Читать книгу - "Студент - Александр Куринь"

буржуазного рока, а затем мы просто вывесили плакат перед входом в общежитие. Там, в деталях объяснили ошибку резидента, вернее корреспондента.

Тем не менее, поднятая им волна сыграла свою положительную роль в творческой судьбе наших ежиков. Возникшая популярность выплеснула ребят на городской уровень. Понемногу, их начали приглашать и в дома культуры, и в ресторанные залы, а все это, как-никак, лишняя копеечка, которая студенту, даже импортному, лишней не будет.

Можно сказать, разогрев перед зимней сессией получился нормальный, я перезнакомился с множеством новых людей и уже не мог незаметно пройти коридорами института. И пусть кто то теперь скажет, что я игнорирую общественные мероприятия.

После сессии, как обычно, я отправился на карпатские склоны. Здесь собиралось уже более двух десятков поклонников доски. Этой зимой, обошлось без международных делегаций, так что отдохнуть и вволю накататься удалось неплохо, причем на подъемник меня пропускали без очереди и бесплатно, как почетного инструктора.

Я не удивился, что публикация в американском журнале опередила статью в нашем академическом "Вестнике", все же это зарубежное издание было еженедельным, а не издавалось раз в месяц, как у нас. Порядочный Питер не забыл выслать на наш адрес бандероль с десятком авторских экземпляров, три из которых профессор любезно передал мне. Вручая сверток, Кацуба пожал руку и сказал,

- А знаешь, Питер пишет, что они уже провели предварительные расчеты по использованию пластиковых труб в качестве вкладышей. Ты оказался прав, рассчитывая на их гладкую поверхность. Потери пропускной способности на участке двести метров составили лишь полпроцента и это вполне приемлемая цифра. Так что молодец, в правильном направлении мыслишь. Вскоре у них начнутся натурные испытания, считаю, что и там все подтвердится.

Я был настолько обрадован известием о своей первой публикации, да еще и в иностранном издании, что не сдержался и принялся разглядывать американский журнал прямо на семинаре по физическим основам деформаций и разрушений.

- Сиверинский, а чем ты там занимаешься, друг мой? - одновременно с толчком соседского локтя, услышал я вопрос преподавателя.

- Ой, простите, Анатолий Петрович, немного отвлекся. Понимаете, на глаза попалась интересная статья бакалавра Сиверинского в американском Engineering News-Record, вот и не смог удержаться.

Петрович, не спеша, подошел ко мне, взял в руки журнал и с удивлением увидел две небольшие фотографии хорошо знакомых ему личностей. Как обычно, американцы, в начале каждой статьи размещали и фото авторов. Справа от профессора Кацубы, угадывалась и моя довольная физиономия.

- Ну что ж, поздравляю Саша, но все же экзамен по моему предмету тебе сдавать придется, так что спрячь его и не отвлекайся.

Едва дождавшись окончания пары, меня обступили коллеги, но узнав, что журнал на английском, увяли. Тем не менее, мне пришлось рассказать о сути предложенного способа, об испытаниях, проведенных три месяца назад и о преимуществах, которые он дает.

- А я вот считаю, что намного проще выкопать траншею, никаких тебе буров, достаточно одного трактора "Беларусь" с ковшом и бригады мужиков с лопатами, - услышал я из-за спин.

- Знаешь Вадик, я читал, что велосипед также изобрели те, кому было лень ходить пешком и ничего, до сих пор все пользуются.

Но самим практичным и мыслящим как бизнесмен, оказался наш скуповатый староста.

Слушай Саня, эти американцы в долларах тебе гонорар заплатят? Слушай, если пойдешь в "Каштан", ты и меня прихвати. Давно хотелось там побывать.

- И действительно, об этом я и не подумал. Интересно, как с иностранными гонорарами в стране победившего социализма?

А с ними все у нас нормально, но об этом я узнал чуть позже и совсем по иному поводу. Возвращаясь из институт и вытащив из почтового ящика пачку газет, я обнаружил там официальное письмо. Поднимаясь на свой этаж, с удивлением рассматривал адрес отправителя - "Комитет по физической культуре и спорту при Совете министров СССР".

- А этому "Комитету" что от меня надо? Вроде бы со своими невеликими результатами в плавании, на союзную сборную не тяну? Может, прознали что о снегоплане и теперь приглашают тренировать национальную сборную?

Войдя в квартиру, я с нетерпением раскрыл конверт. Ясности больше не стало. В письме, которое было напечатано на официальном бланке комитета, мне предлагалось в десятидневный срок прибыть в Москву для рассмотрения, согласования, получения и прочего. Я пожал плечами и на следующий день направился в деканат, где и предъявил это приглашение. Если так убедительно приглашают, то почему бы и не съездить, но вначале необходимо оформить вынужденные прогулы. Решив вопрос с деканатом, я направился на кафедру, в кабинет Кацубы. Все-таки я числюсь там лаборантом, так что и на кафедре отпроситься не мешает. И хорошо, что зашел, интуиция не подвела, знает, что делает. Ознакомившись с письмом, Станислав Семенович на мгновенье задумался, а затем поднял трубку и набрал какой-то номер. Закончив разговор, он развернулся ко мне и сказал,

- Ну что Саша, считай, тебе повезло, я только что разговаривал с Управлением министерства, там у меня работает один хороший знакомый. Так вот, у них нашлась свободная бронь в ведомственной гостинице. Хорошо, что время сейчас такое, не для командировок, номер будет свободным две - три ночи, начиная с послезавтрашнего дня. Ты собраться то успеешь?

- Спасибо Станислав Семенович, а собираться мне особо не нужно, разве что посылку для друга его родня передать попросит.

Этим же вечером, я заскочил к родителям Кошмана, где меня накормили обязательной курицей с приправой из еврейских новостей и передали давно собранную коробку.

Нынешняя поездка в Москву подвернулась очень кстати, я давно хотел повидаться со старым школьным товарищем, который учился в МИСИ и постоянно приглашал меня проветриться в столице. В последние годы нам никак не удавалось пересечься. Летом, когда я был в городе, он уезжал в Крым. Там, в каких-то бочках возле гурзуфского "Спутника" у них была постоянная точка. Когда же он возвращался к родным, я отправлялся в летний поход. Ну а зимой - все понятно, все свои каникулы я посвящал карпатским склонам.

Поезд прибыл в Москву очень рано. Пройдя под стеклянными сводами киевского вокзала и миновав статую вождя, я не спеша спустился в метро. Никогда не обращал внимания на то, что, указывая бронзовой дланью нам путь к коммунизму, Ленин избрал направление точно на Запад. Случайно это, или все это так же как и с памятником Богдану Хмельницкому, который своей булавой предупреждал Украину относительно намерений Москвы? И да, гетман показывал на Москву, точно на северо-восток.