Читать книгу - "Век Наполеона - Уильям Джеймс Дюрант"

в Шотландии. В остальном подготовка английских врачей была возложена на частные школы, которые росли по соседству с большими госпиталями, построенными на средства частной филантропии. Сэр Томас Бернард потратил большую часть своего состояния на реформирование знаменитой «Больницы для подкидышей» на севере Лондона и вместе с другими богатыми людьми финансировал в Лондоне и других городах бесплатные клиники для лечения рака, офтальмии и грыжи. Но антисанитария в городах распространяла болезни или порождала новые так быстро, как только медицина могла их вылечить.

В 1806 году в Лондоне произошло необычное событие: целую неделю не было ни одного случая смерти от оспы — гнойной, лихорадочной, поражающей лицо инфекционной болезни, которая когда-то была эпидемией в Англии и в любой момент могла снова перерасти в смертельную чуму.

Скромный английский врач Эдвард Дженнер, увлекавшийся охотой, ботаникой, сочинением стихов и игрой на флейте или скрипке, совершил чудо, которое стало возможным благодаря десятилетию прививок, окончательно преодолевших консерватизм британского общества. Профилактика оспы путем прививки ослабленного вируса от зараженного оспой человека практиковалась еще древними китайцами; леди Мэри Уортли Монтагу нашла эту практику в Константинополе в 1717 году; по возвращении в Англию она рекомендовала эту процедуру и там. Она была опробована на преступниках, а затем на сиротах, причем со значительным успехом. В 1760 году доктора Роберт и Дэниел Саттон сообщили, что в тридцати тысячах случаев прививки оспы у них было двенадцатьсот летальных исходов. Можно ли найти более надежный метод предотвращения оспы?

Дженнера натолкнуло на мысль, что многие доярки в его родном Глостершире заразились коровьей оспой от инфицированных сосков коров, и после этого у этих женщин выработался иммунитет к оспе. Ему пришло в голову, что подобный иммунитет можно создать с помощью прививки вакциной (vacca — по-латыни), изготовленной из вируса коровы, зараженной оспой. В работе, опубликованной в 1798 году, Дженнер рассказал о рискованной процедуре, которая заложила основы экспериментальной медицины и иммунологии.

…Я выбрал здорового мальчика лет восьми для прививки от [коровьей] оспы. Вещество было взято из болячки на руке доярки, которая заразилась от коров своего хозяина, и 14 мая 1796 года оно было введено в руку мальчика….. На седьмой день он пожаловался на недомогание…. а на девятый его слегка знобило, он потерял аппетит и у него немного болела голова….. На следующий день он был совершенно здоров…..

Для того, чтобы выяснить, был ли мальчик, после столь легкого поражения организма вирусом коровьей оспы, защищен от заражения оспой, ему была сделана прививка, 1 июля следующего года, вариолином [variola — латинское название оспы], взятым из пустулы….. Болезни не последовало…. Через несколько месяцев после этого ему снова сделали прививку вариолином, но никакого ощутимого эффекта в конституции не произошло.9

Дженнер описал еще двадцать два случая подобной процедуры с полностью удовлетворительными результатами. Его осуждали за то, что казалось вивисекцией человека, и он пытался искупить вину за использование несовершеннолетнего, давшего согласие, построив для него коттедж и посадив для него розовый сад своими руками.10 В 1802 и 1807 годах парламент выделил Дженнеру 30 000 фунтов стерлингов на усовершенствование и распространение его методов. В течение XIX века оспа почти исчезла в Европе и Америке, а если и появлялась, то только у невакцинированных людей. Вакцинация была применена к другим болезням, и новая наука иммунология вместе с другими достижениями медицины и общественной санитарии дала современным сообществам столько здоровья, сколько позволяют бедность, плодородие невежества, безрассудство аппетита и терпеливая изобретательность болезней.

ГЛАВА XIX. Английская философия

Наука в Британии 1789–1815 годов не оказала большого влияния на философию. «Натурфилософию», то есть физические науки, можно было примирить с либеральной теологией, и даже идею эволюции можно было приручить, истолковав шесть «дней» Творения как эластичные эоны развития. Высшие классы, после того как их флирт с Вольтером и энциклопедистами был прерван революцией, стали относиться к идеям с недоверием, как к инфекционной болезни молодежи; они считали еженедельные богослужения мудрым вложением в социальный порядок и политическую стабильность и жаловались, что премьер-министр Питт не находит времени на посещение церкви. Были и скептически настроенные в частном порядке епископы, но они были известны своим публичным благочестием. Тем не менее, старый конфликт продолжался. В том же 1794 году два противоположных голоса провозгласили его: Томас Пейн в книге «Век разума» и Уильям Пейли в книге «Взгляд на доказательства христианства». Взглянув на обе эти работы, можно понять, каковы были нравы того времени.

I. ТОМ ПЕЙН О ХРИСТИАНСТВЕ

«Том» Пейн, как его называли на двух континентах, был англичанином, родился в семье квакеров в Тетфорде, Норфолк, в 1737 году; по совету Бенджамина Франклина он эмигрировал в Америку в 1774 году и принял активное участие в Американской революции. Генерал Вашингтон признал, что брошюра Пейна «Здравый смысл» (январь 1776 г.) «произвела мощные изменения в умах многих людей».1 Во время Революционной войны, будучи адъютантом генерала Натанаэля Грина, он выпустил серию трактатов «Кризис», чтобы поддержать дух повстанческой армии и граждан; один из них начинался знаменитой строкой — «Это времена, которые испытывают души людей». С 1787 по 1802 год он жил в основном в Европе, работая на благо Французской революции как во Франции, так и в Англии. Мы видели, как он рисковал своей головой, голосуя за смягчение приговора Людовику XVI от смертной казни до ссылки. В декабре того же 1793 года, очевидно, по наущению Робеспьера,2 Конвент постановил изгнать из своего состава всех иностранцев. Их было всего двое: Анахарсис Клутс и Томас Пейн. Ожидая ареста, Пейн поспешно написал первую часть «Века разума». Он отправил рукопись в Америку со следующим посвящением.

Моим согражданам Соединенных Штатов Америки: Я передаю под вашу защиту следующую работу. В нем содержатся мои взгляды на религию. Вы окажете мне честь, если вспомните, что я всегда горячо поддерживал право каждого человека на собственное мнение, каким бы отличным оно ни было от моего. Тот, кто отказывает другому в этом праве, делает себя