Читать книгу - "Столетняя война. Том III. Разделенные дома - Джонатан Сампшен"

западу от Бургоса. Как только ратификационный договор оказалась в его руках, Гонт начал переговоры с представителями герцога Беррийского. Обе стороны встретились в августе возле удерживаемой англичанами крепости Мортань на северном берегу Жиронды. Там, 18 августа 1388 года, они договорились о перемирии до марта следующего года, охватывающем всю Францию к югу от Луары. Перемирие положило конец походу Арундела. Его армия погрузилась на корабли и отплыла восвояси. 3 сентября 1388 года флот прибыл в Уинчелси. Кроме разграбления залива Бурнеф, Арундел так ничего и не добился[920].

Когда 10 сентября 1388 года Парламент собрался для рассмотрения кризиса, стало ясно, что доверие политического сообщества к режиму лордов-апеллянтов исчезло. Сессия проходила в Кембридже, в августинском приорстве Барнуэлл, предположительно потому, что оно находилось вдали от политической напряженности Вестминстера и Лондона. Сравнительно немногие из тех, кто был избран в феврале, были переизбраны в сентябре. Ход судебных заседания неизвестен из-за утраты официальных документов, но ясно, что судебное преследование рыцарей двора Ричарда II, которое было отложено по завершении Беспощадного Парламента, было прекращено. Это решение отразило всеобщее разочарование Палаты Общин в поведении ведущих лордов-апеллянтов. Они были особенно недовольны результатами экспедиции Арундела. Она стоила больших денег, около 34.000 фунтов стерлингов или почти в два раза больше, чем половина субсидии, за которую проголосовал Беспощадный Парламент. Палата Общин обвинила Арундела в том, что он отправился на месяц позже назначенного срока, что, по их мнению, стоило ему поддержки герцога Бретонского и требовали объяснить, почему он просит жалованье за четыре месяца, когда он отслужил только три. Предложенные экономические меры и реформы, которые, как ожидалось, должны были преобразовать финансы правительства, не осуществились, и правительство лордов-апеллянтов подозревалось в сокрытии или растрате ресурсов короны, как и предыдущие правительства. В этом мнении была определенная справедливость. Апеллянты убедили Безжалостный Парламент разрешить им взять 20.000 фунтов стерлингов из пошлин на шерсть за их труды "во спасение короля и всего королевства", сумма, которая превышала все поступления от половинной субсидии, предоставленной в марте. Львиная доля этой суммы, вероятно, досталась безбедному герцогу Глостеру, но аппетиты Арундела были не намного меньше. Он оделил себя премией в 1.000 марок и удвоил свое собственное вознаграждение в качестве капитана Бреста. Эти мелкие скандалы лишь укрепили парламентариев в общепринятом мифе о том, что честное правительство найдет способ финансировать войну из собственных источников[921].

Что касается Совета, то он не был занят ведением войны с июня. Его члены уже общались с французским двором по поводу возможности долгосрочного перемирия, но для того, чтобы иметь хоть какие-то преимущества для переговоров, им нужна была убедительная угроза военных действий. Они изо всех сил пытались убедить Парламент профинансировать еще одну кампанию против Франции. Но их мольбы остались без ответа. План отправить еще один военный флот в море в том же месяце, похоже, был объявлен на открытии сессии, но почти сразу же от него отказались. На его место был выдвинут другой, довольно туманный план, предусматривающий неопределенную континентальную экспедицию весной 1389 года. Палату Общин интересовали только действия против шотландцев, и в конце концов она проголосовала за субсидию, в одну десятую и пятнадцатую от движимого имущества, гораздо меньше, чем требовал канцлер, к тому же зарезервировав ее для кампании возмездия на севере в следующем году. Парламент был распущен 17 октября 1388 года. Глостеру, Арунделу и Уорику удалось сохранить контроль над правительством еще на несколько месяцев, но они уже отказались от большей части своей первоначальной программы. Вскоре после этого английское правительство согласилось принять участие в конференции с представителями Карла VI на границе в Пикардии. Примерно в то же время Джон Гонт получил полномочия начать переговоры о заключении сепаратного мира между Англией и Кастилией[922].

* * *

В начале сентября 1388 года французская армия двинулась на Гельдерн. Герцог Бургундский возглавил передовой отряд двигавшийся на север из Шалон-сюр-Марн. Король в сопровождении коннетабля, герцогов Беррийского и Бурбонского, а также большинства ведущих дворян Франции выступил из Монтеро несколькими днями позже. С общей численностью в 16.000 человек это было самое крупное кавалерийское соединение, сформированное во Франции со времен Бурбурской кампании 1383 года. Масштабы кампании, которые значительно превышали то, что действительно требовалось, были обусловлены главным образом участием короля, который настоял на участии в ней вопреки здравым советам своих дядей. Герцоги предпочли бы меньшую армию с гораздо меньшим обозом, которую было бы легче снабжать. Трудности усугублялись выбором маршрута. Логичнее всего было бы сосредоточить армию у Лилля и пройти через восточную Фландрию и Брабант. Но ущерб и стоимость прохождения большой французской армии через их территорию привели в ужас города Брабанта, несмотря на то, что ее предполагаемой целью была защита их от врагов на востоке. Брабантцы угрожали опустошить страну и закрыть ворота городов перед лицом французского наступления. Поэтому Филипп, чье влияние там частично зависело от их доброй воли, был вынужден изменить маршрут армии, введя ее в Германию дальше на восток через Арденны и пройдя через герцогство Люксембург. Это означало поход по крутым, густо заросшим лесом долинам с плохими дорогами и очень скудными запасами провианта, чтобы прокормить такое большое войско[923].

24. Французское вторжение в Гельдерн, сентябрь-ноябрь 1388 года

Гельдернская кампания не удовлетворила жажду военной славы короля. Армия продвигалась под проливным дождем в течение двух недель, прежде чем преодолеть безлюдные перевалы Шнее-Эйфель, где было холодно, а земля уже покрыта снегом. 25 сентября 1388 года французы вошли в плодородные низины Юлиха, направляясь к южной границе Гельдерна. Там они разбили лагерь вдоль дороги к югу от города Эркеленц, пока их командиры обсуждали, что делать, и ждали подвоза припасов. Французская армия оставалась там в течение трех недель. Дождь лил не переставая, превращая палатки в мокрые тряпки, а землю в болото. Лошадям приходилось пробивать себе дорогу в грязи. Караваны повозок, доставлявшие припасы через холмы с Меза и Рейна, были остановлены наводнениями и оползнями. Герцог Вильгельм нанял отряды иррегулярных войск, большинство из которых составляли отряды немецких разбойников из-за Рейна, чтобы противостоять французскому наступлению. Эти люди следили за передвижениями французов с вершин холмов, внезапно нападали на отставших и фуражиров и совершали убийственные ночные атаки на французские лагеря. Продовольствие заканчивалось. Жизнь солдат, жаловался Эсташ Дешан, который был одним из них, была сплошной "гнилью, холодом и трясиной". Когда наступит зима, условия могли только ухудшиться. Некоторые французские капитаны открыто говорили о возвращении домой. На пути армии стоял город-крепость Рурмонд, блокировавший дорогу у слияния рек Мез и Рур. Оливье де Клиссон попытался выйти из тупика, спровоцировав сражение за стенами этого города. Он отделил от основных сил около 4.000 человек и двинулся вниз по долине реки Рур к городу в сопровождении Жана де