Читать книгу - "Дневники - Джордж Оруэлл"

в Индии обстоят намного хуже, чем кто-либо здесь имеет возможность осознать, ситуация еще поправима, но не будет исправлена, потому что правительство не желает идти на реальные уступки, и ад вырвется на волю тогда, когда (и если) начнется вторжение японцев, а наши передачи совершенно бесполезны, потому что их никто не слушает. Брандер, однако, говорит, что индийцы слушают новости на Би-би-си, считая их более достоверными, чем из Токио или из Берлина. Он считает, нам следует передавать только новости и музыку — и больше ничего. Я уже некоторое время это твержу.

10.10.42

Сегодня в честь годовщины китайской революции над радиостанцией вывесили китайский флаг. К сожалению, его перевернули вверх ногами.

[По словам Д[эвида] A[стора], Криппс вскоре собирается в отставку, причина: Кабинет военного времени — ширма, вся власть в нем принадлежит Черчиллю.]

11.10.42

Власти Канады заковали в кандалы столько же немецких пленных, сколько британских пленных заковали в Германии. Куда мы движемся?[650]

15.10.42

Капелька Индии, перенесенная в Англию. На протяжении нескольких недель наши новостные обзоры переводил на маратхи и зачитывал невысокий человек по имени Котари, совершенно сферический, но очень умный и, насколько я могу судить, искренний антифашист. Вдруг одна из тех таинственных организаций, которая контролирует набор сотрудников для Би-би-си (на этот раз, полагаю, MI5)[651], докопалась, что в прошлом он был коммунистом, участвовал в студенческом движении и сидел в тюрьме, так что поступил приказ от него избавиться. На его место взяли юношу по имени Джата, сотрудника Дома Индии и политически безупречного. Переводчиков на этот язык найти непросто, а те индийцы, для которых он родной, в Англии почему-то его забывают. Несколько недель спустя моя помощница мисс Читейл под большим секретом известила меня, что новостной обзор по-прежнему переводит Котари. Джата, хотя и не разучился читать на родном языке, писать на нем уже не может и использует Котари в качестве «негра». Несомненно, гонорар они также делили между собой. Мы не сумели найти другого квалифицированного переводчика, так что Котари будет и далее выполнять эту работу, а мы будем официально закрывать на это глаза. И такое происходит повсюду, где в деле участвуют индийцы.

17.10.42

Услышал вчера вечером «еврейский анекдот» со сцены театра «Плейерс» — не грубый и из уст еврея, но все же со слегка антисемитским уклоном[652].

Очередные слухи о втором фронте. На этот раз называют 20 октября, маловероятная дата, уже во вторник. Но, кажется, достаточно ясно, что надо чего-то ожидать в Западной или Северо-Западной Африке.

15.11.42

Сегодня утром зазвонили церковные колокола — в честь победы в Египте[653]. Впервые услышал их более чем за два года.

Дневники с Джуры

Домашний дневник, том III. 7 мая 1946 — 5 января 1947

Двадцать третьего ноября 1943 года, оставив службу в Би-би-си, Оруэлл также ушел, по состоянию здоровья, из Войск местной обороны. Основная боевая задача ополчения в 1943 и 1944 годах состояла в комплектовании зенитных артиллерийских батарей (в частности, «Z» или ракетных батарей), а к такой службе он был негоден. Третьего декабря 1943 г. Оруэлл опубликовал первую из восьмидесяти авторских колонок «Как мне захочется» для газеты «Трибьюн», а позже, в декабре, начал писать обзоры для «Манчестер ивнинг ньюз». Зимой 1943–1944 гг. Оруэлл написал повесть «Скотный двор». К концу мая 1944 г. он завершил эссе «Англичане», хотя статья вышла в свет только в августе 1947 г. В июне 1944 г. Оруэллы усыновили ребенка, мальчика по имени Ричард. В июле[654], 28-го числа, их дом подвергся бомбардировке — квартира серьезно пострадала, погибло множество книг, а машинописный текст «Скотного двора», как Оруэлл объяснял Томасу Элиоту, «несколько поистрепался». Элиот отклонил рукопись (как ранее отверг «Фунты лиха в Париже и Лондоне») от имени издательства «Фабер». Инес Холден, подруга Оруэлла, писала, что жить в квартире стало невозможно, но Оруэлл «ходит туда ежедневно, рыщет в развалинах, стремясь спасти как можно больше книг, и увозит их на тачке. Он ходит туда с Флит-стрит в обеденный перерыв». Тем летом Оруэлл впервые посетил Джуру, а в октябре они с Эйлин переехали в квартиру на Кенонбери-сквер, в Ислингтоне. Таков был его последний лондонский адрес.

C 15 февраля по 24 мая 1945 года Оруэлл сотрудничал в качестве военного корреспондента во Франции, Германии и Австрии с газетами «Манчестер ивнинг ньюз» и «Обсервер». Эйлин уже много лет болела, и в марте 1945 года было принято решение провести операцию. Увы, 29 марта она скончалась во время анестезии. Их переписка, относящаяся к этому времени, особенно трогательна; последнее письмо Эйлин, которое она писала, когда ее увезли в операционную, осталось незаконченным. Препоручив своего малолетнего сына заботам родственников, Оруэлл вновь уехал, чтобы до конца выполнить свои обязательства военного корреспондента.

Оруэлл говорил Фредрику Варбургу, что замысел романа «1984» относится к 1943 году, но нам известно, что непосредственное побуждение писать родилось у Оруэлла после доклада Джона Бейкера о фальсификации науки в СССР на лондонской конференции Пен-клуба 22–26 августа 1944 г. (см. The Lost Orwell, с. 128–133). Роман подвигался медленно. Двадцать пятого июня 1945 г. Фредрик Варбург сообщает, что Оруэлл «написал первые двенадцать страниц нового романа» («1984»); 26 сентября 1946 г. (т. е. примерно на середине настоящего дневника) Оруэлл сам писал Хамфри Слейтеру, что «наконец приступил к своему роману о будущем, но до сих пор написал не более 50 страниц». Роман был завершен в декабре 1948 г. Тем временем 17 августа 1945 г., после многочисленных отказов, издательство «Секер и Варбург» опубликовало «Скотный двор». В 1946 г. повесть была издана в США и заняла первую строчку в списке Американского клуба «Книга месяца». Вскоре, 14 февраля 1946 г., «Секер и Варбург» выпустило в свет том «Критических эссе» писателя. В сентябре 1945 г., во время пребывания в рыбацком домике на острове Джура, Оруэлл посетил усадьбу Барнхилл на севере острова и решил арендовать ее с 23 мая по октябрь 1946 г.

Третий Домашний дневник Оруэлла, который он называет «томом III», представляет собой общую тетрадь в сто страниц форматом 8×7 дюймов (марка «Денбай коммершел букс», D. 34/100). Дневниковые записи, за редкими исключениями, сделаны на нечетных страницах (с 1-й по 182-ю, согласно нумерации издателя). За ними следуют планы сада (воспроизведены ниже), а также списки метафор, клише и т. д. Списки не приводятся в настоящем издании, но опубликованы в Полном собрании сочинений (далее