Читать книгу - "История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История"

на Русь. В наиболее раннем из них (конца IX в.) — англо-саксонском переводе короля Альфреда Великого «Истории против язычников» Орозия — рассказывается о плавании от Хедебю до Трусо (Восточная Пруссия), которое занимало 7 дней. Из рассказа явствует, что это был хорошо освоенный маршрут. В 1070-е годы Адам Бременский упомянул о длившихся месяц плаваниях датских купцов из Хедебю в Новгород. Наконец, подробное описание пути из Дании к устью Невы содержит «Liber census Daniae» (XIII в.). Внимание к путям на Восток свидетельствует о значении, которое им придавалось.

Таким образом, в эпоху викингов Дания оказалась в центре международной торговли, через нее проходили пути из Балтики в Западную Европу, в свою очередь, по ним перемещались транзитные товары, включая не только предметы роскоши, но и ремесленные изделия. Определенное участие в торговле принимала и сама Дания, вывозя в основном продукцию сельского хозяйства: шкуры, шерсть, воск, мед, древесину, выделанные в пергамент кожи. Возможно, одним из предметов экспорта был и сам скот: в Рибе найдены ряды стойл для крупного скота, вероятно предназначенного для продажи.

Находки монет, а также первые попытки собственной монетной чеканки в Хедебю свидетельствуют, что уже с VIII в. часть торговли осуществлялась на деньги, хотя превалировал бартер: обмен определенного количества одного товара на определенное количество другого товара. На это указывает не только явно недостаточное количество находимых платежных средств, но и прямые свидетельства письменных источников. Одним из наиболее интересных является недавно обнаруженный в Хедебю деревянный стержень с рунической надписью (IX в.) — письмо или документ, в котором речь идет об обмене щита (предположительно) на мех выдры. К концу эпохи викингов роль бартера несколько сокращается. С конца X в. началась регулярная чеканка монеты, причем в нескольких датских центрах. Образцом для монеты Харальда, христианизатора Дании, послужили византийские монеты с изображениями Христа на троне на аверсе и креста — на реверсе. Этот тип монет полностью отсутствует в Южной Дании, где в Хедебю продолжается до 985 г. чеканка полубрактеатов. В конце X в. монетная эмиссия становится королевской регалией, и ее осуществляют в крупнейших городах — средоточиях центральной власти — в Орхусе, Виборге, Оденсе, Слагельсе, Роскилле, Лунде и др. При Свейне Вилобородом меняется и тип монет, образцом для которых были англо-саксонские пенни, имевшие на аверсе изображение правителя, на реверсе — крест или иной рисунок, но главное — снабженные легендами, указывающими имя правителя, место эмиссии и зачастую имя монетария как гарантии качества серебра и веса монеты. При Кнуте Великом и его сыне Хардакнуте чеканка монеты увеличивается, и с этого времени монеты начинают в полной мере функционировать в качестве платежных средств, возникает денежное обращение.

Собственную монету дополнил огромный приток денег из Англии — результат контрибуций, взимавшихся датскими королями Свейном Вилобородым и Кнутом Великим. Количество англо-саксонских монет конца X — первой половины XI в., найденных на территории Дании, составляет более 15 000; увеличился в XI в. и приток денариев.

Менее изученной остается внутренняя торговля, видимо, в связи с тем что велась она в основном продуктами сельского хозяйства, которые не оставляют следа в археологическом материале. Однако уже сам рост городов является косвенным свидетельством увеличения объема местной торговли: горожане нуждались в продовольствии и других продуктах сельскохозяйственного производства, а рост международной торговли требовал более интенсивного сбора товаров на экспорт.

СТАНОВЛЕНИЕ ГОРОДОВ

Древнейшие датские протогорода (Данкирке, Южный Хедебю, Рибе) своим возникновением обязаны развитию международной торговли и связанной с этим концентрации в них ремесленной деятельности. Вероятно, то же происхождение имеют и появившиеся в X в. новые поселения, выросшие впоследствии в средневековые города, — Орхус, Слагельсе, Оденсе и др. Все они находились в защищенных бухтах или проливах, имели стоянки для судов и, как и более ранние протогорода, возникали в местах скопления аграрных поселений с большой плотностью населения. В них превалировали прямоугольные дома из вертикально поставленных досок, малые дома и полуземлянки, планировку поселений отличала упорядоченность, центральная их часть была обнесена древоземляными укреплениями. Во всех найдены остатки активной ремесленной деятельности, а также торговли с Норвегией, славянским Поморьем, Рейнской областью, Фризией и Англией.

Взаимодействие протогородов с их округой (и не только в Дании) исследовано недостаточно: археологических материалов, характеризующих городскую округу (hinterland), мало. Поэтому вики до недавнего времени представлялись чем-то инородным по отношению к региону, в котором они располагались, и независимым от экономического развития прилегающих территорий. Археологические изыскания последних двух десятилетий хотя и не полностью, но восполнили этот пробел, дав богатый материал для дальнейших исследований.

Топография археологических памятников, поселений и могильников уже в римское время выявила образование «гнезд» поселений с культовым и общественным центром, служившим также убежищем для живущего вблизи населения. Как правило, наиболее крупные и богатые «гнезда» были связаны с удобными стоянками для кораблей на побережье. На протяжении железного века их места неоднократно менялись, однако главные признаки оставались неизменными. И одним из основных была концентрация аграрных поселений, способных произвести достаточное количество сельскохозяйственной продукции, чтобы обеспечить продовольствием не только непосредственных производителей, но и не занятое в аграрной сфере население протогородов — ремесленников, торговцев, представителей власти, знать. Следы аграрной деятельности жителей протогородов крайне незначительны: в Хедебю, например, лишь в одной усадьбе найдены стойла для скота, весьма редко встречаются орудия земледельческого труда (если они не изготовлены для продажи). Основная масса продовольствия, очевидно, доставлялась из сельскохозяйственной округи. И действительно, анализ костей домашних животных в Хедебю и на сельских поселениях в его окрестности показал: в протогородских центрах и укреплениях более 75% костей — это кости крупного рогатого скота и свиней, тогда как в сельских поселениях их менее 70%. В Хедебю обнаружено непропорционально большое количество костей от мясистых частей туш животных, тогда как, например, на поселении Элисенхоф в 50 км от Хедебю их непропорционально мало. Вероятно, это можно объяснить поставками мяса в Хедебю.

В меньшей степени пока прослежена связь протогорода и округи по материалам городского ремесла, особенно для раннего времени: импортные изделия и изделия городских ремесленников проникали преимущественно в усадьбы магнатов, они крайне редко встречаются в рядовых усадьбах, которые обеспечивали местные ремесленники.

Центры торговли, протогорода, были изначально связаны с формирующейся верховной властью, представители которой сосредоточивали в своих руках контроль над внешней торговлей еще с бронзового века. Богатевшие вики интересовали верховную власть как место перераспределения прибавочного продукта, собираемого в виде даней и военной добычи, и как возможный источник дополнительных доходов от сбора пошлин. В свою очередь, население протогородов было заинтересовано в защите от возможных нападений,