Читать книгу - "Проклятье Мидаса 2 - Михаил Француз"

во время своих «закрытых» тренировок. А вот технику работы с огнестрелом, неплохо было бы и повторить. А теперь что? Как с этим убожеством вообще что-то повторять, кроме простой базовой стрельбы прямо перед собой по неподвижной мишени? Для того, чтобы просто развеяться после работы — хватит, но для подготовки к будущему боевику — совершенно, совершено недостаточно! Тем более, во франшизе «Джон Уик»!

— Эм… а может, у вас… есть какой-то отдельный вариант для… профессионалов с боевым опытом? — проникновенно опустив голос и наклонившись ближе к уху администратора, спросил я самым намекающим на отдельное вознаграждение тоном. Доставать из кармана деньги, шелестеть купюрами, или как-то ещё доказывать свою платёжеспособность уже не было необходимости — после выкупа всего тира-то.

— Господин, мы… мы не можем. Закон запрещает… — пытался лепетать он в отчаянной попытке сопротивления. Вот только наличие телохранителя рядом, которого он, видимо, знал в лицо, сильно мешало ему быть убедительным. В какой-то момент, сообразив, что звучит жалко, он вспыхнул и, вспомнив о своём достоинстве «человека при исполнении» выпрямился. — Господин, да — у нас есть отдельное помещение и отдельные правила для тренировок представителей силовых структур и частной охраны… Но! — тут же вскинул руку и повысил голос он. — Только при предъявлении соответствующего удостоверения, прохождении ими полного инструктажа под роспись, и после сдачи практического экзамена по базовым правилам обращения с оружием… Но! У вас же нет удостоверения, и ваш «боевой опыт» — это только ваши слова. Случись что, я садиться в тюрьму не хочу! И деньги тут не помогут!

— Деньги — да, — мягко улыбнулся я. Затем чуть-чуть приподнял одну свою бровь. — А большие деньги?

— Нет — это нет, Господин…

— Ким, — помог я ему.

— Нет — это нет, Господин Ким, — отважился на ещё одну вспышку принципиальности он.

— Я очень уважаю вашу гражданскую позицию, Господин…?

— Пак, — помог уже мне он.

— Я очень уважаю вашу гражданскую позицию, Господин Пак, — продолжил мягко и максимально располагающе улыбаться ему. — И она совершенно правильная: закон есть закон. Но… что если мы и сделаем всё полностью по закону?

— Как это? — удивился и даже слегка растерялся он.

— Всё, согласно правилам, но… только быстро, — стала моя улыбка ещё шире. После чего, я знаком подозвал к себе секретаря с телефоном и позвонил Пэку. Дождавшись ответа на звонок, я велел ему подъехать к нам, обязательно захватив комплект документов и новое удостоверение сотрудника службы безопасности «Империя групп» с правом ношения оружия… оформленных на моё имя.

Ну а что? Владельцу и генеральному директору ведь не запрещено совмещать эту должность с какой-то ещё в своей компании: своя рука — владыка! А все нужные разрешения на новую службу безопасности Пэк уже успел оформить за эти дни, о чём не преминул мне доложить. Так что, принять ещё одного формального сотрудника в неё, не было для него проблемой. Тем более, по прямому указанию генерального директора. А формальности и скорость… ну, так целый Начальник службы безопасности многомиллиардной корпорации, мог себе позволить такую роскошь, как оперативное оформление нужных бумажек в нужных органах! Иначе, он — плохой Начальник, и мне надо искать нового. Пэк намёк понял. Сказал: «один час, шеф!», и повесил трубку.

— Ну, а пока мой начальник службы безопасности едет с моим совершенно законным и легальным удостоверением, пожалуй, у нас есть время на прохождение всех нужных инструктажей и принятие требуемых зачётов, господин Пак, — улыбнулся я администратору тира, одновременно возвращая телефон секретарю. — Приступим? Я буду очень-очень прилежным учеником.

Возражений у того, на этот раз, не нашлось. Он только вздохнул и поплёлся за соответствующими бланками и материалами.

* * *

Смотреть на обалделое и совершенно неверящее выражение лица администратора, держащего в руках и разглядывающего мишень, в самом центре которой красуется аккуратный, идеально ровный крест из шести свежих пулевых дырочек было забавно. Особенно, после того как тот почти целый час распинался, проводя инструктаж и «разжёвывая» мне каждую мелочь, как полному несмышлёнышу. Забавный контраст.

Не забавно было смотреть на трясущийся пистолет в своей руке.

Да — эта психосоматическая реакция на прикосновение к настоящему боевому оружию сохранилась и в этой жизни. Не настолько сильная, как в прошлой, но… сохранилась. Видимо, тот гадский подъезд с засевшим в нём Разумником, который я штурмовал на протяжении десятков, если не сотен своих смертей во временной «петле», аукаться будет мне ещё очень и очень долго. Вот: даже через перерождение вызванная тем травмирующим опытом реакция перескочила… вместе со всеми, связанными с ней, отточенными до совершенства на тех штурмах навыками.

Однако, я, ведь, научился справляться волевым усилием с этой дрожью даже в той жизни, в том мире, там, где реакция эта была намного… намного сильней! Да ещё и подкреплялась позывами к тошноте и слабостью. Было бы странным, если бы я не сумел совладать с её отголосками здесь, в мире этом.

Так что, мог теперь иметь удовольствие наблюдать за выражением лица администратора тира, который настолько не верил своим глазам, что не поленился лично сходить и снять эту мишень с крепления, чтобы убедиться, что она ему не мерещится, хоть и не было в том какой-то уж слишком острой необходимости: камера прекрасно всё выводила на специальный монитор рядом со стрелковой позицией — весь процесс появления пробоин можно было наблюдать «онлайн», не сходя с места.

Что ж, я, пожалуй, даже могу его понять: такая точность была, всё-таки, слегка (или не слегка) за пределами человеческих возможностей. Учитывая, что стрелял я из револьвера, на вскидку, почти не делая перерывов между выстрелами. Задерживаясь ровно настолько, чтобы механизм оружия мог справиться с переключением на новый патрон и новым взводом курка. А все шесть дырочек аккуратно разместились внутри кружочка «десятки», да ещё и выровнены были в вертикаль и в горизонталь, практически, как по транспортиру и линейке.

Револьвер сорок пятого калибра.

Взгляды Пэка, телохранителей и тех охранников, которые раньше, за моей спиной тихо посмеивались и подшучивали над моим пневматическим ПЛ, который я постоянно таскаю с собой после первого покушения, а теперь стали моей стрельбе свидетелями, тоже были достойны того, чтобы их запомнить или сфотографировать: столько недоумения, даже обиды какой-то детской… плавно, но неуклонно перераставших в глубочайшее уважение и опаску, было в этих взглядах, обращённых на меня… что мне даже как-то неудобно стало. Как будто, я из профи-спортсменов пришёл «пранковать» — выпендриваться в младшую детскую группу.

Но, что поделать, если у меня, после инициации и тренировок, возможности уже и