Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

только начало своё долгое падение за горизонт почти у них по курсу, и широкую, с массивным мотором корму идущего впереди армейского судёнышка было прекрасно видно.

— Лодок в округе навалом, — сообщал Мирон, разглядывая монитор РЭБ-станции. — Девять моторов.

— То рыбари, наверное, — предполагал Кульков.

— Может, и рыбаки, — соглашался радист.

Казаки так привыкли, что в их разговоры по СПВ никто не вмешивается, что немного растерялись, когда услышали голос Фарафонова:

— Это наши люди со Светлого, вышли проверять донки на ерша и на падалицу, как раз их к вечеру проверяют.

Хотя теряться было глупо, ведь сами только что синхронизировали частоты с армейцами. И теперь казаки молчат, удивляются. Мало того, что им непонятно, зачем людям ловить нелепого, почти ни на что не годного ерша… так тут ещё и падалица какая-то есть. О ней они у себя за Мысом даже и не слыхали.

— А дроны? — спрашивает тогда Саблин.

— Нет, дронов ни одного.

— Для дронов ещё рано, — опять вмешивается в разговор лейтенант и после добавляет: — А вот через три часа, товарищ урядник, будет нужно всё ваше внимание и вся мощность вашей аппаратуры, так что вы бы пока отдохнули.

— Есть отдохнуть, — откликается Мирон. Все понимают, что лейтенант так вежливо посоветовал всем соблюдать радиомолчание. Даже в режиме СПВ. Но фронтальные камеры урядника всё равно направлены на мониторы. Аким заглядывает ему через плечо и видит, что тот прочёсывает широты радиоэфира, фиксирует источники передач, и тут их не так уж и мало.

«Болтают люди».

И опять казаки удивляются: у них рыбаки уходят в болото без раций, а тут вон как, считай, в каждой лодке аппарат. Впрочем, это можно понять: места здесь неспокойные, рядом горы с десятками баз и блокпостов пришлых, со шныряющими по этим болотам бандами людоловов. Как переделанных, так и тварей в человеческом обличии вроде Глаза.

Так они и шли почти ровно на запад, пока совсем не стемнело; лодок сразу стало меньше, разговоров в эфире тоже. Вода была тяжёлой. Глубины малые… Ни длинных проток, ни тем более русел, ни плёсов… Тина, тина, сплошная тина, так что даже на средних оборотах двигались они не быстро, ещё и с большим расходом топлива. Но казаки понимали, что Фарафонов специально ведет их через эти места. Люди в здравом уме сюда, на юг от Хулимсунта, по доброй воле не полезут. И посему им почти никто на пути не встречался. Монотонное протискивание сквозь болотную растительность усыпляло. В лодках все молчали, и Аким ловил себя на мысли, что вот-вот заснёт.

Но ещё до того, как темнота накрыла бескрайние просторы болота, казаки увидели деревья из тех, что могут расти прямо из густой воды болота. Пока что это были одинокие стволы метров по десять или даже пятнадцать высотой; тёмные, они возвышались над рогозом, их небольшие кроны походили на кем-то развешанную клочковатую, какую-то неопрятную ветошь бурого, как и болотная вода, цвета. То был верный признак близких Уральских гор.

И тут в радиотишине прозвучал голос Мирона Карасёва:

— Радиомаяк, запад-запад-север, семьдесят семь километров.

— Хулимсунт. Идём правильно, — сказал Фарафонов. И снова в эфире повисла тишина. Казаки вообще-то любят поболтать — ну а как ещё в многодневном пути коротать время? Молчать несколько суток, что ли? Но армейцы молчат, как в рот воды набрали. Ни звука в эфире. Может, так тут и нужно, места-то опасные… Поэтому и казаки молчат. Хотя у казаков есть на лодке кубрик, там, «раздевшись», хоть покурить можно, чай, прихваченный с собой из солдатской столовой, попить, просто подремать под кондиционером, так что людям Саблина жаловаться грех.

После полуночи, когда они, по его представлению, уже прошли Хулимсунт, Саблин вдруг среди ровных звуков урчания лодочных моторов разобрал звук новый, легкое гудение или даже жужжание со стрёкотом… Звук резко усилился, потом стал быстро удаляться, Аким поднял камеры шлема к небу, но не успел ничего рассмотреть; впрочем, это было и не нужно, он и так знал, что с лодки, идущей за ним, рядовой Лукошин запустил дрон-разведчик.

«Значит, точно Хулимсунт прошли».

И тут Фарафонов и говорит:

— Сержант Белов!

— Я, — откликается сержант из первой лодки.

— Там Ялбынъя дальше вот-вот уже будет, ты на русло не выходи, так и держи по тине ровно на запад, пока не скажу.

— Есть держать запад ровно, — откликается Белов.

Носовой фонарь лодки Саблина то и дело высвечивает корму армейского плавсредства, которым командует Белов. И сержант ведёт свою лодку как раз вдоль и мимо участка чёрной, открытой воды без какой-либо растительности. Аким думает, что там можно было пойти и побыстрее, но он понимает, что в этом случае лучше полагаться на тех, кто эти места знает.

⠀⠀

Глава 35

И не прошло и десяти минут после приказа Фарафонова, как он вообще останавливает движение одной фразой:

— Моторы глушим! Фонари гасим.

Денис перевёл камеры шлема на Саблина, и так как тот ничего ему не сказал, выключил моторы. И погасил кормовой фонарь, носовой погасил Кульков. Стало темно, но ожидаемой тишины не настало, так как командирская лодка продолжила движение, пока не поравнялась с лодкой Саблина.

— Прапорщик, перебирайтесь ко мне, — произнёс лейтенант. Он был светлым пятном в предутренней темноте, так как сидел за монитором управления дроном, Лукошин был тут же.

— Хороший у вас дрон, прапорщик, — сообщил ему лейтенант, указывая на монитор.

Саблин сразу понял, на что тот указывает: на тёмном фоне болота, выхваченная дорогой инфракрасной камерой, светилась белая точка.

— Бандиты? — спросил Аким. Он догадывался, что эта встреча никак в их планы не входила.

— Нет, лодка широкая, большая, — говорит Фарафонов, — мотор вон как хорошо виден, прожорливый, просто пылает… У бандитов местных моторы дорогие, типа ваших… У них теплоотдача намного меньше… Так что… это переделанные.

Странное дело, но на секунду прапорщику стало полегче. Переделанные — не его проблема, во всяком случае сейчас; а Фарафонов продолжал:

— У них по штатному расписанию должен быть и РЭБ, и рация, и дрон… Странно, что лодка одна, обычно они парами ходят, может, считают эти места своими, безопасными, думают, что хорошо их знают… Идут, даже дрон не запускают…

«Да, если бы в воздухе был дрон где-то рядом, Мирон сразу сообщил бы. Он от РЭБа не отходит, а значит, идут они беспечно, о нас не догадываются».

— И что будем делать? — наконец спрашивает Аким.

— Вообще-то, перехват плавсредства противника — наша главная боевая задача, — после вздоха начинает лейтенант. — Лодка идёт прямо по