Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

— И об этом тоже лучше молчать, — с нажимом повторяет Айвинг.

— Да молчу я, молчу. Однако вот вам московский конец, который так и не нашли Патруль с испанцами в Холмах Страстей. Троица встреченных мною братков — явно не вершина, но через них вполне можно выцепить следующее звено цепочки. Предположения насчет всей этой международной шайки строить пока не берусь, а что до урана — полагаю, на всех приемных Базах накладные на артиллерийские снаряды нужных категорий уже подняли и без моего совета.

— Ну что ты с ним таким будешь делать, — разводит руками Резник.

— Вычеркивать из списка федерального розыска, бикицер, — вздыхает Айвинг. — Можно еще пристрелить на месте при попытке улететь, чтоб точно молчал. Или сбагрить на перевоспитание твоей любимой тете Песе, пусть она будет здорова где-нибудь подальше от нас.

…Немного пообщавшись, приходим к соглашению: ближайшие пару дней я Новую Одессу не покидаю, находясь под такой же подпиской о невыезде, как Сара. Со своей стороны, сотрудники здешнего отделения Ордена дают запрос в Москву на взять и допросить Нефтяника со товарищи (пока — аккуратно), и если мои сведения подтвердятся, из «красного списка» номер айдишки Влада Щербаня уберут, а «дело о ядерном золоте» потихоньку пойдет на дальнейшую раскрутку. Мне о подробностях дела настоятельно рекомендовано молчать в тряпочку, мол, прохожу особо важным свидетелем. Выдали местную симку, велели оставаться на связи все тридцать часов в сутки; после нового сеанса связи с большим начальством меня таки выпускают на автостоянку к Саре, а вскоре туда же выносят «временно конфискованные» у нас оружейные баулы и прочие вещдоки. Быстро проверяю — так, на всякий пожарный; нет, все на местах.

Мельком глянув на мою оружейную коллекцию, Резник хохочет.

— Ну-ка, у кого новее?

И добывает из нарукавной кобуры-кармана «зауэр-тридцать восемь», один в один как тот, что я в свое время отложил в загашник из кучи трофейного железа. Сравниваем — ничья; по номерам верх беру я — у моего ствола шестизначный номер начинается с «414», у него с «337», — однако по состоянию пистолетик Резника выглядит все же получше. Но в целом совпадение занятное, для нынешнего рынка не самая распространенная модель. Во время оно в Третьем рейхе на вооружение не то люфтваффе, не то кригсмарине объявили конкурс, в финале оказались три образца — мой «зауэр» и две немецких конструкции, проверенный работой в полиции «вальтер»-ППК и новый зейдлевский «маузер»; в итоге на вооружение разных частей приняли все три, сочтя равнозначными, но после войны «вальтер» продолжали потихоньку клепать на коммерческий рынок, «маузер» — тоже, хотя и со скрипом, а «зауэр» свой швейцарцы забросили, мол, слишком дорогой… Насчет «равнозначности» по крайней мере частично правда, как-то в тире попросил у фрау Ширмер ее ППК на попробовать, ничего ствол, приятный, мой цехнеровский в руке сидит не хуже, а по точности оба пистолетика много лучше меня, фрау экс-штази из своего легко кладет пулю в глаз на пятнадцати метрах, мне до подобного еще кашлять и кашлять… Что до зейдлевского «маузера», такой я вживую не видел никогда, а любопытно было бы сравнить.

Территория России, протекторат Москвы, г. Новая Одесса

Воскресенье, 36/06/21 12:21

Гостиницу «Подзорная труба», где мы вчера нашли приют, даже слепой не отнесет к числу фешенебельных заведений, но у нее имеются два других преимущества. Во-первых, море в двух шагах, доплюнуть из окна можно, а во-вторых, порт и вся сопутствующая таковому атрибутика — дальше по берегу, а благоустроенный городской пляж еще дальше к югу, потому около гостиницы довольно тихо, в самый как раз отдохнуть с дороги. Купаться в прибрежных скалах категорически не рекомендовано; что ж, сию опцию можно и опустить. Готовка приличная, по крайней мере похлебка из креветок, лука и чего-то там еще довольно ничего; разбавляют ли тут пиво и водку — без понятия, а вишневку бразильского разлива никто не испортил.

Хозяйка гостиницы, Ивонна, плотная мулатка средних лет — с приветом от лумумбария имени дружбы народов? всяко возможно, русско-украинский суржик с легким одесским налетом у Ивонны как родной, — объясняет дорогу к нужному нам месту, благо с Шакуровыми мы ранее переписывались и адрес у Сары сохранился. Любимую супругу, согласно предписанию врачей, выгуливать надо пешком, посему машина остается у гостиницы: Ивонна клянется, что тут хоть и Одесса, но крылья нашей «Ниве» и велику никто не приделает, а все ценности, сиречь оружейная коллекция, и так оставлены на хранение в сейфе. Прогулка предстоит неблизкая — дом Шакуровых находится по ту сторону порта, ну и переть напрямик через кораблестроительные стапеля и нефтеналивной терминал особой охоты нет, в обход же получится больше четырех верст; впрочем, сейчас мы никуда не торопимся.

В новоодесской архитектуре употребляется заметно меньше дерева — щитовых домиков и бревенчатых типа-изб, как в Демидовске, не наблюдается совсем, — и заметно больше кирпича и всякого камня-ракушечника, сухой кладки или с цементными швами, это уже, видимо, зависит от достатка. Некоторые домишки победнее и вовсе сложены из саманного кирпича, но крыты как минимум шифером или черепицей. Может, самодельной, не знаю. Общее впечатление от здешнего архитектурного стиля — скорее не староземельная Одесса (бывал раза три), а поселок в Крыму или в Болгарии, какой-нибудь Судак-Черноморское. Только живет не за счет курортников, хватает работы в самом городе, все-таки главные морские ворота Русской Конфедерации.

А вот в разговорах таки да, Одесса-мама, во всей бабелевской красе. Почти уверен, что тут имеет место сознательная театральность аборигенов. С другой стороны… ви таки попробуйте часок погулять по Привозу и поторговаться за тот пирожок с маком, сами начнете через слово вставлять «агицен паровоз» и иные местные идиоматические выражения, интуитивно понятные даже тем, кто за идиш не знает ни звука.

Наконец добираемся до особняка Крокодила Гены Шакурова. Дом не новый, значит, у кого-то куплен или «отжат», подробности лично мне ни к чему. Размер для особняка «нового русского» весьма скромный, два этажа плюс мансарда, комнат примерно на шесть-восемь, и вокруг огороженный двухметровой кованой решеткой участок «под шашлыки» еще соток на пять. Ворота и калитка закрыты, тяжеловооруженный дворецкий на входе не маячит, зато имеется винтажно-бронзовая пимпочка звонка, вроде как домофон. И скорее всего, в него же вмонтирована скрытая камера.

Звоним; через пару минут калитка со щелчком отпирается, на крыльцо выбегает Полина, улыбка на пятьсот ватт, под маечкой свободно подпрыгивает бюст четвертого размера. Шакурова-младшая радостно обнимает нас обоих и приглашает в дом, после чего, улучив момент, Сара щипает