Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

нужно вдыхать странно выглядящие субстанции, знать о том, что смешение Сантина нейтрализуется любой принятой после него жидкостью, отличной от воды, и уметь готовить собственные бодрящие напитки, а не подсаживаться на кофеин. Свободны. Те, кто не справился с заданием — в столовой вас ждет бесплатный компот. Но если не поторопитесь — смешение подействует. Горелки погасите — и свободны.

Свен, Стивен и пара аристократов устремилось на выход почти бегом.

Амири, смотря им в след, явно с трудом сдерживала смех.

— Ты знаешь, что это за смешение черное и как оно работает? — поинтересовалась Альба.

— Разумеется. Его часто в целительстве применяют. Выглядит не очень, но компоненты дешевы. От запоров хорошо помогает.

Альба не удержалась от смешка. Что ж, действительно, травить магистр никого не собиралась. Но, определено, это не конспекты писать три часа подряд. Вряд ли алхимия станет любимым предметом, все-таки готовить у Альбы никогда не выходило. Но если все продолжиться в таком же духе, то скучно точно не будет.

А вот на пере по теории магии скучно было. Ни слова не сказавшая при появлении их четверки магистр ровно отчитала лекцию. Да, по-прежнему с неплохими примерами, но изменившееся отношение чувствовалось. Альбе казалось, что она в чем-то виновата, хотя и не понятно, в чем именно. В том, что на нее наорали, что ли?

Сама лекция сводилась к тому, что в магии существовало три типа плетений — субъект-объектные, субъект-субъектные и последние, самые редкие и почти повсеместно запрещенные объект-субъектные. В целом «субъект» и «объект» значили тут почти то же, что и на родине Альбы, так что первый тип узоров предполагал воздействие, в котором заклинатель действовал на что-то, второй тип — взаимодействие, когда оба — и тот, кто создавал магию, и тот или то, к чему она применялась, влияли друг на друга. Третий же тип… Переводчик перевел его для Альбы как «реверсивное воздействие». В этом случае действовал один, а управлял его действиями другой. Именно таким была принудительная передача силы — передавал донор, но реципиент решал, сколько энергии ему было нужно. Такого типа узоры были почти повсеместно запрещены, и применялись только в исключительных случаях, вроде создания магического круга на одного ведущего или некоторых видов плетений, использовавшихся магом самим на себя.

Было ли это разъяснение некоторой попыткой преподавателя пояснить свои действия в прошлый раз или же просто запланированной темой — Альба не знала. Да и, откровенно говоря, знать не хотела. Как бы то ни было, она ничего не сделала для того чтобы подозревать ее в запрещенном колдовстве, еще и на четвертый день учебы. Ничего. И что там в голове у этой магистра-теоретика не было — это не ее дело.

К тому же рука вновь заболела от писанины, а заданное Ла Старт сообщение о правилах безопасности в алхимической лаборатории присоединилось к задания по бытовой магии, истории и ритуалогии, которые и так расстраивали своим объемом. Озвученное на теории магии требование написать конспект главы об основных признаках всех перечисленных на лекции типов плетении оптимизма не добавляло.

Что ж, первая неделя позади. Теперь осталось бесконечно много до зимних каникул.

Выходные прошли скомкано. Альба попыталась справиться со всем ворохом заданий, и почти сумела — рисовать ровные линии так и не удавалось, как и заставить перо летать не по всей комнате. Зато проблема с чаем была решена — согревающее воду заклинание работало исправно, с каждым разом словно бы справляясь со своей задачей все быстрее и быстрее.

Спать получалось урывками, и Альба уже подумывала о том чтобы попробовать что-то сварить по учебнику, ну или купить в городе снотворного. Правда, для первого варианта надо было где-то найти ингредиенты, а для второго идти час в Избор или ехать в дилижансе, от одной мысли о котором перед глазами опять появлялся чертов джип. Так что в итоге со снотворным не задалось. Альба, честно пыталась разгрести домашние задания субботу, в воскресенье провалялась в постели, выходя только поесть и изучая книгу по географии и «Магию в таблицах и схемах». В последней, кстати, обнаружилась толковая выжимка разницы типов плетений, что немало помогло с заданием по теории магии. Альба почти кожей чувствовала пробелы в своем образовании. Во многих вопросах не хватало информации для понимания написанного в книгах, словно вместо картины-мозаики ей выдали отдельные детали — отдельные детали друг к другу подходили, но общий рисунок все равно не понятен. Хотя «Таблицы и схемы» позволяли хотя бы контур изображения наметить, что было весьма и весьма немало.

Пока она ходила на ужин в воскресенье, кто-то протолкнул под дверь записку с предложением встретиться и поразвлечься в триста седьмой. Альба выбросила ее в урну. Еще только сомнительных Казанов общажных не хватало.

Если все с бастардами действительно так, как поведал Свен… То повезло так повезло. Возможно, в романах пришедшие из других миров и бежали устраивать очень личную жизнь, но сама Альба после первой же подобной книги все остальные с таким посылом не открывала даже. Для себя она точно усвоила, что надо сначала стать счастливой самой с собой, а потом уже искать такого же и самостоятельно счастливого и быть счастливыми вместе. «Половинкой» ей быть не хотелось совершенно.

Магия была намного интересней всего остального. Потом, когда-нибудь, если найдет своего человека, то, разумеется, будет и любовь, и семья. Нет — и не надо из-за этого расстраиваться. Перед глазами был пример тетки, успешного преподавателя, счастливой благодаря своей работе и научными изысканиям, и совершенно не беспокоившейся и-за отсутствия семьи. Если бы не один козел, севший пьяным за руль…

Ладно, какая разница уже. Случилось то, что случилось, и было это давно.

Теперь же нужно решать существующие проблемы. Проректор говорил, что ее не могут отчислить, но насчет стипендии не говорит ничего. А каким образом можно было бы заработать на еду в этом мире с ее знаниями из мира другого, Альба понятия не имела. Да еще и с учебой это совмещая… Так что нужно грызть гранит науки, каким бы твердым он не был.

Новая неделя ничем хорошим не начиналась. Запястье после всех сообщений и ныло и на диалог выходить отказывалось, и ее замызганный чернилами конспект преподаватель по бытовой магии принимать отказалась. Перо предсказуемо летало куда хотело, теперь, кажется, еще дальше, чем раньше. Историк собрал работы в начале пары, отбубнил лекцию, посвященную образованию первых известных государств на оставленном материке, и предсказуемо вернул Альбе ее ответы обратно, вновь не засчитав