Читать книгу - "Выжить в битве за Ржев. Том 10 - Августин Ангелов"

большую часть. Но теперь — поздно. Потому что появились русские танки. Они не могли атаковать танки из пулеметов, а противотанковых средств, кроме гранат, у них с собой не имелось. Засада была рассчитана на диверсантов, на людей, а не на танки. И потому она провалилась.

— Отходим, — приказал Зибер. — Все назад. Быстро. Пока танкисты нас не заметили.

Фриц Гепнер посмотрел на него с удивлением.

— Но… Мы не можем просто так отступить. Мы должны их задержать…

— Я сказал: отходим! — рявкнул Зибер, и в его голосе зазвенела сталь. — Мы не можем атаковать танки. Мы не можем пробить их броню. Если мы останемся на этой позиции, то нас просто раздавят. Отходим к высотам!

Гепнер кивнул. Он понял, что Зибер прав. Противотанкового вооружения у их группы, действительно, не было. Они не рассчитывали встретить танки в лесу. И он передал команду назад остальным.

Солдаты группы «Вольфшанц» начали отходить назад, вглубь леса. Они двигались бесшумно, профессионально, но в их движениях чувствовалось нервное напряжение. Они знали: их засада провалилась, а командир русских диверсантов выжил. И они знали: Зибер в ярости.

Зибер отступал последним. Он смотрел назад, в сторону той поляны, где советские танки уже, кажется, остановились. Он усмехнулся про себя. Ловец снова обыграл его, благодаря стечению обстоятельств.

Этот русский — профессионал. Он не стал рисковать. Он не стал преследовать их. Потому что он знает: сейчас — не время для преследования. Сейчас — время для перегруппировки. Он просто остался вместе со своими танками. И теперь он, конечно, готовится к следующему бою.

— Герр гауптштурмфюрер, — прошептал Отто, когда они отошли на безопасное расстояние. — Что мы будем делать теперь?

Зибер посмотрел на него. В его глазах был холод. Пустота.

— Мы вернемся, — сказал он. — Мы перегруппируемся и вернемся к нашему заданию. Чтобы убить Ловца.

Отто кивнул. Он не посмел возражать. Он знал: Зибер не сдастся, он будет охотиться за Ловцом. До самого конца. Пока кто-то из них двоих не умрет.

Зибер посмотрел на запад, где за лесом вставала гряда высот перед Волгой. Дальше — Зубцов. Там — цель русских. И туда обязательно придет Ловец.

— Там уже я не промахнусь, — прошептал Зибер. — В следующий раз…

Он повернулся и пошел вглубь леса. За ним шли его люди. Они отступали, но не сдавались. Они проиграли этот бой. Но война продолжалась. И в этой войне у каждого из них была только одна цель: убить своего врага.

* * *

Ловец стоял рядом с танком Митрохина и смотрел в сторону леса, куда отступили немцы. Он чувствовал: Зибер где-то там, и он наблюдает. Попаданец знал: этот Зибер не сдастся. Такие, как он, не сдаются, а идут до конца.

— Товарищ полковник, — сказал он Митрохину. — Это был немецкий гауптштурмфюрер Зибер из СС. Я почти уверен. Я уже сталкивался с ним и его людьми. Это его почерк. Только он мог устроить такую засаду. Двойную. Профессиональную. Насыщенную пулеметами. Рассчитанную не против танков, а против моих людей.

Митрохин кивнул. Он смотрел в ту же сторону, куда смотрел Ловец.

— Я знаю, — сказал он. — Я получил информацию о нем от Салова. Майор предупредил, что диверсионное подразделение этого Зибера действует у нас на путях, что он — опасный противник. Но Салов обещал, что его остановит. Он сказал: «Мы дойдем до Зубцова. И мы его обязательно ликвидируем».

Ловец усмехнулся про себя. Митрохин верил. Он верил, что Салов остановит Зибера. Но Ловец знал: это не так просто. Потому что Зибер очень упорный тип, к тому же, прекрасно подготовлен, настоящий профессионал. И этот Зибер никогда не сдается.

— Товарищ полковник, — сказал он. — Зибер действительно очень опасен. Он будет охотиться за нами. За мной. До конца.

Митрохин посмотрел на него. В его глазах была решимость.

— Я знаю, что среди немцев есть очень упорные вояки, — сказал он. — Но мы тоже не остановимся. Мы дойдем до Зубцова. И мы возьмем этот город. А Зибера — убьем, если он нам встретится, если встанет на нашем пути. Я не боюсь этого немца.

Ловец кивнул. Он понял. Митрохин — не трус. Комбриг — тоже профессионал войны. И он тоже будет воевать до конца. До победы или до смерти.

— Хорошо, — сказал Ловец. — Тогда мы готовимся выдвигаться к высотам возле Волги. Если возьмем их, то возьмем и Зубцов.

Митрохин кивнул. Он забрался в свой танк и дал команду. Командирская тридцатьчетверка зарычала мотором и поползла вперед. За ней — остальные танки. За ними — пехота на грузовиках.

Ловец смотрел им вслед. И думал: это только начало наступления. Впереди — высоты. Впереди — Волга. Впереди — Зубцов. Впереди — Зибер. И попаданец знал: один из них не вернется. Или он, или Зибер. Третьего не дано.

Он повернулся к своим бойцам — к Самойлову, к Гринько и к другим из пополнения.

— Идем дальше, — сказал он. — Мы дойдем до высот. Там ворота от Зубцова. И мы их возьмем.

Бойцы кивнули. Они были уставшими после трудного боя. Но они не сдавались. И они пошли дальше. В лес. В неизвестность. В новый бой.

Глава 9

На дороге раздался страшный грохот. Чуть позже Ловец на выходе из леса увидел сгоревший танк «Т-34» и сорванную башню. Разбитый взрывом и все еще дымящийся корпус танка высился посреди трупов танкистов и пехотинцев, ехавших, видимо, на броне. А перед ним находилась большая воронка, разворотившая дорогу на половину ширины. Танк подорвался на мощном фугасе. Мимо маршевая колонна пехоты продолжала движение на запад.

— Погибли ребята! — с чувством горечи в голосе произносили пехотинцы. — Вечная память!

Бойцы останавливались, снимали кто каски, кто фуражки, кто пилотки, чтобы почтить память павших.

— Отставить! Не останавливаться! Головные уборы — надеть! — зазвучали команды ротного. — Отступившие фрицы окопались на тех холмах, что впереди. Нам поставлена боевая задача. Надо овладеть господствующими высотами в кратчайшие сроки.

Красноармейцы неохотно снова покрывали головы и шли дальше.

— Помните — немцы близко! Стоять на месте опасно. Обстрелять могут в любую минуту. Всем соблюдать боеготовность! — напоминал им политрук с красной звездой на рукаве шинели.

И они ускоряли шаг.

* * *

Вскоре все вокруг гремело. Фронт теперь проходил прямо здесь,