Читать книгу - "Очень важные люди. Статус и красота в мире элитных вечеринок - Эшли Мирс"

слова вроде «братство», «небольшое комьюнити» и даже «клан». Как сказал сорокавосьмилетний Люк, обеспеченный ресторатор и завсегдатай клубов Нью-Йорка и Сен-Тропе:

– Я точно знаю, кто где тусуется, кого можно встретить в Сен-Тропе и на Ибице. Конечно, иногда попадаются новые лица, но на шестьдесят-семьдесят процентов – это все старая гвардия, они всегда там… Знаете, это даже забавно, как будто у людей, которые вместе тусуются, есть своя особая связь, она вроде и ненастоящая, но она есть. Они созваниваются и встречаются, почти как семья, понимаете меня?..

Такая закрытая миграция мировой элиты создала определенную внешнюю однородность среди VIP-клубов. На всех вечеринках, где бы они ни проходили – будь то Хэмптонс, Майами, Нью-Йорк или Французская Ривьера – играет одинаковая музыка, которая находится в топ-чартах, и неважно какая – хип-хоп или хаус. Напитки в барном меню тоже похожи: Belvedere Vodka, Cristal, Dom Pérignon, Veuve Clicquot, ну или что-то в этом роде, но обязательно из этой ценовой категории[30].

Чтобы попасть на эти тусовки, вам придется потратить много времени и денег, потому что транспорт и отели в этих регионах достаточно дорогие. Такси летом в Сен-Тропе стоит около ста евро за поездку в шесть километров – это расстояние от главного порта до VIP-клуба Nikki Beach Club. А те, кто живет на частных яхтах, которые стоят на якоре недалеко от пляжа, приезжают на тусовки на небольших лодках, спускаемых с этих яхт. Интересно, что многие VIP-заведения – это вроде как публичные места, якобы доступные всем. Вот только на деле они закрыты для всех, кроме привилегированных мира сего.

Эти «сказочные миры для супербогатых», как их описал географ Джон Урри, существуют для очень маленького процента населения Земли, а для всех остальных являются недостижимой мечтой, вызывая у людей жажду к роскоши{43}. Места, где тусуется мировая элита (в основном белые мужчины), дают превосходную возможность исследовать феномен мужского доминирования и господства белой расы, хотя в социальных дискуссиях половые и расовые вопросы при обсуждении понятия элиты игнорируются{44}. Есть еще одна причина, по которой эти сказочные миры важны: они создают особое социальное пространство для богатых и сильных мужчин этого мира, предоставляя им возможность развивать закрытое мировое комьюнити, а также пропагандировать общие культурные ценности и убеждения, которые помогают двигать современный капитализм{45}. В таких местах элите легко культивировать ощущение эксклюзивной принадлежности. А исследователям между тем почти не известно, что же там происходит{46}.

Присоединяемся к VIP

Прошло более ста лет с тех пор, как Веблен написал «Теорию праздного класса», а представители обеспеченного класса и сегодня продолжают свои соревнования по тратам, так что мы можем назвать это новым позолоченным веком непомерной концентрации богатств. Моя книга возрождает оригинальную критику Веблена и предлагает опытным путем узнать, каким образом происходят эти показательные траты. Я подробно задокументировала ритуалы трат как организационные достижения, которые зависят от закулисной работы уязвимых женщин и маргинальных мужчин. В этом я осознанно возвращаюсь ко второму важному постулату Веблена касаемо роли женщин в статусности мужчин. Девушки в этом мире являются определенной формой капитала. Их красота создает огромные символические и экономические ресурсы для мужчин, которых они окружают, но капитал этот намного более важен самим мужчинам, нежели женщинам, которые его олицетворяют. В заключительной части своей работы я пытаюсь понять, каким образом это общество сохраняет свою закрытость, позволяющую белым мужчинам иметь привилегированный доступ к эксклюзивным мировым пространствам, что особенно очевидно на примере работы промоутеров, составляющих непропорционально большую часть меньшинства[31].

Мое исследование состоит из пяти этапов. Во второй главе я предлагаю вам познакомиться с промоутерами, которые занимают ключевую роль в создании эксклюзивного мира. В третьей главе мы станем свидетелями грандиозного богатства клиентов VIP-клубов и не менее грандиозных растрат, а также узнаем, какой огромный закулисный труд стоит за тем, чтобы все это работало как надо. В четвертой главе мы познакомимся с девушками, и понаблюдаем, как мужчины превращают их красоту в свою выгоду. В пятой главе я расскажу о рабочем процессе промоутеров по организации досуга девушек. И наконец, в шестой главе мы обратим внимание на промоутеров-аутсайдеров (по расовому признаку или классовой принадлежности) и то, как они, сильно стараясь, все равно лишь частично имеют отношение к привилегированному миру.

Я провела уйму времени в обществе промоутеров, потому что именно при помощи них я смогла получить доступ к тусовкам. Из-за этого мое изображение мира VIP-тусовок немного непропорционально сопровождается их перспективой и моим анализом этого видения. Но, справедливости ради, такое акцентирование внимания на промоутерах не только из-за предоставленного мне доступа к тусовкам. Я действительно считаю истории промоутеров самыми увлекательными, а иногда они просто разбивают сердца. К тому же этот магический эксклюзивный мир вращается именно благодаря промоутерам и их вере в принадлежность к этому миру. Но несмотря на все мечты, промоутеры существуют отдельно от элиты. Дре был символическим примером.

– Через пять лет я буду мультимиллионером, – как-то ранним утром сказал он мне после воскресного вечера в караоке в The Downtown.

Это была старая песня, а впервые я услышала ее, когда мы на рассвете, около четырех часов утра, сидели на скамейке и смотрели на Гудзон, слушая шум ветра. Было необычно тихо, особенно после шумного вечера в The Downtown, где всего полчаса назад Дре завершил вечеринку своей собственной откровенной вариацией песни Майкла Джексона «Billy Jean». Уходя из клуба, он держал меня за руку, не романтически, а скорее защищая. Периодически он оглядывался через плечо, чтобы проследить, что за нами никто не идет. Иногда на улице стояли раздраженные пьяные люди, которые не смогли попасть в клуб. Они ждали закрытия, чтобы получить возможность оскорбить его или кого-то из его тусовки.

Около реки, вглядываясь в мерцающие огни Нью-Джерси, Дре расслабился. Спокойствие воды позволило ему переработать всю энергию ночной жизни.

– Это не просто бизнес. Это опыт. Он может быть положительным, а может быть отрицательным.

И после пары минут тишины он наконец пошел домой. Дре жил неподалеку в небольшой, но роскошной студии в районе Tribeca high rise, в здании со швейцаром и террасой. За аренду апартаментов он платил около трех тысяч долларов, а за свою работу промоутером – четыре ночи в неделю, вечером в воскресенье, – в Клубе Х он получал пятнадцать тысяч долларов. При этом дополнительно у него было множество выгодных заказов. Один богатый знакомый заплатил ему десять тысяч долларов за организацию бар-мицвы его дочери, другой старый друг по бизнесу предложил ему три тысячи долларов в