Читать книгу - "Под знаком снежной совы - Анна Осокина"

Сам Мефистофель никак не прокомментировал это высказывание. Подозреваю, он затаился на время. Никогда не узнаешь, что у этого существа на уме.

Алексей захватил мои губы своими, не давая опомниться, не позволяя ни единой мысли прорваться сквозь пелену удовольствия.

— Я люблю тебя, Августа. И не позволю никому отнять тебя у меня, — он выдохнул мне это в самые губы.

Я точно знала, что так и будет, а потому расслабилась в его сильных руках и позволила себе по крайней мере сейчас ни о чем не задумываться.

***

Когда мы вернулись, первым делом созвали всех, кто жил в городском доме, и объявили радостную новость. Тося, услышав о помолвке, бросилась мне на шею и чуть не задушила от счастья.

— Ну наконец-то! — выдохнула она мне в ухо. — Я уж думала, что вы так и будете ходить вокруг да около!

— Мы знакомы всего ничего, — возмутилась я так же тихо.

Алексей засмеялся и аккуратно извлек меня из объятий подруги, снова захватывая в свои. Агафья едва сдерживала слезы. Она подошла к нам и осенила крестным знамением. Я почувствовала, как от этого движения Алексея слегка передернуло. Да уж, тяжело придется с демоном внутри… Хорошо, что Агафья ничего не заметила. Я погладила ее по плечу и улыбнулась. Кто знает, может, скоро ей доведется нянчить моих деток. Теперь, когда проклятие снежной совы снято, а я совершенно свободна, можно было не бояться.

Мефистофель вел себя подозрительно тихо: за целый день ни разу не напомнил о себе. Обычно он любил вмешаться в беседу в самый неподходящий момент. Может, обдумывал, какую-нибудь пакость? Почему-то не верилось, что он лишь по доброте душевной (а есть ли у демонов душа?) решил оставить нас в покое. Но я пользовалась моментом и спокойно общалась с будущим мужем.

При мысли о свадьбе в животе начинали порхать бабочки. Вот не зря же люди придумали такое сравнение! Действительно, будто кто-то изнутри щекотал меня, и это было довольно приятно — настолько, что хотелось по-дурацки улыбаться. Я поглядывала на жениха и встречала точно такую же улыбку. Похоже, мы оба не могли ничего поделать со своим счастьем. Да и разве нужно? Впервые за долгое время я чувствовала твердую почву под ногами. Жизнь налаживалась. Пускай не совсем так, как я планировала. И все же после длительной черной полосы я видела, что начинается светлая! Свадьба с любимым человеком, управление процветающим делом, верная подруга рядом, а в обозримом будущем, возможно, еще и малыш. Стать матерью! Об этом я и мечтать не могла несколько месяцев назад, но теперь все поменялось.

После обеда Алексей уехал в город, чтобы договориться о нашей свадьбе. Романтика романтикой, но организационные моменты никто не отменял. Неизвестно, смогут ли нас обвенчать так быстро.

Я же, обложившись бумагами, которые не успел или не посчитал нужным забрать грабитель, засела в дедушкином кабинете. Нужно было все хорошенько изучить. Не бухгалтерскими книгами едиными, так сказать, хотя их мне очень хотелось бы видеть.

Я снова просматривала все контракты, которые заключил мой дед, изучала условия сделок, объемы поставок сахара. Потом принялась внимательно просматривать документы за подписью Карпова. На первый взгляд, все выходило гладко.

Антонину я оставила в гостиной возле камина. Она читала какую-то книгу, которую нашла в библиотеке. Но именно ее голос и прервал мое занятие. Голова уже немного пухла от обилия сведений, одним махом свалившихся на меня.

Остановившись в проходе, подруга постучала по косяку, потому что дверь я не закрывала, так и оставила нараспашку.

— Августа, — начала она каким-то подозрительным тоном. Я подняла на нее уставшие глаза. В сумерках сложно было разбирать текст, пора зажигать свечи. — К тебе посетитель.

Не понравился мне тон, которым она это произнесла.

— Кто, Тося? — после нескольких часов молчания вышло хрипло. Я прокашлялась.

Она так скривилась, что я догадалась, чье имя сейчас прозвучит.

— Борис Владимирович Карпов собственной персоной.

Я вздохнула и потерла виски.

— Зови его сюда.

Прекрасно понимала, что с ним все равно придется поговорить и обсудить некоторые рабочие моменты, даже если он, как я очень того хотела бы, больше не касался моего дела никаким боком.

— А он уже тут, — раздался голос из коридора, и в ту же секунду на пороге возник мой доверенный. — Спасибо, Тосенька, что сообщили обо мне. Если вас не затруднит, попросите заварить нам с Августой Константиновной чаю.

Я хотела возмутиться тем, что он тут командует, поднялась со стула, набрала в грудь больше воздуха, но подруга глянула на меня и, видимо, решила сгладить конфликт.

— Конечно, Борис Владимирович, — она обворожительно улыбнулась.

Нет, она точно обладала какой-то магией! Я видела, как гость изменился в лице. Он будто в первый раз ее увидел. Посмотрел долгим оценивающим взглядом. И если бы я имела на него хоть какие-то виды, после такого взгляда начала бы ревновать.

Было слегка неловко, что моей гостье приходится выполнять такие поручения, но сейчас требовалось сосредоточиться на другом. Антонина скрылась в коридоре, а Карпов, притворив за собой дверь, свободно прошел к столу.

— Не возражаете? — Он кивнул на канделябр со свечами.

— Конечно.

Через минуту кабинет осветили несколько огоньков. Сразу стало уютнее, хотя от того, что здесь находится этот подлец, трудно было расслабиться. Однако мне нужно привыкать к статусу деловой женщины. Предстоит общаться со многими не самыми приятными личностями, так что пора тренироваться. Я выдавила из себя улыбку. Кажется, получилось не очень, но я хотя бы попыталась.

Этой скудной эмоции на моем лице хватило, чтобы Борис Владимирович расплылся в ответной улыбке.

— Августа Константиновна, мне кажется, мы не с того начали. — Он подошел и неожиданно протянул мне руку. — Предлагаю начать знакомство заново.

Что ж, не самый плохой вариант. Меньше всего я хочу видеть в этом человеке врага. Если есть возможность что-то исправить, можно попробовать.

Я подала ему руку в ответ, он поднес ее к губам и коснулся тыльной стороны моей ладони. Я вздрогнула. Обычно приветствие получалось номинальным, фактически же мужчины не касались руки губами, но только не Борис Владимирович. Но и упрекнуть его было не в чем: этикет допускает и настоящий поцелуй.

Я постаралась не выдергивать кисть слишком резко, однако мой взгляд наверняка выражал крайнюю степень недоверия. Карпов снова улыбнулся. Похоже, он поставил себе цель очаровать меня. Подозрительно любезно себя вел.

— А