Читать книгу - "Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов"

Голос Лино прозвучал неуверенно, гул в ушах Элиона моментально умолк, и он разжал сведённые судорогой пальцы, перестав сдавливать голову. Он опять отключился?

Вернув лицу безмятежность, Элион принял прежнюю позу.

– Мне нужно всё, что ты знаешь про Вегу.

– Про Вегу? Слышь, не лезь к моему брату. Хочешь вести дела со мной – отлично, но я никому не позволяю докапываться до Маттео. Если думаешь, что ты или твой Кай измените моё мнение, то засунь себе его в задницу.

Что ж, за такую опеку Элион даже немного Лино зауважал. Ему всегда казалось, что принципов у Наварро нет, но, судя по всему, семью он чтит.

– Мне не нужен Маттео, я хочу знать о Веге. Она его представитель, и если вы хотите и дальше продолжать с нами сотрудничать, то мы работаем лишь с теми, о чьём прошлом нам известно, а Вега тёмная лошадка. Хотите доверия – докажите, что нечего скрывать. Иначе мы откажемся от Веги как от посредника и будем каждый раз требовать личное присутствие Маттео.

Лино пожевал кончик сигары. Для них это не выход: Маттео почти что отшельник, и он скорее потеряет все связи и договорённости, чем начнёт выходить на переговоры и деловые встречи. Лино это прекрасно понимал, по его расфокусированному взгляду и гримасе было ясно, что уже подсчитывал возможные потери. Любитель наращивать прибыль мысленно представил падение всех графиков.

– Веге нечего скрывать. Она не тёмная лошадка, в её прошлом нет ничего значимого. Буквально, – нехотя, но сдался Лино.

Элион вопросительно изогнул бровь. Что именно он считает не стоящим внимания: её настоящее имя? То, что по документам она зарезала свою семью, или же то, что страдает неопределяемой грёзовой хворью? Если у Веги в прошлом нет ничего особенного, то что этот придурок считает значимым?

Лицо Элиона было достаточно выразительным, чтобы Лино всё понял.

– Маттео не семьянин, но зациклился на идее, что он может умереть и его разработки канут в небытие, – принялся рассказывать Наварро. Элион пока связи не улавливал, но промолчал, надеясь, что Лино сболтнёт побольше. – Когда-то давно он задумался об усыновлении, точнее удочерении. У брата пунктик на мужчин. Керы его знают почему, но он считал, что девчонка скорее поймёт его замыслы и формулы. Якобы и воспитать проще. – Лино неоднозначно пожал плечами, похоже свыкнувшись, что ход мыслей родного брата ему не понять. – В общем, он себе в голову вбил какой-то образ безупречной дочурки. Я не вмешивался, к тому же Маттео ненавидел показывать несовершенные проекты.

– Несовершенные проекты? Вега – проект?

– Ну в какой-то степени. Маттео был уверен, что воспитать идеальную дочь легко. Было даже забавно видеть, что хоть в чём-то брат непроходимо туп, – не стесняясь, признался Лино и закатил глаза, но на губах была улыбка. Брата он любил, это точно, но радовался, что его гениальность имеет границы. – Всё, что касалось воспитания и обучения Веги, Маттео скрывал так тщательно, словно как минимум сплав орихалка восстанавливал. Я девчушку впервые увидел, когда ей за двадцатку перевалило. К тому моменту Маттео посчитал проект удовлетворительным, даже передумал её продавать Адриану.

Элион не успевал уследить за ходом его мыслей, и это ощущение раздражало.

– То есть продавать Адриану? – с напряжением переспросил Эль. – Если речь о помолвке, то она подставная.

– Нынешняя? Да, подставная. Не знаю, в чём дело, но, кажется, Вега задолжала придурку услугу, и он использовал старый трюк.

– Тогда о чём речь? – резче уточнил Элион, теряя нить логики.

– Да я ведь о ранней помолвке. Настоящей. Ещё до того, как Маттео выпустил девчушку в свет, – пояснил Лино, с удивлением глядя на Элиона и, видимо, просчитывая, сколько тот знал. Эта информация дала бы Лино больше власти, но Элиону сейчас было плевать, он хотел разобраться в той мешанине, которую на него только что вывалили. – Я же сказал, что Маттео переоценил свою гениальность, думая, что девочку воспитать легко. Получившаяся дочурка устроила брату взбучку, серьёзно попортив его представление о собственной гениальности. А ты же знаешь эти ранимые творческие личности, Маттео от них не отличается. Если что-то вдруг идёт не так, как он вообразил, то всё, катастрофа. Исходники сжечь и начать заново. Но удочерённую девочку-то обратно в живот матери не засунешь. Это не его смеси под микроскопом, которые он уничтожал и шёл дальше. Я предложил девочку использовать в качестве расширения наших связей. Адриан казался мне подходящим: его семья поставляла необходимые Маттео ингредиенты, и он мог их получать, считай, бесплатно – нужно только девочку назвать дочерью и продать Адриану. Мы получили бы ингредиенты, а Адриан – защиту и нашу поддержку. Сделка была выгодной. – Лино сделал очередную затяжку, за которой Элион проследил не моргая, испытывая желание затолкать сигару ему в глотку, если тот не продолжит рассказ. Лино закашлял, почуяв гнетущую тишину.

– И? – с нажимом напомнил Элион.

– Что «и»? А-а-а, помолвка. Сперва Маттео согласился, признав тщетность своей затеи с дочуркой. Была заключена договорённость о браке, когда Веге исполнится двадцать. Всё было улажено, пока Маттео не передумал. Пояснять причины он отказался и вообще выглядел погано. Я думал, может, случилось что, но спустя годы он вывел свою чудесную, вышколенную дочурку в свет, и всё встало на свои места. Гениальный засранец-брат всё-таки преуспел со своим проектом. Думаю, она всё ещё не отвечает его идеальным стандартам, но он вроде доволен ею, да и она действительно полезнее в бизнесе, чем в качестве подстилки.

Элион с трудом разжал кулак, который чуть не улетел Лино в челюсть. Спас его телефонный звонок. Лино, ворча, достал мобильник из кармана и приложил к уху.

– Ты что за засранец? – лениво поприветствовал он кого-то. Однако скучающее выражение лица быстро сменилось на серьёзное, губы сжались в тонкую линию, пока он слушал чью-то бессвязную, но быструю речь. Элион не мог расслышать слов, но чувствовал волнение собеседника на другой стороне. – Вот поэтому я терпеть не могу говорить с лаборантами. Притормози! От твоей болтовни аж голова гудит. Дай трубку Маттео. Что значит «Маттео нет»? А где он, мать твою?

Лино напрягся и сел прямее. Его взгляд встретился с Элионом. И сивиллой быть не надо, Элион уже чуял, что звонок с дурными новостями.

– Я скоро приеду, – коротко ответил Лино и положил трубку.

Элион не двинулся с места, не собираясь уходить, пока не получит пояснений.

– Звонил лаборант Маттео. Первым пришёл на работу и сказал, что там бардак, а в главной операционной стол и пол в крови. Найти Маттео не могут, его телефон на