, повезло: многим они кажутся неприятно-склизкими и блеклыми, иначе бы их давно истребили. Возможно, в будущем люди сумеют лучше уяснить связь водорослей с морем и сушей. Тогда есть шанс, что мы научимся добывать и культивировать их в гораздо бо́льших масштабах, а главное – делать это методами, основанными на гармоничном содружестве с природой, а не на ее завоевании. Литоральный пояс – очень своеобразная среда с непростыми условиями. И очевидно, потенциал водорослей, настоящих чемпионов выживания, мы недооцениваем как раз потому, что не до конца понимаем огромное экологическое значение само́й этой промежуточной зоны.

Вообще говоря, зыбкая переходная полоса между сушей и морем может принимать множество обличий. Мы, британцы, сразу представляем себе наши типичные песчаные пляжи, защищенные высокими скалами или грядами камней, покрытых водорослями. Но ведь на земном шаре встречается куда большее разнообразие прибрежных экосистем: солёные марши, мангровые болота, приморские луга… Любой подобный участок – своего рода «серая» зона, которая одновременно относится и к материку, и к водной среде и населена уникальными по выносливости организмами, целиком не принадлежащими ни к одному из двух миров. Все эти пограничные районы обеспечивают условия для развития многих биологических видов и все чаще рассматриваются экологами как мощный инструмент в борьбе с изменением климата. Может казаться, что океан где-то далеко, но он успешно совершает набеги на сушу, создавая замечательно богатые, самоценные экосистемы. Помимо всего прочего, береговая зона выступает и своеобразным буфером между человеком и водной стихией. Это еще не открытый океан, но наша главная с ним смычка. Побережье правильнее всего сравнить с коридором в другое измерение – воротами, которые открывают нам путь в неведомую вселенную, но сами по себе выглядят знакомо и не отпугивают.

По следам водорослей

Не стоит думать, что употребление в пищу водорослей – какая-то новая мода. В 1977 году в ходе раскопок, проводившихся американским антропологом Томом Диллехеем в археологической зоне Монте-Верде на юге Чили, были сделаны удивительные (и удивительно хорошо сохранившиеся) находки. Удалось обнаружить большие каменные очаги, остатки деревянных хижин, обрывки одежды, растения, куски мяса, каменные и деревянные орудия, ягоды, фрукты и шкуры животных. Ученые установили, что здесь находилось небольшое поселение древних людей. Отыскалось даже несколько отпечатков человеческой ступни. Словом, то был настоящий кладезь – редкостное везение для неизбалованных археологов, которые привыкли годами собирать по крупицам свидетельства об исчезнувших культурах, довольствуясь разрозненными фрагментами каких-нибудь камней или костей. Чем же объяснялась невообразимая сохранность? Все дело в протекающей поблизости реке. При подъеме уровня воды это место оказалось укрыто, как теплым одеялом, кислыми болотистыми почвами с пониженным содержанием кислорода. Такая влажная торфяная среда служит идеальным природным консервантом: бактерии в ней не разлагаются тысячелетиями. Органические следы пребывания древнего человека лежали в трясине нетронутыми, пока в один прекрасный день Диллехей не отыскал эти материальные остатки – неожиданный мостик в далекое прошлое. Радость открытия лишь слегка омрачал один странный факт, которому, впрочем, многие в то время не придали особого значения: согласно радиоуглеродным датировкам, возраст археологического памятника составлял около 14 800 лет, что не имело внятного объяснения. На тот момент считалось общепризнанным, что первые люди появились на Американском континенте как минимум на тысячу лет позже. Кто же эти первобытные поселенцы, построившие здесь свои деревянные хижины? В ходе дальнейших изысканий внимание ученых привлек необычный элемент повседневной жизни палеоиндейцев: девять видов водорослей. Однако, чтобы по-настоящему понять историческое значение водорослей, нам понадобится заглянуть в еще более глубокую древность.

Примерно 26 тысяч лет назад Земля выглядела по нынешним меркам не слишком гостеприимно. Четверть суши покрывали сплошные нетающие льды, а средняя температура на планете была на 6 °C ниже, чем сегодня. Вся территория современной Канады и значительная часть современных США покоились под непреодолимым ледниковым панцирем, сковывавшим пространство от Атлантики до Тихого океана. Белоснежная толща возникла за счет огромных масс