Читать книгу - "Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов"

машину, как шла за ним, пролистывая сообщения в телефоне Тианны – и часть из них действительно были от Веги: адрес, время и просьба сыграть, отвлечь игроков. В сообщениях она обещала прийти за Тианной, когда «всё будет готово».

Вега ничего не понимала, но пунктуация, расстановка слов, стиль сообщений… всё было её. Вегу пробрал озноб, когда она достала свой телефон и нашла все эти отправленные сообщения. Она действительно их написала.

Вега судорожно сравнила время. Сообщения она отправила под утро, но тогда она абсолютно точно спала. От дурного предчувствия её шатало, Вега едва не врезалась в одну из припаркованных машин, торопясь за Элионом. Вколотый блокатор снов вообще не подействовал. Ей не только снились кошмары – она опять ходила во сне, ещё и писала сообщения.

Вега спрятала телефоны в сумку и, стараясь не захлёбываться нервными вдохами, помогла Элиону открыть машину. В голове сохранялась звенящая пустота, которая оборвалась от щелчка ремня безопасности. Элион закрепил его вместо Веги, потому что она просто села на переднее сиденье и застыла, как изваяние, не зная, что делать дальше.

Она опасна.

Мышцы сокращались от нервной дрожи. Она опасна для окружающих, и то, что Элион спокойно сел к ней в автомобиль, буквально ужасало. Вега хотела выгнать его, велеть никогда даже близко к ней не подходить, но Эль и его друзья единственные, кто мог помочь Тианне.

– С ней всё будет хорошо, обещаю. Дардан отличный врач, и у него талантливая команда, – заверил Элион, кивнув на девушку, которую аккуратно уложил на заднее сиденье. Он завёл машину. Её машину, в которой уже стал слишком частым гостем. Вега не знала, что чувствовать по этому поводу. На неё вновь накатили воспоминания о произошедшем в казино: как Элион упал от выстрела, кровь, капающая с его волос, безжизненный взгляд и лицо, похожее на маску. – Но мне нужна правда о твоей подруге. Расскажи сейчас, чтобы я знал, что скрыть или как мягче преподнести истину остальным.

Вега проглотила застрявший в горле ком. Она предпочла бы поделиться с кем угодно, но только не с Элионом – Вега боялась пасть в его глазах ещё ниже. Хотя она уже призналась ему в том, что убийца. Появится ли, наконец, в его взгляде заслуженное презрение, когда он узнает, что её жертв намного больше, чем ему казалось?

– Истину «мягче» не преподнести, – через силу призналась она. – Тианна была моей единственной подругой, но когда встал выбор, я выбрала не её, а Маттео.

– Зная, как ты отзываешься о… Маттео, я могу понять, – как всегда попытался приукрасить уродливую правду Элион. Вега издала нервный смешок, скривила губы, испытывая отвращение к самой себе, и мотнула головой.

– Нет, ты не понял. Я выбрала его секреты против её жизни.

Элион ничего не ответил, лишь бросил обеспокоенный взгляд на Вегу. Она судорожно вздохнула и взяла себя в руки. Она обязана рассказать, даже если не хочет. Может, Элион прав и Дардан Хилл и правда хорош. Может, в анализах Тианны он увидит то, что упустил Маттео. Может, всё-таки есть… шанс.

– Весной, четыре года назад, на лабораторию Маттео напали. Его не было. Никого не было, кроме меня и Тианны. Тогда она работала его лаборантом и подавала огромные надежды, – ровно начала Вега, отстраняясь от эмоций, умея становиться хладнокровной и абсолютно пустой оболочкой. Машина выехала с парковки. Элион свернул налево по улице. – Я не знаю, кто это был. Вероятно, конкуренты на рынке синтетических добавок хотели выяснить рецепты, но Маттео… параноик. Его записи – это шифры, а я – его запасное хранилище информации. Даже лаборанты не знают полных формул: Маттео делит производство на этапы, каждому работнику давая ограниченные поручения, и финальные ингредиенты смешивает самостоятельно в известных только ему – и мне – пропорциях. Похоже, нападавшие знали, что из нас двоих именно от меня нужно требовать формулы. Они не избивали нас, не пытали и не насиловали. Но угрожали оружием. У них было мало времени, я успела нажать на кнопку экстренного вызова подмоги.

Вега ненадолго умолкла, чтобы впервые за годы более детально воспроизвести в памяти произошедшее дальше.

– Они потребовали от меня ответов, записи рецептов, но я отказалась их давать, и тогда они прострелили Тианне ногу, а потом нашли запасы инъекций. Они продолжали задавать вопросы и на каждый мой отказ вкалывали ей что под руку попадалось. В лаборатории не было никаких смертельных вирусов, но все имевшиеся препараты находились на стадии разработок, непроверенные на живых организмах, тем более в той смеси. Они задали мне семь вопросов.

– И на каждый вкололи по одному шприцу? – догадался Элион, когда Вега замолчала.

Она кивнула:

– Она… была моей… единственной подругой, а я выбрала разработки Маттео. Притом основная часть из них в будущем привела к тупику. То есть я променяла её жизнь на секреты, которые оказались пустышками и не имели никакой важности. – С губ вновь сорвался презрительный смешок. Теперь, когда она это сказала, звучало ещё дерьмовее. Она видела, как Элион относится к Иво, Кассии и Каю. Они защищают и поддерживают друг друга, словно единое целое. Вега слышала о них достаточно, чтобы осознать, насколько дружба важна для Элиона, а она единственной подруге не сумела помочь, поставив работу Маттео выше её жизни.

– Ты испугалась, это нормально. – Утешение Элиона и ласка в его голосе причиняли боль, которую Вега жадно впитывала, зная, что заслужила худшего. Она убила собственных приёмных родителей, жестоко зарезала два десятка палагейцев, которые заботились о ней с детства. Она недостойна даже возможности дышать, не то что слов утешения.

– Нет, я не испугалась, – глухо ответила Вега. – Я выбрала Маттео. Не его самого, но его работу. Я просто выбрала… его.

Элион промолчал, сжав губы. Она заметила перемену в его настроении, пусть он и пытался не подавать виду.

– Хорошо. Но Маттео же обследовал Тианну после этого? Что он сказал?

– Сумел нейтрализовать часть воздействия, но смесь инъекций с кровью Дома Соблазна и Дома Кошмаров дала худший результат, буквально перемешав химические реакции у неё в голове. Нейромедиаторы, помогающие «общению» нейронов, под влиянием химических инъекций оказались искусственно изменены. Серотонинергическая, дофаминовая и норадренергическая системы подверглись самым сильным изменениям. Ещё Маттео заметил нарушения в префронтальной коре, миндалевидном теле мозга и поясной извилине, которая отвечает за когнитивную функцию.

Вега поймала растерянный взгляд Элиона, намекавший, что понял он дай боги половину. Вега не могла его винить, она сама не до конца разобралась.

– Иногда она переставала быть собой, стала эмоционально нестабильной. Участились приступы агрессии,