Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

но и всякие мысли в голове и чувства еще есть. И мне всех жалко бывает, потому что люди, когда вместе сходятся, делают столько ошибок, нелепо себя ведут, обижают и обижаются по пустякам. Я ведь понимаю Катю, просто…

– Просто, завидно чуть-чуть, да?

Лиза пересела на кровать, а Вика всхлипнула и, свернувшись клубочком, уложила кудрявую голову ей на колени.

– А малютка уже давно толкается? Как это чувствуется внутри? Мне можно послушать?

– Ну, послушай-послушай, только она сейчас, кажется, спит, кроха моя. Тихо в домике.

– Я тоже хочу ляльку, – притворно заныла Вика, часто моргая, чтобы не разреветься по-настоящему.

– Викусь, тебе рановато еще.

Лиза ласково убирала рыжие прядки-пружинки с высокого лба, пока Тори вдохновенно говорила:

– Твоей дочке повезет с мамой, ты будешь самая лучшая мама на свете, Лиза! Ты умеешь говорить с детьми, и у тебя хватит на это времени, даже если ты будешь очень занята. Иногда нужно всего лишь погладить дочку по голове, сказать: «Милая моя, как я тебя люблю, ты у меня такая хорошая, красивая, добрая». Им это важно, хоть они могут и не просить, и даже смущенно отводить руку. Детей нужно гладить, с ними нужно разговаривать. Для них это как воздух, как вода, как… жизнь.

– Ты тоже будешь хорошей мамой, только не торопись, папу сначала малышу найди хорошего, который тоже любит детей.

– Ага! Ты мне уже образ нарисовала, получился раскольник-старовер какой-то допетровский: «жена да убоится мужа своего…».

Теперь Лиза от души смеялась над причудами той, которую пару минут назад пришла перевоспитывать.

– А ведь все правильно, знаешь такую старую поговорку: «за мужа завалюся, никого не боюся», так и должно быть, моя дорогая. Особенно у тебя!

– А что во мне такого особенного? Почему вокруг меня никто пританцовывать не собирается?

– В узде тебя надо держать, кобылка ты норовистая, и периодически кнут показывать.

– А пряник как же? – Вика с готовностью высунула язык. – Я сладкое обожаю.

– Ну, без пряника с тобой вообще далеко не уедешь!

– Это в смысле, что я такая корыстная, да?

Лиза от души стиснула ее в объятиях.

– Это в смысле, что любить тебя надо по-настоящему, ты фальшь чувствуешь за версту. Тебе нужны искренние чувства, тогда ты сама будешь любить так, что только держись, ни за какие деньги не купишь.

– Лиза, спасибо! Ты самая лучшая матушка-смотрительница, я не хочу тебя огорчать, я помирюсь с Катей, а от Вани буду держаться подальше.

– Ох, так ведь никто вам с ним дружить не запрещает! Только без рук, поняла? Трогать его не надо, это его «половинку» нервирует…

– Какие же мы нежные, ми-ми-ми… бла-бла-бла! – взбрыкнула Вика, соскакивая на пол с постели.

– Вот когда кто-то на твое добро ручки наложит, тогда поймешь! – предостерегла мудрая Лиза расшалившуюся девчонку.

– Да мне не жалко, я могу и поделиться! И мне вообще не надо такого парня, который сам не против, чтобы его облизывала другая.

– Хм… ты хочешь сказать, что Хати не был против твоих «дружеских» заигрываний? А еще говоришь у нас идеальные мужчины. Вот оно как получается: Иван любит, когда им женщины восхищаются, ему нравится быть в центре внимания. Игнат свою Машу ревностью изводил, ни на шаг не отпускал, Володя мой тоже бывает…

Лиза вздохнула – стоило ли рассказывать о себе самое важное, поймет ли эта взбалмошная, яркая и глубоко одинокая в душе девушка все тонкости их отношений с мужем.

– Иногда хочется с ним поговорить по душам, узнать, что его волнует, тревожит, прошу поделиться – улыбается и молчит. Я тоже не болтушка, конечно, но порой мне кажется, что он меня даже не слышит, думает о чем-то своем и молчит.

Они еще немного посекретничали с Викой и расстались довольные друг другом. Лиза тяжело спустилась по лестнице со второго этажа в холл. «Надо бы добраться до своего дома и, наконец, прилечь…».

На улице к Морозовой вдруг подскочил взволнованный Хати.

– Лизочка, скорее пойдем со мной, Катя заболела, ей плохо, она ничего не может есть. Я же вижу, что она совсем худенькая стала, ее постоянно тошнит. Еще ругает, что я ей молоко испорченное привез, а оно было свежим, и рыба ей больше не нравится, а раньше любила. Ума не приложу, что же делать?

– Рожать! – тихо проговорила Лиза, устало закрывая глаза.

– Как? Как ты сказала? – вытаращил голубые глазищи Хати.

– Да, ничего, дело житейское! Ванюш, будь другом, сбегай ко мне в дом, попроси у Володи косметичку, ну, или сам возьми, если его нет дома. Она в тумбочке у моей кровати, в комнате на первом этаже – синенькая такая сумочка с замком, там всякие пластыри, бинтики, таблетки… Принесешь? Я пока дойду до Кати.

– Ага, я быстро! Ф-фух, ну та сказала – рожать. Это ж серьезное дело… это же не так сразу…

– Да-да, – пробормотала Лиза ему вслед, – срок небольшой, успеете подготовиться.

* * *

Осунувшееся личико Катюши Пермяковой выражало всю мировую скорбь.

– Лиза, я умираю! Со мной творится что-то странное, мне плохо уже третий день. Уже не ем ничего и все равно тошнота не проходит. Все хуже и хуже… Я отравилась, да? Это все Хати и его натуральные продукты. Он нарочно издевается.

– Да уж, без Хати здесь точно не обошлось! – сухо заметила Морозова, вытирая влажные после мытья руки.

– Я видеть его больше не желаю, я уеду в город!

– А как же ваш малыш? Лучшего папочки, чем Иван тебе не найти, да и сам он тебя никуда не отпустит, на краю света отыщет, благо опыт имеется.

– Какой малыш? Ты о чем? – всхлипнула Катя.

– Дорогая, могу поздравить! – пафосно начала Лиза. – У тебя налицо все признаки беременности. Как сама-то еще не поняла?

– Я думала, у меня не будет… Лиз, а, может, я все-таки отравилась? Вдруг, я тебе сейчас поверю, а это не правда?

– А вот мы скоро убедимся! Нашел?

Лиза взяла из рук вошедшего в комнату Хати свою косметичку-аптечку.

– Так… где-то у меня тут пара тестиков завалялась, ага… вот, возьми, там все подробно написано, иди вниз и проверь.

– Прямо сейчас, да? – вспыхнула Катя, покосившись на милого друга, застывшего у дверей с пылающим взором.

– Ну, а чего ждать-то еще? – повысила голос Лиза.

«Доберусь я сегодня до родного диванчика… ноги гудят, а эти все не наиграются…»

– Скажи ему, чтобы ушел! – почти вежливо попросила Катя.

– Никуда я не уйду, вы что-то тут странное собираетесь одни делать!

Хати демонстративно встал у дверей, скрестив на груди руки.

– Рукоблудием займемся на пару, – раздраженно проворчала Лиза, – или предадимся