Читать книгу - "Причудливый узор нити жизни - Ирина Лядова"

– А ей что, место? – всхлипнула Марыся, указывая на Злату, сидевшую на траве.

– На ней метка Нави, забыла? – вполголоса заметил Яр.

Марыся снова всхлипнула и оттолкнула Яра от прохода. Ударив несколько раз по камню и ничего этим не добившись, она села на землю и разрыдалась. Злата подошла к девушке и присела рядом, пытаясь её успокоить.

– Это мне, мне туда надо! – всхлипывала Марыся. – Не тебе!

Не выдержав собственных эмоций, девушка толкнула Злату. Та упала в траву, удивлённо наблюдая за обычно спокойной Арысь-поле. Подошедший Яр помог подняться Злате, а затем оттащил Марысю от входа. Что-то прошипел, щелкнул пальцами и Марыся заснула. Полоз покачал головой, глядя на неё. Затем встал и направился к Злате.

– Я не хочу, чтобы ты туда шла, – горько сказал он, не глядя девушке в глаза. – Но остаться здесь ты не можешь.

Он немного помолчал и добавил:

– И, как видишь, сопровождать тебя никто не вправе.

Злата с грустью посмотрела на Марысю. С ней было бы намного спокойней.

– Запомни, там время течёт иначе, – посмотрев на небо, мальчишка засуетился. – Пора. Если сейчас не уйдешь, беда будет.

Каркнул ворон. С ближайших деревьев взлетела стайка маленьких птичек. Злата испуганно огляделась.

– Будь осторожна, – не дав опомниться, Яромир толкнул её в проход, отчего девушка упала. Он опять что-то прошипел, топнул ногой и стена начала закрываться.

Злата встала с земли, со страхом наблюдая, как уменьшается полоска света. Яр стоял спиной к стене. Судя по звукам, на поляне что-то происходило: кто-то рычал, кто-то кричал. Тут каменная стена полностью захлопнулась, и Злату окутали тишина и темнота.

Девушка в панике пыталась достать свёрток, что ей дал Яромир. Темнота давила, на какой-то миг ей даже начало казаться, что она ослепла. Но вот, наконец, она нащупала заветный сверток. Стоило размотать тряпицу, как цветок папоротника озарил пещеру.

Злата ахнула и прикрыла глаза. Привыкнув к свету, девушка начала рассматривать подарок Полоза. В её руках – не просто цветок, а настоящее сокровище. Он был выполнен из драгоценных каменьев и сверкал так, что при взгляде на него резало глаза. Свет от цветка создавал причудливые тени на стенах, и сердце Златы учащённо билось при взгляде на них. В пещере было холодно – изо рта Златы вырывалось облачко пара. Здесь, под землёй, была самая настоящая зима. С потолка свисали причудливые сосульки, они же словно росли из земли. По стенам разбежалась изморозь. Девушка поёжилась и полезла в котомку за чем-нибудь теплым. Накинув платок и сжав покрепче в руках драгоценный цветок, Злата пошла единственной доступной ей дорогой – вперёд.

Пещера поражала воображение, и Злата увлечённо рассматривала коридоры, по которым шла. Гигантские сосульки сверкали на свету, бликуя различными оттенками – от нежно-голубого до яркого белого. Где-то изморозь на стенах ощетинилась иголками, а где-то свисала снежной бахромой. Каменные коридоры то извивались, то расширялись, то сужались, одно было неизменно – ледяные узоры, пускающие разноцветные блики из-за света, исходящего от цветка папоротника.

Злата не знала как долго она идёт под сводами пещеры. Ей казалось, что уже всю жизнь. Девушка давно потеряла счёт времени и не знала, сколько часов прошло с тех пор, как она сюда вошла. В животе заурчало. Злата устало присела на большой камень, задумчиво оглядывая место, где оказалась. На ближайшей к ней стене что-то виднелось и, приглядевшись, она обнаружила непонятные рисунки.

Не решившись развести костёр, Злата наскоро перекусила пирожками и вновь собралась в путь. Стоило как можно скорее найти выход из пещеры.

Дорога не радовала. Становилось холоднее, а каменные коридоры всё сужались, змеей извиваясь внутри горы. Порой девушке приходилось нагибаться, чтобы пройти через многочисленные проходы. В свете цветка всё вокруг казалось тёмным и зловещим. Порой тишину разрушал тихий шорох, тогда можно было заметить, как по каменной стене пробегает ящерица. Злата каждый раз вздрагивала, наблюдая за сероватыми тельцами ловко бегущими по стенам. Чем дальше уходила девушка, тем больше становилось ящериц. Так Злата шла вперёд, пока от усталости не начали подкашиваться ноги.

«Не могу больше», – мелькнула мысль, и девушка опустилась на пол пещеры.

В этой части коридора он был земляной, и его устилали камни разной величины. Разворошив их, Злата скинула платок на землю и улеглась на него, положив котомку под голову. Обняв сверкающий цветок, Злата сразу заснула.

По щеке что-то ползло. Холодное и маленькое. Злата громко завизжала, скидывая маленькое тельце. Продолжая кричать, она вскочила и замахала руками, пытаясь скинуть с себя всё, что могло по ней ползти. Наконец она открыла глаза и увидела, как от неё разбегается целая толпа ящериц. Одну из них девушка как раз и смахнула со своего лица. Перестав кричать, Злата снова села и обняла колени, поджав их к груди. Её крик всё ещё эхом гулял под сводами пещеры, отражаясь где-то далеко.

Ящерки выглядывали из темноты, выбегая из углов поближе к девушке. Не выдержав столь пристального внимания с их стороны, Злата встала и, набросив платок и котомку на плечи, отправилась дальше, освещая себе путь чудесным цветком. Далеко уйти не удалось, девушка уперлась в развилку.

«Как там в быличках говорилось? – думала она. – Прямо пойдёшь – смерть свою сыщешь? Если это о Нави, то какой из этих двух каменных проходов – прямо? Как же быть?».

Оглядевшись, она вновь сбросила котомку на землю и присела рядом. Ящерки отстали, и в небольшой круглой пещере с двумя выходами девушка была одна.

На всякий случай осмотрев стены пещеры, Злата решила поспать ещё. Устроившись на земле, она прижала цветок к груди и заснула. Сквозь сон ей слышались голоса. Кто-то что-то обсуждал на непонятном ей языке, а потом и вовсе снилось, что она летит через пещеры куда-то вперёд. Затем наступила тишина, и ничто больше не мешало её сну.

Пробуждение было резким, словно ледяной водой окатили. Распахнув глаза, Злата села на лежанке и с удивлением огляделась. Несколько минут девушка пыталась понять сон это или явь. Она находилась в небольшой светлой комнатке, стены которой были украшены яркими самоцветами. Её котомка стояла тут же – рядом с лежанкой, а сверху на ней притулился цветок папоротника.

На одной из стен было маленькое круглое окошко, через которое сочился яркий свет, на другой стене висела занавеска, скрывающая дверной проем.

«Солнце! – радости Златы не было предела. –