Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

Иванович. Кроме того, она наградит меня за услуги, оказанные именно ей. А как отблагодарите меня вы с вашими коллегами? Ведь вы тоже ставите передо мной задачи.

Некоторое время Шешковский жевал губами, собираясь с мыслями.

— Девиеры, — наконец сказал он, — их головы. Никто не будет дознаваться, что случилось с фаворитами прошлого императора.

— Этого мало, Степан Иванович. В текущем положении я могу и без переворота их взять так, что никто и не узнает. Уж поверьте, у меня есть средства.

— Константин Платонович, скажите прямо, не будем играть в угадайку.

— Кроме Девиеров я хочу получить следующее. Во-первых, вы поспособствуете моему проекту «эфирной дороги». Вопрос с землёй, проведение документов через инстанции и всё такое прочее.

— Вы про ту игрушку, что летает у вас в усадьбе? — Шешковский усмехнулся. — Хорошо, будет вам всемерное содействие.

— Во-вторых, вы защитите моих ближних и поместье, пока я работаю на вас в Петербурге.

— Законное требование. Думаю, нам несложно будет это организовать.

— В-третьих, после того, что должно случиться, у меня образуется множество новых врагов. Вы же хотите без крови? Значит, тем, кому я отдавлю любимые мозоли, мне придётся сохранить жизнь. Сами понимаете, я не настолько силён, чтобы противостоять всем сразу.

— Не прибедняйтесь, Константин Платонович. Напомнить, чем вражда с вами закончилась для князя Голицына?

— Неважно. Дайте мне иммунитет от преследования на двадцать лет.

— Что, простите?

— Никаких ссылок, конфискаций и внезапных арестов на двадцать лет.

— Может, вам ещё корону Елизаветы Петровны отдать?

— Это лишнее, Степан Иванович, она не в моём вкусе. И в-четвёртых… Не бойтесь, это последний пункт.

— Выкладывайте.

— Если на престол взойдёт Екатерина, наследник Павел Петрович будет каждое лето проводить в моём имении и обучаться деланной магии.

Шешковский посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Константин Платонович, вы в своём уме? Требовать подобное от меня? Вы не подумали, что это не в моей власти? Весь двор будет против подобного поворота! Да и Екатерина Алексеевна наверняка запретит…

— Степан Иванович, это и в ваших интересах.

— Да что вы говорите!

— Я ведь не буду возражать, если с вашей стороны тоже будет пара наставников. Подумайте сами — это отличный шанс показать наследнику жизнь за пределами дворца и выправить перекосы воспитания.

— Всё равно, ваши требования чрезмерны. А последнее так и вовсе возмутительно. Я готов пообещать вам…

* * *

Мы спорили с ним почти час, прежде чем пришли к соглашению. Пришлось пригрозить, что я вообще откажусь от их затеи и уеду за границу, подальше от переворотов и всяческих интриг. В конце концов Шешковский согласился пойти навстречу, правда, и мне пришлось чуть-чуть поступиться. Иммунитет был обещан всего на десять лет, но такой, чтобы меня никто, кроме императрицы, не мог тронуть. А вот с воспитанием Павла сошлись на двух месяцах в году с участием самого Шешковского и одного наставника со стороны Екатерины Алексеевны. Договор скрепили клятвой на Талантах, гарантирующей её соблюдение.

— Я пришлю к вам человека, — пообещал перед уходом Шешковский, — он будет оказывать поддержку в Петербурге и передавать сообщения от меня. Можете ему полностью доверять. А сейчас рекомендую найти вашего знакомого Орлова — по моим сведениям, он ближайший друг Екатерины Алексеевны.

Едва за Шешковским закрылась дверь, я упал в кресло и рассмеялся. Пожалуй, этот раунд могу записать на свой счёт. В клятве я оставил несколько лазеек, дающих мне возможность выйти из игры. Я мог бросить всё и уехать в любой момент.

Но главное: цели Шешковского и его товарищей полностью совпадали с моими на данном этапе. Убрать Петра, имеющего на меня зуб. Посадить на трон Екатерину, или Павла на крайний случай. Первая будет мне обязана, а второй ещё слишком мал, чтобы на что-то влиять. За всей этой смутой потеряются все следы, ведущие к Тане, и я окончательно выведу её из-под угрозы.

Пункт насчёт Павла я вставил в договор как страховку. Или я смогу влиять на наследника и обеспечу себе некоторое положение в будущем, или разменяю его на что-то другое, если дела пойдут плохо.

Что же до переворота, то я был настроен крайне серьёзно. Если бы Пётр меня не трогал, я бы на пушечный выстрел не подошёл ко всей этой истории. А теперь уж извините! Задев некроманта — не надейся, что обойдётся без покойников.

Глава 5

Дворецкий

После завтрака я вызвал Марфу и спросил, есть ли у неё средства для изменения внешности. Орка почесала в затылке и молча вышла. Вернулась через четверть часа с небольшим сундучком. Серые разводы свидетельствовали, что с него только что стёрли толстый слой пыли. Ключа от сундучка не было, но хватило и ножа, чтобы открыть немудрёный механизм.

Под крышкой меня ждали многочисленные коробочки, где прятались накладные усы разных фасонов, бороды, бакенбарды и парики. Кроме них имелись баночки со свинцовыми белилами, пудрой, сажей и засохшей зелёной краской. Так-так, похоже мне достался набор какого-то актёра или небольшой театральной труппы, судя по тому, что в сундучке нашлись и женские парики.

Изменить внешность — не такое уж и сложное дело, когда всё нужное есть под рукой. Я наклеил пышные усы, добавив к ним бородку клинышком. Орудуя острой щепочкой, нарисовал сажей на лбу тоненькие морщины и прошёлся сверху пудрой. Да, это вам не мочалка, купленная Васькой в Казани! На меня из зеркала смотрел небогатый провинциальный дворянин средних лет, совершенно непохожий на отставного полковника Урусова. В таком виде можно было спокойно идти на прогулку, не боясь, что меня кто-то опознает.

— Погодите, Константин Платонович!

Марфа остановила меня уже у самых дверей. Метнулась из прихожей в одну из комнат и чуть ли не бегом принесла трость.

— Возьмите, ваше высокоблагородие.

Трость оказалась неожиданно тяжёлой, с массивным изогнутым набалдашником в виде цапли. Я взвесил её на руке, прикидывая, что внутри, должно быть, спрятан потайной клинок.

— Вы рукояточку поверните, Константин Платонович, — орка подобострастно оскалилась, — там сюрпризец, на всякий случай.

Прокрутив набалдашник, я разделил трость на две половины. «Сюрприз» оказался не лезвием, а стволом «громобоя». Коротким, но достаточно толстым. Из рукоятки с щелчком появился спусковой крючок и удобно лёг под палец.

— Спасибо, Марфа, не откажусь.

— Пожалуйста, Константин Платонович, всегда рада услужить.

Собрав трость в единое целое, я вышел на улицу и