Читать книгу - "Отложенная жизнь. Как перестать ждать удобного случая и понять, что у тебя есть только сегодня - Райан Линднер"

друга за то, «какие они есть». Как это возможно? Они же сами не знают, кто они такие. В основном, когда они говорят «Я тебя люблю», они имеют в виду, что любят ту полноценность, которую вы им обеспечиваете, до тех пор, пока ситуация не меняется. Успех отношений часто определяется тем, откуда человек черпает свою ценность: изнутри или извне.

У вас всегда будет два варианта: беспокоиться или не беспокоиться. Независимо от того, что вы выберете, беспокойство ничего не изменит.

Ум живет худшими сценариями. В подавляющем большинстве случаев ситуации развиваются не так, как вы предсказывали. Они развиваются в том ключе, который вы не можете предвидеть. Так что ваши переживания не помогают, а, наоборот, только причиняют боль.

Одной из моих клиенток была девушка, которая бесконечно переживала. Полгода она рассказывала, как застрянет на работе с кучей дополнительных обязанностей, когда ее начальница уйдет в декрет. Она, конечно, была уверена, что не справится с ними. Целых шесть месяцев она по-настоящему страдала, даже впала в депрессию. Ее разум безостановочно работал, и она не могла ничего услышать за этим шумом. Никакое другое мнение не могло повлиять на нее. А когда ее начальница ушла в декрет, компания наняла на полную ставку еще одного менеджера, который выполнял задачи даже лучше ушедшей начальницы. Учитывая готовность моей клиентки помогать в отсутствие руководителя, ей повысили зарплату. Она не могла в это поверить.

У нас был длинный разговор обо всем этом волнении, которое оказалось напрасным, и она даже посмеялась над ситуацией. И тут она осознала: переживания ничего не меняют. Если бы она не волновалась, то могла бы подготовиться к любому исходу точно так же. А еще ситуация дома с мужем и детьми была бы лучше, ведь не было бы стресса и давления на себя и других.

И тогда она решила, что никогда больше не будет тратить свое драгоценное время на беспокойство, которое того не стоит.

А вы можете примириться с неопределенностью? Ведь это и есть волнение – дискомфорт от неопределенности. Конечно, вы можете подготовиться к событиям, но не имеете над ними никакого контроля. Просто поверьте, что вы отреагируете на ситуацию так же, как и всегда, со всей уверенностью, какой вы обладаете. Не важно, будет ли исход желаемым, беспокойство ни на что не повлияет.

Вы помните, из-за чего переживали год назад? Неделю? Нет. Одни переживания сменяются другими по поводу нового кризиса из вашего бесконечного списка дел.

Одно дело волноваться в ситуации, например, когда вы плаваете в океане и видите большую белую акулу, направляющуюся к вам, – это страх. Но бо́льшая часть поводов для волнения – это истории, которые вы придумываете, чтобы попытаться предугадать исход ситуации.

Когда вы живете прошлым или будущим, время утекает сквозь пальцы, и однажды вы поймете, что потратили его напрасно.

Время – это иллюзия, что у вас есть еще будущее, чтобы найти себя.

– Экхарт Толле

Большинство людей рано или поздно сталкиваются с каким-либо ужасным диагнозом. Что они делают? Они начинают размышлять о своей жизни, изучать «душу», составлять списки вещей, которые надо успеть сделать, медитировать, обращаться к Богу и впервые в жизни искать покой. В моменте их заземляет травма. Но что, если бы вы прожили так всю свою жизнь – вне пузыря?

В своей книге «Черный лебедь» Нассим Николас Талеб предлагает «теорию черного лебедя», описывающую предвзятость, из-за которой люди остаются слепы к неожиданным травматичным событиям и катастрофам, которые можно было предсказать – террористическая атака, стрельба, обрушение моста или пандемия, – и которые в ретроспективе имеют рациональное объяснение.

Так происходит в случае травматичного события, когда мы на короткое время обретаем ясное видение, а потом шок ослабевает, и мы возвращаемся к тому, что знакомо. Например, после аварии мы решаем застраховать свою жизнь… А нет, уже отпустило.

Ваше желание измениться прямо пропорционально тому, насколько сильно вас что-то шокировало.

Часто мы ошибочно определяем, с какой частотой происходят те или иные события, потому что пока они не ворвутся в наш пузырь, мы воспринимаем их как посторонний шум. Но автомобильные аварии, сердечные приступы, рак, ураганы случаются постоянно. Нам просто так не кажется, потому что в моменте время течет медленно, а мы живем в своих головах. Мы не думаем, что такое может случиться с нами, пока оно не происходит. Но ведь с кем-то происходит – в целом это не такие уж редкие случаи, – и однажды этим кем-то станете вы.

Опять же, в своем пузыре мы видим мир, который имеет отношение только к нам. Все остальное – белый шум. Событие должно произойти внутри пузыря, чтобы вы смогли его увидеть. Если человек не видит непосредственной связи с собой, то это «не его проблема». «Другие помогут». Самое страшное – это когда так думают все.

Когда кто-то выбрасывает окурок в ливневку или бросает пластик в контейнер для стекла, он выбирает сознательное невежество, как бы говоря: «Сейчас это на меня никак не влияет, и я не вижу никаких последствий от этого действия, значит, мне все равно. Не моя проблема».

Засухи, лесные пожары, таяние полярных льдов или болезни – это не ваша проблема. Климат – не проблема, пока он не окажется внутри вашего пузыря. Сохранение окружающей среды – не проблема, пока не окажется вашей проблемой: сегодня существуют виды животных и растений, которые ваши внуки увидят только в книгах. Заболевания – не проблема, пока не заболели вы.

Спросите людей, волнует ли их это, и некоторые скажут, что да. Некоторые реально беспокоятся. Но у этого беспокойства есть разные степени. Кто-то будет переживать, но ничего не сделает: времени не хватает, да и это все равно ничего не изменит. Они не уверены, появится ли у них в принципе когда-нибудь время, чтобы заботиться о таких вещах. Они зрители, ждущие лучшего завтра, которые следят за миром, но не живут в нем.

Каждый год недалеко от моего офиса гусыня вила гнездо в грунте на разделительной полосе в центре огромной парковки. Я хотел бы, чтобы она этого не делала: место слишком небезопасное. Но каждую весну она возвращалась и сооружала из грунта холмик с большим углублением в середине. Я часто думал, как далеко она улетает и как каждый раз находит это конкретное место.

Я наблюдал за ней день за днем, неделю за неделей, а она все сидела на яйцах – и в дождь, и в холод, и в жару. Иногда, когда