Читать книгу - "Обратный отсчет: Равнина - Токацин"

местных опасения… В общем, не надо их сюда пускать. Особенно — когда часов станет много. Они думают, резать время вредно.

— Думают? Или уверены? — глаза Кенена резко сузились. — Или знают наверняка?

Вепуат качнул головой.

— Только предполагают. Но мало ли… Надо бы проследить.

— Разумно, — кивнул Гварза, переводя тяжёлый взгляд на Гедимина. — Пока ничего не делай.

…Песок бесшумно сыпался на чёрную горку в нижней колбе. Часы стояли на пустом краю пульта; Гедимин передвинул их ближе к монитору. Теперь у него перед глазами было целых три прибора — примитивных, неточных, но всё же работающих. Это слегка успокаивало.

«Ладно — дикари. Чего от них ждать, кроме дикарства… Но Гварза-то куда⁈» — Гедимин сердито щурился на чёрный песок. «Отрезать куски от времени… Что, если ко мне приложить линейку, от меня куски отвалятся? Зря Вепуат и Гварза поощряют суеверия. Сразу надо было пресечь… Надеюсь, жрец не пойдёт болтать по базе. Кто тронет мою работу — руки переломаю.»

6 день Воды, месяц Льда. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген

От термочаши, поставленной под пульт управления, тянуло тёплым воздухом. Пол вокруг неё уже ощутимо прогрелся, и Гедимин передвинул её подальше от кресла, в проход. Сквозь отверстия в зеркальных стенках тепло и впрямь выдувало параллельно земле, хотя у сармата, как он ни просчитывал воздушные потоки, такая картина никак не складывалась. «Местная физика, мать её колба,» — Гедимин со вздохом отвернулся от чаши и перевёл взгляд на монитор. На глаза попались часы — почти пустая верхняя колба и струйка чёрного песка, отсчитывающая последние минуты смены.

Песок иссяк, когда Айзек, спустившийся в бункер, подошёл к Гедимину. Взглянув на часы, он еле слышно хмыкнул.

— Вижу, точность на уровне?

— На местном уровне, — буркнул Гедимин, останавливая руку на полпути к часам. — Кто сейчас на смене? Ты? Филки?

— Ансур уже на подходе, — Айзек оглянулся на приоткрытый люк, из которого тянуло холодом. — Что с часами? Никаких странностей не заметил? Ничего не взорвалось?

Гедимин недовольно сощурился.

— Ты долго собираешься поощрять суеверия? Часы не взрываются.

— Как и колёса, да? — Айзек криво ухмыльнулся, но тут же выставил руку пустой ладонью вперёд. — Я ничего не поощряю, атомщик. Но и не вижу смысла убеждать там, где всё и без меня очевидно. Когда местные поймут, что опасности нет, они успокоятся. А переубеждать их, давая лишнюю возможность упереться…

Он покачал головой. В коридоре зашуршало — сармат в эластичном комбинезоне пробирался в люк. За ним спустились двое филков.

— Дасьен часы перевернул, — доложил Ансур, подойдя к щиту управления. — А громко они дребезжат. Когда над ухом. Но с утра все галдят, и ничего не слышно.

Гедимин уступил место за пультом, передвинул термочашу к стене и опрокинул массивную часовую колбу. Отсчёт первой утренней смены пошёл.

…Что-то завывало по ту сторону прозрачной стены. Гедимин посмотрел сквозь неё и удивлённо мигнул. Крупные хлопья снега валили под углом к земле. Налетающий ветер швырял их на защитное поле, закручивал секундный вихрь и тут же рассыпал его. Сквозь снегопад еле-еле виднелся дальний фонарь у входа в горячий цех.

— Вода! — шумно выдохнул Вепуат, выбираясь из душевой. Его перья шевелились, отряхиваясь, а растопыренные крылья покачивались за спиной — пока ещё вразнобой, но сармату уже нелегко было держать равновесие. Он встряхнулся всем телом — перья с треском улеглись на броню.

— Замёрзшая вода — тоже вода, — он кивнул на защитное поле, заваливаемое снегом. Гравий снаружи засыпало на пять сантиметров, и слой, как его ни сдувало, постепенно нарастал. Термометр, высунутый из-под купола, показал минус сорок пять, а ощущения в пальцах — что там совершенно нечего делать.

— Дасьен выдрал листок из блокнота, — хмыкнул Вепуат, глядя на барак. — Ну, из того, что Альгот подарил. Висит теперь на стене. С расписанием реакторных смен. Так расчерчено аккуратно, и время подписано — «два часа ноль ноль минут»…

— И что? — Гедимин недовольно сощурился. — Когда все писали на листьях, было лучше? Этот материал, по крайней мере, стандартизируется.

— Ага, — кивнул Вепуат. — Я и говорю — всё очень аккуратно.

Из барака выбрался филк в белом комбинезоне. Взглянув на прозрачную стену и буран за ней, он ошалело мигнул и быстро пошёл к душевой. «У Альгота новый краситель? Белого не помню…» — Гедимин осёкся и еле слышно помянул уран и торий.

— Он что, в земной одежде? А как же…

— Так местной на всех не хватает, — Вепуат развёл руками. — Не голым же ходить. Холодно.

— Эта штука прямо на нём ни во что не мутирует? — Гедимин поддел когтем чёрные перья на чужой броне. Вепуат, недовольно хмыкнув, отодвинулся и пригладил их.

— За ними следят, я думаю. На ночь засовывают за экран… может, в Ураниум возят. Вместе со всем оборудованием.

— А сами они тогда как? Два часа голышом в бараке? — Гедимин украдкой погладил свой скафандр, спасающий его от подобных «экспериментов». — Надеюсь, хоть подштанники им выдали…

Из барака, тяжело ступая, выбрался Кенен Гварза. Он посмотрел на буран, на передатчик на запястье, пробормотал что-то про Сатурн и Юпитер и, вскрыв защитное поле, выломился во временный шлюз, а из него — наружу. Гедимин смотрел, как он, чуть пригнувшись, бредёт против ветра, потом сдаётся и идёт по направлению воздушного потока. Через несколько секунд в снежном вихре развернулось защитное поле. Гварза выгнул его полумесяцем и растянул над «стеной» пузырь-«крышу». Гедимин ошалело мигнул.

— На стрельбы? Во второй очереди я, — проговорил на ходу филк, выбирающийся из барака. За ним вышел ещё один, в войлочной куртке и кожаных штанах. Ещё одна полоса кожи обхватила лоб; над ушами с неё свисали треугольники плотного войлока. Гедимин снова мигнул.

— А страховочные тросы дадут? — спросил филк в куртке, выглядывая сквозь прозрачную стену. — Или кого занесёт, того к