Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Виола подалась вперёд и вцепилась в спинку моего сиденья.

— Да, что это было, Макаров? — выпалила она, сверля меня взглядом. — Я же сама видела эту бумагу! Там наши лица, наше описание, а ты его ещё и попросил показать! Как ты его убедил, что мы не те, кого он ищет⁈

— Так получилось, — пожал я плечами с лёгкой усмешкой. — Зубы ему заговорил.

— Ну ты даёшь! — ещё раз повторил Роман, постепенно успокаиваясь. — Зубы он ему заговорил. Да я первый раз такое вижу! Виола, ты знала, что Ярослав так умеет?

— Нет, не знала, — задумчиво ответила Виола, откидываясь на сиденье. — Я, кажется, вообще его не знаю. Он меня каждый раз удивляет.

На самом деле я и сам был удивлён тому, насколько легко прошла новая для меня способность. Мысли гвардейца читались легко, вероятно, из-за того, что у него не было никакой ментальной защиты, и вся его сущность лежала на поверхности: усталость, жадность, похоть, мечты о лёгких деньгах. Мне оставалось только подыграть, озвучить то, о чём гвардеец и сам думал, и подкинуть ему одну сильную, чёткую мысль — что это точно не мы, что он уже проверил наши документы и всё в порядке. Эта мысль стала для него фоном, белым шумом, который заглушал все подозрения, и он даже не задумался, почему он вдруг так уверен в этом.

— Ориентировка свежая, — произнёс я, возвращаясь к делу. — От вчерашнего дня. Номера машины в ней нет, но это вопрос времени. Они только начали поиски, и пока у них нет полной информации. Но если друг Романа заявит об угоне или если кто-то из соседей видел, как вы уезжали, то ориентировка на машину появится уже сегодня вечером. Нужно срочно менять транспорт.

— У меня есть вариант, — оживился Роман, почёсывая затылок и морща лоб в раздумьях. — Можно оставить машину у моего знакомого, а самим нанять частника.

— Нет, не подойдёт, большие риски, — покачала головой Виола. — Я знаю, где можно взять машину вообще без всяких проблем. В Галиче, на северной промзоне, есть одна контора, которая скупает битые машины, восстанавливает их и продаёт без документов. Наличные, никаких вопросов, никаких регистраций. Берут только за саму машину, и всё. Найдём что-нибудь неприметное и затеряемся в потоке.

— А если спросят документы на машину? — спросил Роман и тут же сам себе ответил. — А ну да, Ярослав провернёт такой же гипнотический фокус и отведёт проверяющим глаза.

Я быстро прокрутил в голове варианты. Из возможных способов — от угона до покупки у частника — вариант Виолы был самым безопасным. Никаких свидетелей, никаких документов, никаких следов. На первое время пойдёт, а потом легализуемся.

— Да, так и сделаем. Роман, — сказал я, оборачиваясь к инженеру, — а твой друг, чья это машина, он надёжен? Сможешь ему позвонить, чтобы он её забрал, и никому не рассказывал?

Роман замялся и потёр шею, и в его астрале мелькнула неуверенность, смешанная с тревогой.

— Ну, он не совсем друг, — признался он, подбирая слова. — Так, хороший знакомый. У него есть слабые места и, если гвардия надавит, то он, думаю, может рассказать про машину и про меня, чтобы спасти свою шкуру.

— Тогда этот вариант отметаем, — отрезал я, продумывая первоочередные шаги. — Просто оставим машину в лесу, её рано или поздно найдут и вернут владельцу. У тебя есть ещё эфирные карты?

— У меня есть и карты, и переговорники, — подала сзади голос Виола. — В тайнике в Никольском.

Слова переговорники и эфирные карты я не раз слышал от Захара и Кости в долине, они означали привычные названия мобильных телефонов и сим-карт.

— Хорошо, — резюмировал я, поправляя ремень безопасности. — Тогда едем за новой машиной.

Через час мы остановились на окраине промзоны, перед обшарпанным ангаром с вывеской «Авторазбор». Виола исчезла внутри и вскоре вышла с ключами от старого, потрёпанного седана тёмно-синего цвета. Машина была с помятым крылом и кое-где облупленной краской, но двигатель работал ровно, и документов на неё никто не спрашивал.

Микроавтобус Романа мы оставили на большой парковке у какого-то крупного магазина, предварительно стерев все отпечатки и забрав всё, что могло указать на нас.

В Никольское мы добрались уже затемно. Дом Виолы стоял на самой окраине небольшой деревушки, у самой кромки леса. Старый, но на вид крепкий, с заколоченными ставнями и заросшим травой двором, он состоял из двух комнат и был обставлен очень просто: деревянные кровати, стол, стулья, пара шкафов и тумбочек, кирпичная дровяная печь. Мы быстро обустроились, и Виола, порывшись в своём тайнике под половицей, извлекла оттуда запасные телефоны.

— Держите переговорники с эфирными картами, — зональщица протянула телефоны нам с Романом. — Поток там тоже есть.

— Благодарю, — ответил я, принимая прямоугольное серебристое устройство с цветными иконками.

Поток — это хорошо, местный интернет даст мне ключ к целому миру, о котором я пока знал катастрофически мало.

Мы поужинали гречкой с консервами, которые предусмотрительная Виола припасла в доме. Роман быстро доел еду, отставил тарелку и вытер губы рукавом.

— Ну и что дальше, Ярослав? — спросил он с усталостью, наливая чай.

— С транспортом и связью вопрос решён, — ответил я, отодвигая тарелку и опираясь локтями на стол. — Сейчас важно решить с внешностью и документами, иначе у нас будут связаны руки и всегда будет риск, что нас опознают. Кто-нибудь из ваших связей может решить этот вопрос?

Роман задумчиво почесал затылок и пожал плечами.

— Ну, документы я ещё примерно представляю, у кого можно сделать, — произнёс он, морща лоб. — Есть в Галиче один человечек, бывший клерк из графской канцелярии, которого выгнали за пьянство. Он теперь промышляет подделками. Но работает только с теми, кого знает лично, и берёт дорого. А вот с внешностью… — Роман развёл руками и хмыкнул. — Тут я пас. Ты как её менять-то собрался? Бороду отращивать? Или волосы перекрашивать?

Я откинулся на спинку стула и принялся перечислять варианты, загибая пальцы.

— Ну варианты разные есть. Можно использовать макияж, парик, организовать пухлые щёки, подложив вату. Гримёра профессионального нанять или использовать маски. Настоящие, реалистичные маски, которые не отличишь от человеческого лица, такие технологии должны быть.

Виола, которая до этого молча слушала,