Читать книгу - "Нико Вайсхаммер - Сергей Извольский"

упорядочивался, но возвращалась физическая форма, чтобы в случае попытки задержания с препаратами могли оказать сопротивление или убежать.

— Вы хотели сказать тупел, а не упорядочивался?

— Нет-нет, полная концентрация на задаче. В армии абсолютно легально применяют подобные препараты при выполнении боевых задач в мертвых зонах.

— Но не в таком количестве.

— Но не в таком количестве, — согласился Винкельманн, отводя взгляд.

— Кто я такой?

— Я не знаю, не знаю! Этот вопрос надо задавать князю! Пожалуйста, Нико, пощадите, я не знаю! — засучил здоровой ногой Винкельманн, видя, как я посадил на биту новый саморез.

— Зачем вы сейчас пришли?

— Кое-что нужно у вас забрать.

Устало вздохнув, я заклеил рот княжеского поверенного, и громкое мычание стонов заглушил воющий гул шуруповерта.

— Карл Иванович, вы же понимаете, что мне не нравится причинять вам боль? — соврал я, прежде чем вкрутить очередной саморез.

Соврал потому, что в ответе на вопрос «кто сдал меня в морг на разборку?» я практически уверен. И если клановый поверенный поймет, что я догадываюсь о его роли в этом, он может попытаться пропетлять в ответах. Если же Винкельманн не знает точно, как именно я выбрался с разделочного стола и что по этому поводу думаю, у него может быть надежда на спасение, а этим надо пользоваться в попытке вытащить из него нужную мне информацию.

— Карл Иванович, еще один нечестный ответ и с вашим телом начнут происходить необратимые изменения. Вы поняли? — оторвал я скотч.

— Я понял, Нико, я все понял, — сквозь рыдания произнес Винкельманн.

— Хорошо. Итак, зачем вы сейчас пришли?

— Забрать контейнер с прототипом!

— Для кого?

— Я не знаю, не знаю! Все общение происходит обезличено, мне поступила команда забрать контейнер как только вы появитесь, я не должен знать, что там прототип, я просто об этом догадываюсь, я вообще этим не занимаюсь, садовник сообщил мне что вы пришли и я приехал сразу как смог, пожалуйста, пожалуйста, я больше ничего не знаю! — скороговоркой сквозь слезы и текущие из носа сопли проговаривал Винкельманн.

Положив шуруповерт на место, я осмотрел внутренности ящика. Достал электролобзик, оценил длину провода. Положил инструмент на место, достал молоток, взвесил в руке и посмотрел на Винкельманна.

— Еще раз повторю вопрос, прежде чем мадам Марина пойдет на кухню за клееночной скатертью, а количество ваших пальцев начнет постепенно уменьшаться травматической ампутацией путем размозжения вот этим предметом, — приподнял я молоток. — Показать, как это будет происходить?

— Нет-нет, пожалуйста, не надо!

— Кому вы должны были передать контейнер?

— Я не знаю, только догадываюсь, что должен был передать его… — начал было Винкельманн, но его тело вдруг забилось в судороге, а по подбородку потекла белая пена. Пара мгновений и глаза остекленели — кому Карл Иванович должен, всем все простил. Неудача какая.

— Похоже, не я один здесь принимал коррекционные препараты, — посмотрел я на княгиню. Женщина по-прежнему белее мела, но в руках себя держит.

— Вы могли бы и меня так допрашивать с самого начала, — вдруг полуутвердительно произнесла она.

— Мог.

— Но не сделали этого.

— Был уверен, что под пыткой вы не рассказали бы мне больше, чем в обычной беседе. Кроме того, вы красивая.

На бледных щеках княгини появился румянец. Я вдруг вспомнил, как после особо неудачных спаррингов с княжескими ублюдками лежал в лазарете, а она приходила и подолгу находилась рядом, контролируя мое восстановление. Что-то тогда происходило, память не подсказывает точно, тем более бывало это нечасто — одна в особняке княгиня оставалась редко.

— Ладно, давайте думать, что делать дальше, — отвлекся я от ускользающих воспоминаний.

— С телом?

— Бросьте, это не проблема. В подвале достаточно необходимых химикатов, уже к утру сольем Карла Ивановича в канализацию…

Запнувшись на полуслове, я задумался — откуда вообще знаю про химикаты в подвале и про их необходимое количество, чтобы тело княжеского поверенного можно было слить в канализацию. Вроде бы воспоминания за всю жизнь все вернулись, а вот об этом информации в памяти никакой, как и об умении складывать мысли в слова. Знания по-прежнему возникали из ниоткуда, появляясь из странной звенящей пустоты.

— А потом? — поинтересовалась княгиня.

— Сегодня же отправимся в Италию, где вы поможете мне встретиться с герцогом де Санта, а после этого навсегда расстанемся. Но до этого момента нам нужно согласовать что вы будете говорить тем, кто придет за контейнером после него, — показал я на тело Винкельманна.

Княгиня захотела что-то сказать, но в этот момент несколько раз прозвучала переливчатая трель звонка. Несколько секунд тишины и кто-то вновь начал давить на кнопку, настырно и настойчиво, безо всякого уважения. Когда мы с княгиней вышли в холл, из коридора появилась заспанная Луна — в этот раз уже закутанная в длинный халат.

Стоило только княгине приоткрыть входную дверь, как совершенно непочтительно оттолкнув ее с пути в холл вломилось сразу с десяток судебных приставов. Последней зашла возглавляющая десант ярко-зеленых мундиров седая женщина с тонкими, нарисованными черными бровями. В руках она держала папку, открыв которую сейчас начала показательно сверяться с именами.

— Вы Марина Александровна Львова, в девичестве Арина Воронова? — скрипучим голосом поинтересовалась у княгини неприятная женщина.

— Да.

— Вы Луна Пантелеевна Львова? — обернулась она к княжне.

— Я, — с вызовом произнесла Луна. Не понимает еще всей глубины предстоящего падения — даже пожалел я девушку, которая одна из немногих в этом доме не сделала мне почти ничего плохого. Может быть потому, что училась в пансионе в Италии, очень редко здесь появляясь, но тем не менее.

— Дамы, настоящим уведомляю, что на основании доказанных преступлений против государства, Верховный Суд Российской республики постановил лишить княжеский клан Львовых особого юридического статуса, а также всех наследственных прав и привилегий. Любое имущество клана, находящееся в зонах общего пользования Республики, подлежит немедленной конфискации. Прошу всех немедленно покинуть здание, — указала на дверь неприятная женщина.

— Мне необходимо хотя бы собрать вещи и взять документы, — обескураженно произнесла лишенная титула княгиня.

— Гражданка Воронова, в этом доме вашего больше ничего нет, а любые ваши документы утратили юридическую силу, — прокаркала неприятная женщина. — Вот вам копия приказа, предъявите в МФЦ по месту прибытия для получения новых удостоверений, — протянув лист бумаги ошарашенной Арине, захлопнула красную