Читать книгу - "Спор о соли и железе (Янь те лунь) - Хуань Куань"

убрав запятую перед чжи; на его взгляд, из фразы нэй я сун выпал неизвестный знак, стоявший в оригинале между нэй и я, и первоначально фраза эта представляла собой полную параллель заключительной фразе вай мин хэ луань (см.: ЯТЛ, с. 92, пр. 10). По предположению Ван Пэй-чжэна, выпавший знак — это знак цзо [22] («слагать»): в докладах сановников в «Хань шу» часто встречается выражение сун шэн цзо [23] («слагались хвалебные песни (или: звуки «Гимнов»)») (см.: Ван Пэй-чжэн, с. 44; ср.: Гунъян чжуань, гл. 16, с. 86; ХШБЧ, гл. 12, с. 363; гл. 72, с. 4601, и др.). Но Ван Ли-ци показал, что выпавший из текста знак — юн [24] («петь», «читать нараспев»): он стоит в одном издании «Янь те лунь» (см.: ЯТЛ (ЦДБ), с. 160, 164 (пр. 13), 165, пр. 14). Фраза мин хэ луань дословно означает: «заставлять звучать (при езде) колокольчики, прикрепленные к перекладине для опоры на передке колесницы (хэ), и колокольчики, привязанные к концам удил коней (луань), [на звон которых отзываются первые]» (Ма Фэй-бай считает, что колокольчики луань прикреплялись к перекладине оглобель (см.: ЯТЛЦЧ, с. 94, пр. 3)). Рассматриваемый текст «Янь те лунь» — часть описания функционирования Сына Неба как благой природной стихии. В «Ли цзи» сказано: «Сын Неба составляет триаду с Небом и Землей, поэтому его внутренняя духовная сила равна [силе] Неба и Земли, одновременно приносит пользу тьме существ, сияет наряду с солнцем и луной и не оставляет [без света ничего, даже самого] крошечного и малого, ясно освещает [страну, лежащую между] морей четырех [стран света]. Когда он находится при дворе, то говорит о порядке, [соответствующем] нормам поведения и справедливости человеколюбивого совершенного мудреца; когда находится на отдыхе, то внемлет звукам «Од» (Я [25]) и «Гимнов» (Сун [26]) (имеются в виду стихи трех разделов «Ши цзина», давшие им названия — «правильные» оды, исполнявшиеся на царских праздниках, и «хвалебные» песни, в основном в честь основателей династий, исполнявшиеся в храме предков (см.: Legge, CA, с. 221-222 (IX.XIV); ср.: Лунь юй, с. 99 (9.15), пр. 1). — Ю. К), ...когда всходит на колесницу, то бывают [слышны] звуки колокольчиков, привязанных к концам удил коней, и отзывающихся на них колокольчиков, прикрепленных к перекладине для опоры на передке колесницы...» (Ли цзи, св. 50, гл. 26, с. 2а; ср.: Legge, LK, т. 28, с. 256). В 3 изданиях «Янь те лунь» вместо луань [27] стоит его синоним луань [28]; как поясняет Ван Ли-ци, первое написание указывает на материал, из которого изготовлялся колокольчик (отсюда ключ «металл»), а второе — на его форму: он имел вид мифической птицы луань (отсюда ключ «птица») (см.: ЯТЛ, с. 92-93, пр. 11).

1265

Чунь дэ [29], где слово чунь [30] (синоним чунь, или шунь [31]) значит «чистый», «без примесей», «однородный»; его антонимом является слово бо [32] («пестрый»). Как указывает Мэй Фу, «если один цвет [покрывает] все тело, это называют чистотой (шунь); если белое и черное смешаны вместе, это называют пестротой (бо)» (ХШБЧ, гл. 67, с. 4457). Мэй Фу вводит цветовые образы «чистоты» и «пестроты», характеризуя «путь истинного царя» (который, впрочем, прямо не назван) и «путь гегемона» как предлагающие разные способы подбора кадров, предъявляющие разные требования к нравственным качествам чиновников (см. выше, с. 80-84). Ранее эти цветовые образы встречаются у Сюнь-цзы тоже в связи с характеристикой «истинного царя» и «гегемона» и их помощников. Сюнь-цзы приводит изречение: «Если кто чистого [цвета], то является истинным царем; если кто пестрого [цвета], то является гегемоном; если кто не имеет ни одного из этих [видов окраски], то погибнет». Будучи способным и имея способного «канцлера», правитель является «истинным царем»; будучи неспособным, но выбрав себе способных помощников, правитель является «сильным» (т. е., видимо, «гегемоном»); будучи неспособным, но не понимая необходимости выбора способных помощников и используя на службе льстецов и фаворитов, правитель обрекает себя на опасность и в конце концов на гибель. «Истинный царь» выдвигает на передний план справедливость и отодвигает на задний выгоду, ищет по-настоящему способных людей, невзирая на степень их родства и занимаемое ими положение; правитель, обреченный на гибель, поступает диаметрально противоположным образом; правитель, чье государство сохраняется («гегемон»?), использует установки то «царя», то его антипода. Сюнь-цзы также указывает, что почти полное отсутствие конфуцианских ученых — недостаток владения Цинь, из-за которого тамошний государь при всех достоинствах своей страны далеко уступает «истинному царю». В связи с этим комментатор Ян Лян [33] (жил ок. 818 г.) интерпретирует слово «чистый» из оппозиции «чистый — пестрый»: ««Чистый» сказано о том, что он (истинный царь. — Ю. К.) всецело применяет путь конфуцианских ученых» (см.: СЦЦШ, гл. 11, с. 143-144; гл. 16, с. 218; ср.: Koster 1967 (I), с. 135-136, 211; Синицын 1974, с. 149-150). В I в. Хуань Тань писал: «Путь истинного царя чистого цвета, без примеси; такова его внутренняя духовная сила. Путь гегемона пестрого цвета, смешанный; таковы его свершения» (И линь, гл. 3, с. 34; ср.: Pokora 1975, с. XX, 5-6). Таким образом, установка «истинного царя» на единство, проявляющаяся в выборе себе помощников «того же рода», что и он, — конфуцианских ученых, имеет отправной точкой «чистоту» его «внутренней духовной силы» (см. выше, с. 81-82).

1266

Земли сюнну рассматривались китайцами как непригодные для возделывания и, следовательно, для того, чтобы с них прокормиться (см.: Кроль 1978 (I), с. 46; Кроль 1978 (III), с. 23-25). Чжань го [33а] («сражающиеся государства (или царства)») — название семи сильнейших китайских государств V-III вв. до н. э., после образования империи (221 г. до н. э.) постепенно превратившееся в название соответствующего исторического периода (453-221 гг. до н. э.) (см.: К. Васильев 1968, с. 3, пр. 1).

1267

Вай чэнь, см.: (Kurihara, с. 243-262, 12-13); пр. 23 к гл. 1. «Подданный внешней [области мира]» признавал себя «подданным» Сына Неба, должен был являться на весенние и осенние аудиенции на границу (см.: ШЦХЧКЧ, гл. НО, с. 54; ср.: Таскин 1968, вып. 1, с. 55), получал от императора печать, должен был периодически вносить дань (см.: ХШБЧ, гл. 95, с. 5410, 5406), но считалось, что «внутренняя духовная сила» китайского монарха распространена во «внешней» области мира в меньшей степени, чем во «внутренней», и потому там действовали только «обряды» (ли [34]), а не «законы» (фа [35]) императора (см.: Kurihara, с. 12-13). Сочетание