Читать книгу - "Хроника - Салимбене де Адам"

Соломона там его убил Ванея, сын Иодаев. И заметь, что, как Иоав убил двух военачальников: Авенира, сына Нирова, и Амессая, сына Иеферова, так он получил смертный приговор от двух царей, от Давида и Соломона; и было приказано его убить. Военачальником был и тот, кто его убил, а именно Ванея. Об этом говорится во 2 Цар. 3 и в 3 Цар. 2. Посему Господь предписал в законе, как читаем, Исх. 21, 14: «А если кто с намерением умертвит ближнего коварно [и прибежит к жертвеннику], то и от жертвенника Моего бери его на смерть». То же предписал Господь, Исх. 22, 18[1022]: «Злодеев не оставляй в живых». Это хорошо исполнил царь Давид и в жизни и перед смертью, а то, чего не смог он, выполнил сын его, Соломон.

И заметь, что все сказанное мною выше о проклятии войн и о запустении земель и об обилии лесных зверей хотя и предваряет мое дальнейшее изложение, однако в свое время это было действительностью и именно из-за этого Парма отпала от Фридриха и прилепилась к Церкви. А теперь вернемся к первоначальному ходу /f. 290d/ нашей истории.

О том, что король Энцо находился при осаде Квинцано, когда Парма отпала от отца его

И вот, когда в лето Господне 1247 король Энцо, находившийся с кремонцами при осаде Квинцано, услышал, что изгнанные императором, отцом его, жившие в Пьяченце, стремительно вошли в Парму, «опустились руки его» (2 Цар. 4, 1), и он, сняв осаду Квинцано, поспешил в путь, и всю ночь он шел не с пением, но под молчаливые вздохи, как обычно возвращается с войны войско, потерпевшее поражение.

В то время я жил в кремонском монастыре ордена братьев-миноритов, ибо сам я был братом-миноритом, и потому я все это прекрасно знаю. Действительно, на рассвете кремонцы с королем Энцо быстро собрались на совет, который длился до поздней ночи. Затем, наспех поев, они все до одного, с боевой повозкой впереди, ушли. В Кремоне не осталось никого из тех, кто «мог бы выступить вооруженным» (1 Цар. 17, 39)[1023] и сражаться в бою. И я полагаю, что если бы они немедленно пошли в Парму и мужественно сражались, то, несомненно, вновь бы овладели городом, и потому что Парма не имела никаких укреплений и со всех сторон полностью была открыта, и потому что к пармцам еще не подоспела помощь, и потому что оставшиеся в городе жители проявляли равнодушие, так как им было безразлично, быть ли с теми, кто недавно вошел в город, или с теми, кто ушел из него, но они просто собирались заниматься своими делами. И действительно, если бы одна сторона знала, в каком состоянии пребывает другая, она не раз могла бы нанести ей поражение.

О том, что король Энцо и кремонцы расположились возле мертвого Таро

По воле Господней Энцо /f. 291a / с войском кремонцев расположился возле мертвого Таро и не пошел на Парму, дабы Господь не навлек на них беды. Ибо король Энцо хотел дождаться здесь прибытия своего отца, императора, который находился в городе Турине, расположенном в пределах Ломбардии. А Ломбардия простирается до Сузы и Монченизио. За ней расположены земли графа Савойского, затем – герцогство Бургундское, в котором с нашей стороны находится город Лион, первая митрополия в Галлии. И там в то время был папа Иннокентий IV и его кардиналы.

А мертвым Таро называется некое скопление воды, вытекающей из живого Таро в то время, когда он выходит из берегов и образует водоем наподобие озера или болота; и там водится много лещей, щук, угрей и линей; и почти рядом находится обитель ордена цистерцианцев, которую они называют Фонтевиво[1024], и от нее до Пармы семь миль.

А пока король Энцо с кремонцами ожидал там прибытия отца, к пармцам, вошедшим в город, каждодневно отовсюду прибывала помощь.

О господине Риччардо, графе ди Сан-Бонифачо из Вероны, который первым прибыл на помощь пармцам

Действительно, господин Риччардо, граф ди Сан-Бонифачо из Вероны, отважный рыцарь и весьма достойный человек, был первым, оказавшим поддержку пармцам, когда Парма восстала против императора; пройдя через Гуасталлу, он с многими воинами вошел в Парму. И пармцы оценили эту услугу, предоставив ему для жительства императорский дворец, находившийся на площади Арена, и попросили его и его людей возглавить охрану города со стороны Реджо. На следующий день прибыло войско /f. 291b/ из Пьяченцы, и было в нем 300 рыцарей, очень хорошо подготовленных к верховой езде и владению оружием. Они несли охрану города на берегу реки Пармы, иногда, когда это было необходимо, сидя на конях в боевом вооружении. И этот труд был для них скорее в утешение, чем в тягость. В другие же дни они находились в своих подворьях и, когда хотели, ходили по городу развлекаться. Затем, на третий день после прибытия Риччардо, графа ди Сан-Бонифачо, прибыли господин Григорий да Монтелонго, легат господина нашего папы, и господин Бернардо ди Роландо Росси, родственник господина нашего папы Иннокентия IV, с тысячью рыцарей из Милана. Они, когда была необходимость, охраняли город со стороны гор на берегу реки Пармы. А пармцы с легатом расположились за городом, на дороге, ведущей в Борго Сан-Доннино. Они, из-за опасений перед врагом, вырыли ров и сделали частокол, чтобы иметь защиту.

А император, взбешенный и весь пылая гневом из-за того, что с ним случилось, подошел к Парме и в контадо, называемом Грола (в котором множество виноградников и где делается доброе вино, а вино в этих краях превосходное), приказал строить город с большими рвами вокруг и в ознаменование будущего даже назвал его Витторией, а денарии назывались витторинами, победными монетами, и кафедральный собор носил имя Сан-Витторио. Итак, там находились Фридрих со своим войском и король Энцо с войском кремонцев. И император отправил ко всем своим друзьям гонцов с просьбой срочно прибыть для оказания ему помощи. И первым прибывшим был господин Уго Боттери /f. 291c/, пармский гражданин, племянник папы Иннокентия IV по сестре, и этот Уго Боттери, будучи в то время подеста Павии, прибыл со всеми павийцами, которые казались пригодными для сражения. И папа ни просьбами, ни обещаниями не смог разорвать дружбу этого своего племянника с Фридрихом; а папа любил его мать больше, чем двух других своих сестер, которые также были замужем в Парме. Вслед за Уго прибыл Эццелино да Романо, властвовавший в