Читать книгу - "Рассвет и лед - Хелен Мерелль"

Гора Малик принадлежит мне и моим предкам!

– Все они были такими же безумцами, как и ты? Жадными до власти детоубийцами?

Норсак останавливается в шаге от меня, багровый от ярости. Воздух искрится от его злобы. Дар его настолько мощный, что мне тяжело дышать. Благоразумнее было бы склонить перед ним голову, но я не могу.

– Я собираюсь научить тебя уважать своих предков, в том числе отца!

Я едва не задыхаюсь от ярости.

– А мой отец уважал меня, когда я лишилась пальцев? Мой отец – мерзавец и трус, который скорее пожертвует кровью ребенка, чем своей собственной!

– Невежественная дура! Я оказал тебе такую услугу! Сама Седна в качестве духа-покровителя! На это не решился бы ни один шаман!

Седна или Виник окутывает меня. Ее сила заполняет всю пещеру, она такая же бурная, как океан. Безумный шаман недоверчиво хмурится. Его глаза сверкают неистовой яростью.

– Разве ты не усвоила урок? Тебе со мной не тягаться!

Каменный пол исчезает под моими ногами. Я – Седна, морская богиня, играющая со льдами и танцующая в потоках. Соленый воздух наполняет мои легкие, гнев бьется в висках.

– Это тебе со мной не тягаться! Я заплатила очень высокую цену. Потеряла пальцы, брата… Кто большим пожертвовал: ты или я?

Мгновение он колеблется. Но прежде чем я успела обрадоваться, он поднял кулак, и из него вырвалась тьма.

Склизкие щупальца его магии распространяются во все стороны. Перед глазами кровь, рваная плоть и ужас. Виник пытается отогнать кошмары. Пещера сотрясается от вспышек магии. Воздух наполняется горькой, удушающей вонью.

У меня нет ни единого шанса. Я слишком слаба. Ноги подкашиваются. Паника кружит голову.

Но я, должно быть, так же упряма, как и Килон. Просто не могу уступить отцу. Я нащупываю в кармане медвежьего тупилака. Разум проясняется. Я вспоминаю о непостижимо черных глазах Эрека и цепляюсь за это воспоминание, чтобы вернуться в реальность.

Норсак вызывает бурю, которая с грохотом обрушивается на пещеру. Виник отвечает столь же неистовым ревом волн, криками утопленников, ударами прибоя о скалы. Я чувствую себя в ловушке, но сопротивляюсь изо всех сил. Колени дрожат. Сквозь полузакрытые глаза я вижу огромные когти и беспалые руки, пробивающиеся сквозь гнилостную тьму.

Это слишком. Я не готова к столь яростному противостоянию. Чувствую, как разваливаюсь на части. Я могу драться только кулаками, ногами, локтями, коленями. Бью вслепую, но, несмотря на свой возраст, Норсак все еще силен. Он прижимает меня к земле всем своим весом.

Наши духи-хранители сталкиваются друг с другом с ужасающим грохотом. Моя левая рука касается воды, стекающей по стене. Внезапно я решаюсь на нечто ужасное: заимствую силу Виник. На месте пальцев образуются сосульки. Резко развернувшись, я вонзаю эти ледяные лезвия в горло Норсака.

Он вздрогнул. Его глаза расширились. Невероятно долгую секунду ничего не происходит. Затем Норсак падет, прижимая руки к шее. Кровь толчками выплескивается наружу. Густые алые струи, осколки льда, жуткие булькающие звуки…

Я отползаю от него. Духи воют о смерти. Отец сворачивается калачиком и бьется в конвульсиях. Я не могу отвести от него глаз, пока он наконец не перестает дергаться.

* * *

В пещере воцарилась тишина. Я слышу песню ветра, гуляющего по горным тропам. Все мышцы в теле ужасно ноют, не позволяя даже сесть. Я почти не чувствую левого бока, которым прижимаюсь к промерзлой земле.

Я стараюсь не думать, откуда взялась кровь под моими ногтями. В нагрудном кармане куртки тупилак по какой-то причине продолжает сохранять тепло. По сути, он единственный источник тепла в этой ледяной пещере.

С трудом разлепив слипшиеся от мороза ресницы, я вижу перед собой бездыханное тело Норсака. Его сердце все еще бьется? Или отец истек кровью и умер?

Нужно проверить.

Он лежит в той же позе, свернувшись клубком и прижав руки к горлу. Его застывшее тело похоже на мумию. В недоумении я протираю глаза. Норсак умер примерно час назад, но его кожа сморщилась, а волосы превратились в пучки сухой травы.

Всему виной остатки его силы или заклинание, связанное с этой пещерой?

Да плевать. Не хочу думать об этом. У меня ничего не осталось. Я замерзну в этой пещере до смерти. Нет смысла пытаться что-то изменить, лучше просто отдаться во власть бессонной ночи.

Я найду Эрека по ту сторону завесы. Расспрошу всех духов, обыщу все северные сияния, чтобы отыскать светловолосого черноглазого мужчину и сказать ему… Я обязательно скажу ему…

Не могу подобрать нужных слов. Но на этот раз виной всему не оцепенение, а укол, пронзивший мой затуманенный мозг. Голос, острый словно коготь, приказывает мне:

– Вставай, Десс!

Конечности не слушаются. Лучше я останусь здесь, свернувшись калачиком рядом с теплым тупилаком, и буду ждать, пока не придет время отправиться в иной мир, где меня ждет Эрек. Засыпая, я вижу его.

Я слишком измучена, чтобы представлять, как мы занимаемся любовью. Просто хочу оказаться в объятиях Эрека, коснуться его шелковистых светлых волос. В моем сне он не переживает о своей жестокой смерти и не злится на меня за то, что я завела его в эту ловушку.

– Я так рада видеть тебя снова. Жди, Эрек. Я обязательно отыщу тебя.

Но вместо того чтобы заключить в объятия, Эрек хватает меня за плечи. Его темные глаза впиваются в мое лицо.

– Нет! Ты должна выбраться из этой пещеры. Сделай это, Десс, пока у тебя еще есть силы! Если ты уснешь, то уже не проснешься.

Эрек не улыбается и не шутит. Я впервые вижу его настолько взволнованным.

Странно. Почему во сне я вижу вечного улыбающегося Эрека совсем другим?

– Десс, – настаивает он. – Открой глаза.

– В этом нет смысла. Даже если мне удастся встать, я не смогу выбраться отсюда. В таком состоянии у меня не получится преодолеть ледяной щит.

– Я помогу тебе, – шепчет Эрек, – но ты должна сделать первый шаг. Прошу, не сдавайся.

– Я так устала…

Не знаю, сказала ли я это во сне или мне просто показалось.

Это все происходит в моей голове, да?

Слова, которые я так долго не могла произнести, наконец срываются с моих губ:

– Мне не следовало втягивать тебя во все это. Если бы я знала, что у нас так мало времени, я бы поступила иначе… Постучалась бы в твою комнату в той гостинице…

– У нас еще будет время, обещаю. Столько ночей, сколько захочешь. Но ты должна выжить!

Лицо Эрека так близко, темнота его глаз поглощает меня. Я протягиваю руку, чтобы погладить