Читать книгу - "Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак"

мы просто мечтали, чтобы кому-нибудь из нас попался такой невинный, на фоне всего остального, грешок! Сыновья, дочери, племянницы, собачки, ослики, СЛОНЫ... Партнеры высшей знати менялись и передавались из рук в руки с завидным постоянством. А потом эти же люди с трибун вещали, что именно они — нравственный ориентир города, и только под их мудрым, светлым руководством Волантис расцветет так же, как в свое время расцвели их великие предки. Про «невинные» шалости вроде каннибализма, изощренной содомии и крайне тесных внутрисемейных связей я даже упоминать не хочу. Меня выживание в Пустоши ко многому подготовило, но точно не к такому. Парни, хоть и были тертыми и понимали, что жизнь — не сахар, тоже выпали в осадок. Да что там — даже в дурную голову Эурона не могло бы прийти подобное. Сейчас мы сидели, обсуждали то, чего насмотрелись, и играли в жутковатую игру «у кого компромат хуже». Пили мы, к слову, не алкоголь, а чай — он хотя бы успокаивает.

— Папа и дочь.

— Пфф, папа и сын.

— Чего?

— У одного из этих ублюдков сынуля родился таким, что несколько раз проверяли, точно ли он парень. Вырос на удивление смазливым и похожим на бабу.

— Гонишь, Грейджой!

— Я очень и очень хотел бы тебе соврать, Мормонт, правда! Но я стоял и лично слушал, когда... когда...

— Мама с дочерью, — перебил я.

Я сидел и смотрел перед собой невидящим взглядом. Оба моих собеседника мгновенно перевели взор на меня.

— Да ладно?!

— У начальника стражи просто не выходило, пока его жена и дочка... Эурон, вот скажи мне, пожалуйста. Ты ведь из высшей аристократии — такого дерьма в Вестеросе ведь нет?

— Наставник, я не могу отвечать за всех остальных, но на Железных Островах такого дерьма уж точно не потерпят! Мы даже мужеложцев в дар Утонувшему богу не приносим — он побрезгует! А тут такое... Я даже не знаю, есть ли наказание, соответствующее их развращенности!

— Джорах, а все те слухи про Болтонов? Ну, будто они дублеты из человеческой кожи шьют?

— Марк, после Волантиса я буду первым бить рожу каждому, кто назовет Болтонов никчемными шкуродерами!

— Господа, это, конечно, очень мерзко, но вы точно уверены насчет бедного слона? — Мы перевели взгляд на молчавшего до этого Донифоса.

— Господин Пенимион, я хочу расширить нашу сделку.

— Я и мои сподвижники готовы компенсировать ваши моральные терзания...

— ДА ПРИ ЧЕМ ТУТ ДЕНЬГИ! Вы спасете то бедное животное, ясно?! То, что заставляет делать бедного Топтуна та женщина... Да она... Да она!..

— Марк! Успокойся, всё позади. Господин Пенимион освободит Топтуна, и тот обретет свое счастье.

— Но, может, всё-таки возьмем?..

— Нет, мы не возьмем Топтуна с собой, Марк! Тетя Мейдж не позволит тебе держать его на острове. Да и отец его на мясо по прибытии пустит. А тут Топтуну обеспечат достойное будущее.

— Господин Иувар, то, что вы достали такую грязь на наших соперников, еще сыграет свою роль в будущем и поможет держать партию «тигров» в узде. Но я ожидал более весомых доказательств, — вздохнул Пенимион.

Огромные средства, которые не потратить и за несколько поколений, вседозволенность, буквально навязываемая с самого детства, и вбитое в голову утверждение, что в их жилах течет кровь валирийцев — богов среди людей... Смешайте все эти обстоятельства и помножьте на четыреста лет изолированного существования. На выходе вы получите не непробиваемую элиту, а моральных деградантов. Причем на все эти непотребства они пускали не прямых наследников, а многочисленное потомство от рабынь.

Донифоса, как и полагается члену партии торгашей, интересовали прежде всего деньги. И мы такой компромат нашли. Передали всё, что сумели раздобыть на десять самых влиятельных семей «тигров»: контрабанда, откаты, незаконные сделки, сговоры и, естественно, заключение договоров за спиной у партнеров. Ну и самое главное, самое мерзкое и самое отвратительное преступление, которое только может совершить человек в отношении государства, — уклонение от уплаты налогов. Всё задокументировано, свидетели незаконных сделок обозначены, фигуранты выявлены. В наших руках лежала власть, способная навсегда похоронить всю партию «тигров». Но Донифос поступил благоразумнее: он сделал из них ласковых котят.

Что сделал наш продажный политик? Изобразил Рого Угориса жертвой рэкета и несчастным малым предпринимателем, что подвергся политическим преследованиям за то, что, являясь благородным по духу, он предпочел не высшее общество, а простой народ. При этом, будучи истинным коренным волантийцем, тот якобы не побоялся проклятия Валирии и организовал на собственные средства экспедицию, чтобы помочь семьям воссоединиться.

Ну, во-первых, Рого из Тироша, а не из Волантиса, и у него характерный для этого города акцент. Во-вторых, с Волантисом он знаком исключительно по причине пиратства в его водах. В-третьих, каждая собака знала его в лицо как хитрую сволочь, что готова мать родную продать за лишнюю монету, и все в городе знали его как психа, который купил Безупречных и заставил их грабить руины предков, наживаясь на трупах. Если коротко, то у него была репутация законченной скотины, которой невероятно повезло тем, что его авантюра возымела успех. Да так, что несколько богачей, польстившись на оставшееся там добро, сами начали готовить свои собственные экспедиции. И когда из Рого начали лепить «жертву режима», выбор был, мягко говоря, странным. Но кого волнуют такие мелочи, когда у тебя есть вагон компромата на соперника?

Итогом стало то, что главарь «тигров» Малакво Мейгир публично отрекся от брата, творившего беззаконие, вернул нам наше честно нажитое имущество и обязался выплатить Рого компенсацию. И тот факт, что Малакво сам тот еще коррупционер, и мы нашли на него тонну компромата, вообще не играл роли в том, что «свершилось правосудие».

Подведем итог: Донифос получил два места из трех публично, и «слоны» стали официально ведущей партией, а «тигры» теперь исполняют все его приказы, иначе добрые жители Волантиса узнают много чего интересного. Рого же от такого политического маневра словил звезду, возомнил себя если не Цинциннатом, то одним из братьев Гракхов, и всерьез задумался о том, чтобы осесть в городе. Мы уговаривали его в духе: «Вали отсюда, пока можешь, дебил! Ты не представляешь, с чем связываешься!» — но ему предложили покровительство от «слонов». Ну, по крайней мере, мы его предупреждали.

Вернув свои деньги и отдав Давосу наш корабль с частью добычи, мы развернулись и пошли обратным маршрутом — тем самым, по которому пришли в Волантис, дав себе твердое