Читать книгу - "Блокада Ленинграда. Три страшных года в документах с комментариями - Николай Лукьянович Волковский"

Начальник политотдела 8-й армии бригадный комиссар МАРЕЕВ

ЦАМО РФ. Ф 217. Oп. 1217. Д. 103. Л. 121–123

Жизнь под немецкой оккупацией не была гомогенной на различных территориях Советского Союза. Это было связано в первую очередь с тем, что сами жители СССР были очень разными. Так, население территорий, оккупированных Советским Союзом накануне войны, охотнее шло на сотрудничество с нацистами, надеясь таким образом в будущем вернуть независимость своим странам [96]. Было много и тех, кто помнил национальные операции НКВД, призванные зачистить территорию СССР от потенциальной «пятой колонны»; презумпция невиновности никого не волновала [97]. В других регионах, например в Украине, люди сильнее пострадали от голода 1930-х годов, поэтому не видели особенной разницы между жестокостью немцев и Советов. Кто-то даже открыто был рад приходу Вермахта — правда, до первых расстрелов [98]. На территории Ленинградской области также были случаи активного коллаборационизма [99]. Некоторые ленинградцы и национальные меньшинства участвовали в немецких карательных отрядах [100]. Однако большинство жителей, находясь под оккупацией, преследовали одну цель — выжить. Советской пропаганде очень хотелось видеть крестьян, поднимающих восстания против оккупантов, но реальность представляла совсем другую картину. Руководство страны с самого начала старалось замалчивать случаи коллаборационизма. Люди, пережившие оккупацию, прекрасно знали об участии местного населения в немецких преступлениях. Однако официальный советский нарратив заключался в том, что сплоченный советский народ храбро сражался против немецких захватчиков [101]. Именно поэтому над коллаборантами редко проводили открытые судебные процессы, а в прессе и советской литературе акцент всегда был на немецких преступниках. После окончания войны члены ВКП(б), оставшиеся на оккупированных территориях, чаще всего рассматривались советской стороной как «предатели» и нередко исключались из партии. По обвинению в коллаборационизме были арестованы около 320 тысяч граждан [102].

Отдельно стоит отметить, что немецкое командование в начале войны редко ставило своей целью уничтожение населенных пунктов. Командование понимало, что на этих территориях им и их подчиненным еще предстоит жить в течение военных лет, поэтому колхозы редко распускались (хотя многие местные на это надеялись), а жители, как правило, продолжали работать на своих прежних должностях, снабжая немецкую армию продовольствием и различным имуществом. Именно поэтому судьба Ленинграда столь уникальна — это был единственный город, который немецкая армия сознательно оставила медленно умирать.

Несмотря на то что данный документ — политдонесение, он поражает своей нейтральностью, поскольку политруки нередко приукрашивали события, чтобы впоследствии опубликовать пропаганду в армейских газетах.

«Среди командования идут споры, кому вести бойцов в атаку…»

ПИСЬМО

от рядового С. И. Шилова к И. В. Сталину, направленное

начальнику политуправления Северного фронта

13 августа 1941 г.

Информация с Эстонского участка фронта о ходе боевых действий от старшего сержанта — коммуниста Шилова Сергея Иосифовича из госпиталя г. Ленинград [103].

1. На Эстонском участке фронта боевые действия проходят в паническом настроении. Большая часть командования убегает с передовой линии в тыл. Бойцы посмотрят: нет командира роты и командира взвода — и в панике отступают. Командование рот и взводов отойдут от передовой линии огня метров за 600–700, и когда бойцы за ними кинутся бежать и дойдут до них, то командиры приказывают бойцам вернуться обратно, а сами бойцов не ведут вперед. Командиры взводов в это время производят массовые расстрелы бойцов, а противник этим моментом пользуется.

2. Совершенно отсутствует связь между взводами и ротами и соседними частями. Приведу пример. 7 августа 1941 г. 320-й полк был в обороне. Наш 3-й взвод бил [противника] с фронта, а 2, 3-я и 8-я роты — с флангов. Соседа наш взвод не знал. В ходе боевых действий мы огонь противника сдержали, но он обошел нас с флангов. Соседние роты отошли, нас не известили, вследствие чего мы попали в окружение и понесли потери, а соседи нас не поддержали.

Второй пример. 857-я дивизия, 942-й полк. Слова больного бойца данной дивизии т. Васильченко. Атаковали противника и в первой атаке разбили его и продвинулись в глубину на 4–5 км. Остановились и ждали, какой последует приказ, но приказ было отдать некому. Командный состав остался в 4 км. В роте был один адъютант батальона, который побежал к комбату за приказом и налаживанием связи. Пока он ходил, противник собрал силы и предпринял контратаку. Мы понесли большие потери. К тому же связи с артиллерией не было, и не зная о том, что мы продвинулись вперед, батарея открыла огонь и била по своей пехоте.

В‑третьих. Среди командования идут споры, кому вести бойцов в атаку, приказы перепоручают вышестоящего начальства один другому, и поручение доходит вплоть до младшего комсостава и бойцов.

В‑четвертых. Очень плохо организовано питание на передовой линии, по 2–3 суток люди бывают голодные, когда есть все возможности организовать питание, но ввиду плохой работы пищеблока люди не кушают своевременно и у них совершенно меньше боевой силы.

В‑пятых. Настолько увеличился обоз, что почти всех эстонских лошадей запрягли бойцы в повозки, ездят с обозами и возят клок сена в повозке, но правят лошадью два бойца, 50 % бойцов ездят в обозе, все дороги заняты обозом. Если надо проехать батарее на новую позицию или пройти машинам с боеприпасами, то нужно положить много труда, чтобы их убрать с дороги. Кто боится идти на передовую, ловит лошадь в поле и едет в обоз.

В‑шестых. Плохо на передовой снабжают боеприпасами. 7 августа вели бой с противником в течение 3 часов. Во взводе кончились боеприпасы. Я пошел на командный пункт роты, который был за 600 метров, и спросил командира роты, где наш командир взвода Патрушов. Он мне матом ответил: «Вы его помощник, что меня спрашиваете». Я повторил: «У нас нет патронов». Он ответил: «Патроны в обозе, а обоз отсюда в двух километрах. Беги быстрее». Вот результаты боевых действий 11-й дивизии 220-го полка. В 1-й роте осталось 47 человек всего. Дивизия потерпела поражение ввиду того, что очень плохо работала связь с соседями и не могли своевременно маневрировать на другие позиции. Есть большая неурядица между командным составом, убийства между собой при спорах и ряд есть случаев, когда расстреливают бойцов, которые в панике отступают, видя, что их командиры убегают. Много и еще творится безобразий, о которых все не напишешь, а вся вина валится на бойцов, т. е. как в пословице говорится — стрелочник