Читать книгу - "Рассказы из русской истории. Поэты Империи - Владимир Ростиславович Мединский"

и большую карьеру он не успел построить. Хотя я уверен, что, проживи Грибоедов еще двадцать-тридцать лет, это был бы второй Горчаков. А может, и «первый Горчаков». Он стал бы министром. Канцлером. Одним из первых и лучших сановников империи.

Я нередко прохожу на Чистых прудах мимо памятника Грибоедову, который, как и портрет Крамского, лишь в какой-то степени передает, как он выглядел на самом деле. Тоже лоб с начесом. Тоже одет как франт. Стройный, выше среднего роста. И — с подчеркнуто твердым лицом.

Повторю, мы не знаем, был ли он таким. Но мне кажется, скульптор хорошо «угадал» Грибоедова. Не внешность — характер.

Ведь как бы он ни выглядел внешне, каким бы ни казался интеллигентным очкариком, на самом деле это был человек с внутренним стержнем. Вся его жизнь была попыткой доказать окружающим, да и самому себе, что время «екатерининских орлов», время «богатырей 12-го года» не закончилось. Что у России есть люди, которые могут постоять и за собственную честь, и за честь своих друзей, и за свою страну.

Таким, мне кажется, и был Грибоедов: необычный, очень разный и очень внутренне сильный. Посмотрите на этот памятник и запомните Александра Сергеевича таким.

А еще — перечитайте еще раз «Горе от ума». Такое ощущение, что оно написано вчера. Легко, остроумно, изящно. Как будто его писал модный рэпер, только очень-очень хорошо образованный и талантливый.

Глава 4. Поручик Лермонтов. Часть первая

Казалось бы, Лермонтов оставил огромное творческое наследие: триста пятьдесят стихотворений, тридцать поэм, семь прозаических произведений.

На самом деле это не совсем так. Все написанное им умещается в один том. Лермонтов очень мало успел. При жизни у него вышел только один поэтический сборник. Плюс роман «Герой нашего времени». Остальные стихи если и печатались, то в журналах, альманахах. Основная масса произведений была опубликована уже после смерти Лермонтова.

И если Пушкин еще при жизни был признан первым поэтом России, то Лермонтов современниками воспринимался всего лишь как «один из…». Слава пришла к нему посмертно. Почему все сложилось именно так, мы с вами и постараемся разобраться.

Его непрожитые жизни

Сразу оговорюсь: огромное количество людей разбирается в творчестве Лермонтова гораздо лучше, чем я. «Лермонтоведение» — отдельная дисциплина в нашем литературоведении. Академия наук СССР в 1981 году издала целую «Лермонтовскую энциклопедию» — а мало кто в нашей стране удостоился персональной энциклопедии. Уверен, что и среди читателей найдется немало тех, кто лучше меня знает его творчество. Но литературные темы поднимать я и не буду, разве что они связаны с какими-то событиями в его биографии.

Поговорим о Лермонтове как о человеке. И в первую очередь о той стороне его жизни, про которую известно довольно мало, — о Лермонтове как о профессиональном военном, о Лермонтове-офицере.

Природа щедро одарила его талантами.

Он мог бы стать художником — сохранились десятки написанных им акварелей, картин маслом, сотни рисунков. И все они очень профессиональны.

Мог стать шахматистом — современники отмечали, что он очень хорошо играл в шахматы.

Или профессиональным музыкантом — Лермонтов был очень музыкален, играл на скрипке, фортепьяно, флейте.

Говорят, даже математиком мог бы стать.

Но стал военным.

В чем повезло Пушкину

У Пушкина и вековой его юбилей в 1899 году отмечали относительно широко[104].

А уж столетие со дня смерти в 1937 году вылилось в мощное общегосударственное мероприятие. Именно тогда, в 1937-м, имя Пушкина было присвоено Государственному музею изобразительных искусств и одной из центральных улиц Москвы (сейчас снова Большая Дмитровка), издано «Полное собрание сочинений», по всей стране появились сотни и сотни названных его именем улиц и площадей. Повезло в этом отношении Александру Сергеевичу.

Лермонтову, прямо скажем, не повезло. Он родился в октябре 1814 года. В год его столетия полным ходом шла Первая мировая война. Тут не до праздника. Столетие смерти Лермонтова пришлось на конец июля 1941 года. Тоже не до отмечания[105].

Относительно широко удалось отметить только двухсотлетие со дня рождения Лермонтова. Я тогда служил в Министерстве культуры Российской Федерации, много полезного удалось тогда «под дату» сделать. Так что хотя бы спустя две сотни лет Михаил Юрьевич получил свой юбилей.

Запутались в гвардейцах и драгунах

Лермонтова мы помним таким, каким он изображен на «классическом» портрете 1837 года кисти художника Петра Заболотского, одетым в гусарский мундир. О мундире мы обязательно еще поговорим. А пока привлеку внимание читателя к одному любопытному аспекту.

П. Е. Заболотский. Портрет М. Ю. Лермонтова в ментике лейб-гвардии Гусарского полка. 1837

Автор портрета Лермонтова был и его учителем живописи

Все наши блестящие лермонтоведы начиная с Ираклия Андроникова — люди штатские. В армейские тонкости никогда особо не погружались. Порой ситуация доходит до смешного. Недавно был в замечательнейшем музее Лермонтова — самом первом из созданных. Я уже готовился к лекции о Лермонтове, поэтому все там обошел, погружался в детали, напитывался.

А потом спрашиваю: почему везде говорят, что Лермонтова отправляли в «ссылку» (сознательно беру это слово в кавычки) на Кавказ с понижением? Почему утверждается, что за шесть лет военной службы начиная с выпуска он так и не продвинулся по карьерной лестнице?

Тут собрался целый коллоквиум музейщиков, которые о Лермонтове знают все, причем наизусть. И — все запутались. Никто не мог понять, как соотносятся между собой воинские звания — гвардейские, драгунского полка, пехотного полка. Лермонтоведов такие тонкости не интересуют, это все на периферии их интересов. Но