Читать книгу - "Львы и розы ислама - Владимир Дмитриевич Соколов"

лекарств, в третьей – о конкретных болезнях разных органов, в четвертой – о болезнях всего организма (лихорадка, отравление) и травмах, в пятой – об особых лекарствах, не существующих в природе и изготовляемых врачами.

«Канон» был знаменит не только на Востоке, но и в Европе. По этой книге врачи пятьсот с лишним лет лечили пациентов. Ее использовали как учебник для медиков и считали наиболее полным сводом знаний по медицине.

Другой его известный труд, «Книга исцеления», – описание всего известного мира и его устройства вкупе с математикой, музыкой и логикой. Это энциклопедия научного знания наподобие аристотелевской, где животные, минералы, климат и оптика стоят на равных ступенях и соседствуют с философией. Сходство работ Ибн Сины с Аристотелем было так велико, что его «Трактат о минералах» долго приписывали греческому философу. В отличие от Аристотеля, писавшего отдельные работы по разным темам, Ибн Сина включил в свой труд и метафизику, и теорию познания, и политику, и этику.

Его идеи во многом перекликались с мыслями аль-Бируни. Он занимался астрономией и математикой, определял плотность минералов и измерял радиус Земли. Ибн Сина предсказал существование микроорганизмов как возбудителей болезней. Он заявил, что геологические породы формируются многие тысячелетия и что когда-то суша находилась под водой, поэтому теперь на ней находят окаменелости морских животных.

Философия Авиценны тоже была по большей части аристотелевской, с добавлением Платона. «Метафизику» Аристотеля он читал сорок раз. Перводвигатель, форма, организующая материю, – оригинальным это могло оказаться только средневековым европейцам, не знавшим античных первоисточников. Ибн Сина словно пытался создать аристотелевскую философию по второму разу, наполнив ее мусульманским духом. При этом он ненавидел схоластику, которую так любила средневековая наука. В этом действительно он был оригинален. «Из всех видов доказательств, – писал он, – нас интересуют только два: истинные, чтобы им следовать, и софистские, чтобы их избегать».

По большому счету, Ибн Сина был не столько самостоятельным ученым, сколько популяризатором, благодаря которому научные знания того времени были усвоены и поданы широкой публике в удобном и красивом виде. Это принесло ему широкую известность на востоке и на западе. В народе его за избыточность знаний считали чернокнижником, магом и еретиком.

С исторической точки зрения, Авиценне очень повезло. Большинство научных трудов других крупных ученых: Хорезми, аль-Бируни, аль-Бузджани, Хазини, Омара Хайяма (не только поэта, но и выдающегося математика) на Востоке были забыты, а Западе не востребованы. Их открытия никто не подхватил, изыскания никто не продолжил. Теперь они имеют значение только для истории науки.

Глава 3. Что было на Западе

3.1. Египет и Магриб

Тулуниды

В эпоху Аббасидов Египет считался самой спокойной и самой обеспеченной провинцией. Он находился в центре халифата, протянувшегося на восемь тысяч километров, и со всех сторон был окружен мирными, прочно завоеванными землями. Ему не угрожали ни дикие кочевники, ни хариджиты, ни шииты, ни внешние враги. Плодородный и процветающий Египет не только имел всего в достатке, но и кормил другие области, превратившись в хлебную житницу халифата. При разумном управлении и надежной власти арабам оставалось только «доить» эту тучную корову, собирая подати и наполняя золотом казну.

Но к началу IX века Аббасиды стали настолько слабы, что уже не могли удержать даже такую благополучную и богатую провинцию, находившуюся у них почти под боком. С мусульманским Египтом произошло то же самое, что раньше с Хорасаном: если Персия стала вотчиной Тахира ибн Хусейна, то Египет оказался в руках Ахмада ибн Тулуна.

Ахмад ибн Тулун был не аристократ и даже не полководец, а просто чиновник – сын невольника, быстро поднявшийся по служебной лестнице благодаря своим способностям. В 868 году халиф аль-Муваффак отправил его в Египет для контроля над финансами, и Ахмад успешно справился с задачей, разобравшись с местными эмирами. Подавив восстание Алидов, он начал плести придворные интриги, стараясь утвердиться в качестве единственного представителя халифа. Спустя несколько лет ему это удалось, и Ахмад сделал следующий шаг: взял власть в свои руки и объявил себя сперва наместником, а потом и независимым правителем Египта.

Халифат спокойно относился к самоуправству своих наместников, пока они исправно платили положенные подати. Но Ахмад пошел еще дальше: он отказался посылать деньги в Багдад. Разгневанный халиф направил в Египет армию, однако его казна была пуста и ему не хватало денег, чтобы заплатить собственным солдатам. Ахмад легко разбил багдадцев и быстро захватил Сирию и Палестину, где почти все города сдались ему без боя. Так появилась одна из первых самостоятельных династий на территории халифата.

Эпоха переворотов. Можно только удивляться той легкости, с которой в это время происходила смена власти. Казалось, для администрации и подданных не существовало таких понятий, как лояльность или долг перед государством. Как только в провинции появлялась новая сильная рука, все, включая армию, переходили на сторону нового правителя. В том, что это делалось по чисто практическим соображениям, можно убедиться именно на примере Тулунидов. В совершенном ими перевороте не было никакой национальной или религиозной подоплеки, поскольку Ибн Тулун был таким же выходцем с востока, как прежний наместник, и так же, как Аббасиды, исповедовал суннизм.

Тулунидская эпоха считается золотым веком Египта. Став правителями богатого Египта, Тулуниды могли позволить себе копать каналы, строить великолепные мечети и покровительствовать искусствам. Старый Фустат был достроен кварталом Катай – новой столицей и ядром будущего Каира. Возведенная в Катае мечеть ибн Тулуна была так огромна, что в ней могла поместиться почти вся его армия. Вместе со строительством процветали торговля и ремесла: именно в это время начало бурно развиваться производство тканей, которое вскоре прославило Египет и стало едва ли не главной статьей его дохода.

Тулуниды создали сильную армию и флот, успешно воевавший на западе и на востоке. Отличительной особенностью египетского войска было то, что кроме тюрок, в него входили черные рабы-нубийцы. Можно сказать, что за Тулунидов воевали кто угодно, кроме местных жителей: греческие наемники, суданцы, берберы, горцы из далекого Гура. Это была все та же повсеместная опора на наемников, которая в первое время казалась оправданной и разумной, но в конце концов заводила власть в тупик.

Правление Тулунидов оказалось блестящим, но недолгим. Силы эмирата были подорваны уже при основателе династии Ахмаде, когда его сын аль-Аббас без ведома отца собрал армию и отправился завоевывать Ифрикию. Он не успел дойти даже до Кайруана: его разгромило встретившееся по пути племя берберов-хариджитов. По другим сведениям, аль-Аббас попытался