Читать книгу - "Русич: Бей первым. Колонист. Генезис - Владимир Геннадьевич Поселягин"

Мы пришли на её подворье, и я осмотрел пса, ему было два с половиной года, как сообщила хозяйка. Звали пса Отай, со старорусского на современный можно перевести как осадить или окружить. Неплохое имя для охотничьего пса. Тот грустный сидел, привязанный на короткой верёвке, и встрепенулся, глядя голодными глазами на хозяйку, когда мы подошли, и недовольно рыкнул на меня, принюхиваясь. Правда, присмирел, когда хозяйка рявкнула на него. Дав ему понюхать руку и потрепав по холке, я взял его морду и заглянул в глаза, ловя взор. Ничего, умный пёс, глаза не мутные. Голодный, правда, видимо хозяйка не особо его кормила, может, не могла простить, что без мужа вернулся. Отощал слегка, хотя это и не сильно заметно, шкура густая. Пёс был мне по бедро, с длинными лапами рысака, то есть двигаться мог долго, если потребуется. Цвет тёмный, серо-чёрный окрас с лапами светлого оттенка. Да обычный пёс.

Хозяйка с тревогой наблюдала, как я осматриваю пса, и пасть изучил, и лапы. Да всё осмотрел, после чего кивнул, вставая. Пёс мне подходил, да я готов его за серебро брать, тут же спросил ленивым безразличным тоном, это чтобы та не поняла мой интерес и цену не гнула:

– Сколько просишь?

– Да что уж, бери за полкуны.

Я вздохнул, провести хозяйку не удалось, она знала цену хорошо подготовленного пса, но тот ли это пёс, о котором мне говорят, можно узнать только с практикой, да и другая проблема была, это всё, что у меня осталось из серебра, остальное только в виде меди, фактически я банкрот, но пёс нужен, поэтому после недолгого торга мы ударили по рукам. Я расплатился, и она, отвязав верёвку, вручила конец мне. Я вывел пса за собой на улицу и повёл его к постоялому двору. Тот поначалу неуверенно, даже неохотно шёл, а потом ничего, бежал рядом, не натягивая верёвку. Проведя его прямо к себе в комнату, достал миску, оставшуюся от Тихого, она помыта была, и, сходив на кухню, велел налить туда свежих щей, не забыв рыбы, сегодня был постный день, и накрошить туда хлеба. После чего отнёс миску наверх, и пёс с жадностью накинулся на еду. Ну и попить потом принёс. Пока тот насыщался, я пообщался с хозяином заведения, и тот, подумав, кивнул, есть у него шкуры старые. Сводив меня в сарай, он позволил отобрать неплохую шкуру, где ворс ещё не весь был выдран. Живности там тоже не было, я оплатил медью шкуру, это будущая подстилка Отая, и отряхнул её хорошенько снаружи во дворе, после чего принёс в комнату и, бросив у входа, указал на неё псу. Пришлось взять его за кожаный ошейник, подвести и показать, чтобы ложился, и толкать в бок. Лёг, молодец.

Потом поспит, главное, чтобы понял, что это его лежанка. Дальше снова привязал пса к себе, вышел с постоялого двора и направился в сторону дома Михайловых, скоро уже стемнеет, вечерело, пообедал я ещё на торгу, у торговок, пирогами, поэтому поторопился, чтобы вернуться до темноты. Там, отловив малышню, что носилась по заснеженной улице, стал расспрашивать как бы между прочим о Михайловых. А перед этим специально визуально проверил, нет ли среди них братьев Тита. Вроде не было. Вот и узнал от них, что те ещё неделю назад уехали, и соседи были хорошо извещены, куда. Да в Новгород, старшую дочь навестить. Отлично, значит, отправленное мной письмо было ими получено. А я написал там, что у меня возникли проблемы с московским князем и его недовольство может дойти до них, мол, погостите-ка вы годик-другой в Новгороде у Любавы, а лучше не возвращайтесь оттуда, продайте всё, что тут есть, оттуда, дистанционно. Не знаю, последуют ли они моему совету, но всё же уехали навестить Любаву, уже хорошо. Так что на подворье можно не соваться, там лишь охранник, что за подворьем следит.

Вот такая прогулка у нас с псом вышла. Довольны ею остались оба. Тот вроде ничего себя так вёл, мы оба присматривались друг к другу. Тот имел не средний вес, крупный всё же был, с таким рядом в безопасности можно чувствовать себя. Интересно, что же стало с его прошлым хозяином, что даже пёс не смог его защитить? Это я уже никогда не узнаю, жаль, что собаки не говорят, думаю, мой пёс мог бы поведать интересную и душераздирающую историю.

На постоялом дворе я задержался не на сутки, как было уплачено, а ещё на двое. Да с лапшой этой возился, сохла плохо, надо на печку, а у меня её не было. Пришлось с поварами на кухне договариваться. Но всё-таки смог засушить три кило и, убрав в мешочек, подготовился к пути. И да, в этот раз я сухари хоть и взял, пару кило в виде лепёшек, но всё же собирался при возможности печь их, для того был мешочек муки в восемь кило. А что, развёл на воде да на сковородке пожарил, и вот готова хрустящая горячая лепёшка, которую есть одно удовольствие. Когда я вынес санки во двор и, закончив носить вещи, закрыл их парусиной и увязал верёвкой, то горка вещей была мне по пояс, и сдвинуть санки я смог со второй попытки, с трудом упираясь в наст, потащил их к воротам. М-да, я так далеко не уйду. И тут пришла помощь, пёс, что был привязан к санкам, вышел вперёд и мощным рывком потащил санки вперёд. Если учесть, что тот был привязан к задку, он развернул их, чуть не уронив. Вместе со мной.

Хм, а бывший владелец случайно его так же не использовал? Я перевязал пса на передок, сделал импровизированную сбрую, чтобы тот себе ничего не натёр, и пёс действительно потащил сани, правда я ему помогал, а то ещё запыхается и устанет раньше времени, так мы и добрались до ворот. Стемнеть ещё не успело, ворота не закрыли, и мы успели выйти, за нашими спинами их закрыли. Вовремя мы. Я решил продолжить путь так же ночью, надеюсь, для пса это не будет проблемой и он не страдает куриной слепотой. Интересно, а псы ею болеют? Понятия не имею. А вообще я начинал подозревать, что пёс не является охотником, а скорее всего, чистый сторожевик, натасканный именно на путешествия. Если так подумать, охотиться я и сам могу, пусть лагерь охраняет, поэтому если даже меня надули, я всё равно окажусь в плюсе и довольным покупкой, а пока время покажет,