Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

коленях звезды, на сгибе локтя надпись «крови нет, выпили менты», на тыльной стороне запястья синие буквы Б А Р С.

Спустя три месяца по прибытию домой он снова подрался с соседом по лестничной площадке, и когда мама хотела их разнять, сильно ее толкнул. Мама упала, ударилась животом, случился выкидыш. После больницы она сразу же подала на развод.

Я очень переживала, несмотря на бурный характер, любила отца, мы всегда были дружны, понимали друг друга. Где-то в самой глубине души я им даже немножко гордилась.

Может, потому, что папа был задиристый и прямолинейный, не похожий на других серых, чинных, будто прилизанных горожан. К тому же благодаря моему хулиганистому родичу я стала получать повышенное внимание от мужской половины нашего класса:

— Слушай, Евка, а батя у тебя улетный! А какие у него наколки есть, расскажи! А еще где?

И вот я, дуреха малолетняя, расспрашивала отца о нелегких буднях «за колючкой», упивалась уголовной романтикой в исполнении Михаила Круга «Владимирский централ — ветер северный…», от души жалела несчастного сидельца за все перенесенные им лишения. Ну, прямо как декабриста, который вышел на Сенатскую площадь протестовать против царской власти и был сослан в Сибирь на каторгу.

После развода отец уехал в другой северный город, оставив нам с мамой однокомнатную квартиру в Надыме, где мы и стали проживать вдвоем. А пару лет назад по программе переселения северян маме выделили жилье в Нижегородской области, в маленьком городке со странным названием Кулебаки.

К тому времени я уже познакомилась с Олегом и получила приглашение перебраться к нему в просторную студию элитной новостройки. После долгих сомнений, мама поехала в европейскую часть России одна.

— Воздух в Кулебаках легкий, климат здоровый. Может, еще поживу. На свадьбу только пригласить не забудьте.

Но до красивой свадьбы у нас с Олегом не дошло. Лодка, что вполне бы могла называться потом семейной, разбилась о быт уже через полгода совместного проживания.

Очутившись на территории жениха, я с первых же дней стала чувствовать себя высокообразованной прислугой, качественным прибором из разряда бытовой техники.

Олег настоял на том, чтобы я оставила репетиторство, сократила количество занятий в Фитнесс-клубе и занялась домом. Моей главной обязанностью стало встречать будущего мужа с работы в полной боевой готовности: квартира блестит, ужин из трех блюд, причем идеально сбалансированных по составу, а я сама должна походить на красотку с обложки «Космополитен».

Перед совместным походом в спальню от меня требовался кружевной полупрозрачный пеньюар, сексуальные шпильки, чувственная аура в будуаре за счет ароматических свечей и масел, а также искреннее желание выложиться на все сто для вальяжного самца-господина.

«Чем ты меня сегодня удивишь, Евочка…»

Я, конечно, всегда старалась выглядеть подтянуто и свежо, но не имела привычки накладывать косметику в выходные дни, никогда не делала вычурную прическу, собираясь вынести мусорное ведро. И расписывать в уме последовательность эротических приемов для меня тоже оказалось в новинку.

Олегу нужна была идеальная картина: уютное гнездышко в стиле минимализма, замысловатый рацион питания для спортсмена, красавица жена при изысканном маникюре в модной одежде. Жена — повар высшего класса, жена — гейша, жена — тонкий психолог и фотомодель в одном лице.

Наконец я поняла, почему от Олега сбежали несколько бывших подруг, а еще парочку барышень он выгнал сам без долгих церемоний. Я же, как истинная «отличница», принципиально намеревалась продержаться подольше. И даже поставила рекорд в отношениях Олега с девушками — меня хватила на целых полгода. Просто я очень любила своего первого мужчину, хотела соответствовать ему, стать для него единственной, самой лучшей.

В моих глазах Олег был образцом мужественности: старше меня на несколько лет, брутальный, «накачанный», под два метра ростом красавец. Себя-то я всегда считала ничем не примечательной, совершенной обычной девчонкой, на которую никто не обратит внимание с первого взгляда. А вот с первого разговора…

Меня часто хвалили за голос — глубокий и завораживающий тембр с бархатистыми интонациями. На этот-то голос и явился Олег в спортивный зал, где я громко руководила полнотелыми и поджарыми дамами своей группы. Помню, обомлела, увидев его впервые.

Во время своих занятий в «тренажерке» Олег повязывал коротко стриженую голову красным платком, прибавьте к этому внушительный полуголый торс, острый надменный взгляд, ямочку на подбородке… Настоящий пират! Я покорилась до обидного быстро. «Абордаж» произошел примерно через неделю после нашего знакомства, но я ни о чем не жалела.

Как писали в старинных романах: «Между нами разгорелось пламя страсти, которое невозможно было погасить…». Потом я полгода упорно подкидывала дровишек, сбросила лишние два килограмма, которые мешали моей фигуре дотянуться до пресловутых стандартных параметров, в совершенстве освоила технику накладывания макияжа, записалась на курсы фитодизайна.

Забросив свое репетиторство по русскому языку, я штудировала кулинарные книги и сайты, стала поклонницей передач типа «Модный приговор», поменяла гардероб, правда, на свои собственные средства. В плане финансов Олег оказался довольно прижимистым, так из моих личных доходов треть денег должна была вноситься в общую казну на общие нужды.

Олег ратовал за равноправие:

— Не выношу девчонок, которые пищат: «Мои деньги — это мои деньги, а твои деньги, любимый, — это наши деньги!» Со мной у них такой номер не пройдет.

И я легко согласилась, а разве он был не прав? Мы же вместе, мы пара — у нас все общее. Потому я сама платила за себя в кафе, сама покупала себе косметику, одежду и остальные женские штучки. Содержание квартиры и минимальный продуктовый набор был за счет Олега. В список вынужденных расходов попадали и цветы для меня, случайно подсмотрела в ежедневнике.

Через полгода такой карусели я выдохлась… Устала быть Леди Совершенство и стала пятой невестой, сбежавшей от Олега, сверкая тщательно обработанными пятками. В костре нашей страсти остались одни угли, которые я щедро залила слезами, а последним толчком к такому решению стал звонок от маминой соседки из Кулебак.

— Евочка, приезжай скорее, Надежда в больнице.

Так я навсегда простилась с Надымом, вычеркнула из сердца гламурно — расчетливого пирата и поселилась в Нижегородской области.

Мамочки моей не стало через два месяца после переезда. Отказали почки в реанимации, врачи ничего не могли сделать. Я осталась совсем одна. Поначалу отца хотела разыскать, а потом подумала — зачем?

Он не интересовался мною уже десять лет, хотя исправно платил алименты в свое время. После того, как завел в Сургуте новую семью и устроился на завод слесарем механосборочных работ, после рождения сына ни разу не поздравил меня с днем рождения.

А я очень скучала по нему, писала, звонила… Но отболела и эта рана, превратившись в едва приметный шрам, ноющий