Читать книгу - "Век Наполеона - Уильям Джеймс Дюрант"

вечер на балу ко мне пристают с просьбой потанцевать, от чего я очень скромно отказываюсь. Они танцуют самый позорный танец под названием «Вальс». В нем участвуют, наверное, двадцать пар — мужчина и его партнерша обнимают друг друга, руки, талии и колени почти соприкасаются, а затем кружатся по кругу… под развратную музыку».57

Представители высших классов могли устраивать танцы или другие вечеринки в одном из модных клубов — у Алмака, Уайта, Брука; там же они могли играть на большие ставки и обсуждать последние спектакли миссис Сиддонс, забавы принца, романы Джейн Остин, гравюры Блейка, бури Тернера, пейзажи Констебла. Среди вигов вершиной общества был Холланд-хаус, где леди Холланд устраивала званые вечера, на которых можно было встретить таких высокопоставленных лиц, как лорд Броам, Филипп герцог д'Орлеан, Талейран, Меттерних, Граттан, мадам де Сталь, Байрон, Томас Мур или самый благородный виг из всех, Чарльз Джеймс Фокс.58 Ни один салон во Франции не мог соперничать с Холланд-Хаусом в конце восемнадцатого века.

VII. АНГЛИЙСКИЙ ТЕАТР

Добавьте ко всему этому разнообразию жизни английскую страсть к театру, которая бушует и по сей день. Но и тогда, и сейчас драматурги играли незначительную роль, а актеры — пьесу. Неизбежная конкуренция Шекспира, казалось, отбила охоту писать трагедии; после расцвета Шеридана и Голдсмита лучшими новыми комедиями были смертельные попытки, такие как «Дорога к гибели» Томаса Холкрофта (1792) и «Клятвы влюбленных» Элизабет Инчболд (1798), которые цеплялись за хрупкую линию сентиментальности среднего класса, а не за мужественную напряженность смертоносного смеха Джонсона или философского веселья Шекспира. Только актеры все еще были на вершине своей формы.

На первый взгляд кажется, что все они принадлежат к одному семейству, в котором было от Роджера Кембла, умершего в 1802 году, до Генри Кембла, скончавшегося в 1907 году. От Роджера родились Сара Кембл, ставшая миссис Сиддонс; Джон Филип Кембл, который в 1783 году присоединился к труппе Друри-Лейн и стал ее управляющим в 1788 году; и Стивен Кембл, управлявший Эдинбургским театром с 1792 по 1800 год.

Сара родилась в 1755 году в трактире «Плечо барашка» в Бреконе (Уэльс) во время гастролей труппы ее отца. Как только она научилась играть, ей дали роль; к десяти годам она стала опытной актрисой. В суматошной жизни ей удалось получить значительное образование; она стала женщиной зрелого и развитого ума, а также профессионального мастерства и нестареющего обаяния. В восемнадцать лет она вышла замуж за Уильяма Сиддонса, второстепенного члена своей труппы. Два года спустя Гаррик, прослышав о ее успехах в провинции, послал агента посмотреть ее выступления. Получив благоприятный отзыв, Гаррик предложил ей ангажемент в Друри-Лейн, и 29 декабря 1775 года она появилась там в роли Порции. Она выступила не очень удачно, отчасти из-за нервозности, отчасти, возможно, из-за того, что недавно родила. Она была худой, высокой и серьезной, с классическими чертами лица и сдержанностью, а ее голос, привыкший к небольшим театрам, не смог заполнить огромный театр. После неудачного сезона она вернулась к провинциальным выступлениям и в течение семи лет терпеливо трудилась над совершенствованием своего искусства. В 1782 году Шеридан, сменивший Гаррика на посту менеджера, уговорил ее вернуться в Лондон. 10 октября 1782 года она сыграла главную роль в столетней пьесе Томаса Саутерна «Роковой брак»; успех был настолько полным, что с этого вечера она стала лучшей трагиком в истории Великобритании. Двадцать один год она правила в Друри-Лейн, и еще десять лет была бесспорной королевой в Ковент-Гардене. Увидеть ее в роли леди Макбет было кульминационным событием в жизни театрального зрителя. Когда 29 июня 1812 года, в возрасте пятидесяти семи лет, она ушла со сцены, она играла эту роль, и публика была так тронута ее исполнением сцены лунатизма, что предпочла аплодировать ей до конца вечера, нежели позволить пьесе продолжаться.59 После этого в течение девятнадцати лет она жила в тихой отставке, обманывая городских сплетников своей супружеской верностью. Гейнсборо добился триумфа, написав ее картину, которая и по сей день хранится в Национальной портретной галерее.

Ее брат Джон Филип Кембл, родившийся, как и она, в провинциальном трактире, был предназначен родителями для католического священства, возможно, в соответствии с популярной теорией о том, что член семьи в священном сане обретет рай для всей семьи. Его отправили в Дуай для обучения в католическом колледже и семинарии; там он получил хорошее классическое образование и приобрел канцелярскую торжественность, которая впоследствии сохранилась почти во всех его ролях. Но в этой спокойной обстановке захватывающая карьера его отца продолжала тайно увлекать его. В восемнадцать лет (1775) он покинул Дуэ и вернулся в Англию; через год он присоединился к театральной труппе; к 1781 году он играл Гамлета в Дублине. Там к нему на некоторое время присоединилась его сестра Сара, а затем она привела его с собой в Друри-Лейн.60 Его дебют в роли Гамлета (1783) имел лишь умеренный успех; лондонская публика сочла его слишком спокойным на свой вкус, а критики осудили его за то, что он не только сократил, но и изменил шекспировский текст. Однако, когда он вместе с миссис Сиддонс поставил «Макбета» (1785), их спектакль был назван событием в истории английского театра.

В 1788 году Шеридан, тогдашний главный владелец «Друри-Лейн», назначил Кембла управляющим труппой. Он продолжал исполнять ведущие роли, но гей-деспотизм Шеридана и финансовая ненадежность делали чувствительного актера неуютным. В 1803 году он принял руководство театром Ковент-Гарден и купил шестую долю предприятия за 23 000 фунтов стерлингов. В 1808 году здание сгорело. После дорогостоящего безделья Кембл взял на себя управление отстроенным театром; но когда он попытался компенсировать неожиданно высокую стоимость нового строения повышением цены на вход, зрители остановили его очередное представление настойчивыми криками «Старые цены!»; ему не разрешили продолжать, пока он не пообещал восстановить их.61 Герцог Нортумберлендский спас труппу, подарив 10 000 фунтов стерлингов. Кембл продолжал бороться, но ему все чаще бросали вызов более молодые актеры. После последнего триумфа в «Кориолане», когда та же публика, что рукоплескала ему в 1809 году, потрясла театр, он покинул британскую сцену и передал свою корону Эдмунду Кину. Классический стиль актерской игры исчез из Англии вместе с ним, как он исчезал из Франции вместе с его другом