Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

Бард, конечно же, попросил рассказать ему хотя бы один из стихов. Петра долго сопротивлялась, но Виол был настойчив, и в конце концов она согласилась…

— Там оказалось совсем не то, что я ожидал, — Виол вздохнул, — Я ожидал… ну-у-у… чего-то возвышенного, а там ужасный набор слов.

— Какой?

— «Камень в камне скрип да скрип», — продекламировал бард, — «Камень скрип по камню скрип, это камень, а не гриб»… Как-то так.

Я усмехнулся:

— Ну, рифма-то есть.

— Вот и я рассмеялся, ослиный крик, — Виол поскрёб затылок, — А Петра очень близко это приняла… и потеряла способность.

— То есть?

— Она до этого не задумывалась, что у неё за стихи. А как стала задумываться, так и всё… Знаешь сказку о сороконожке, которая решила узнать, с какой ноги она начинает шаг?

Да уж, история Виола лишний раз подтвердила, как же бард обожает создавать проблемы на пустом месте.

— Вот теперь ясно… — задумчиво сказал я, — А ведь я бы мог ей помочь.

— Громада! — Виол аж вцепился в моё плечо, — Ты серьёзно? Зелье забвения тут не поможет, её семья ведь наняла лучших лекарей и целителей.

— Зелье забвения — детский лепет в сравнении с тем, что я смог спрятать свои воспоминания от богини.

Сказав это, я решил не упоминать, что вообще-то Бездна всё равно смогла проникнуть в тайник моей души, и сама же там спрятала от меня правду о дочери. Но факт остаётся фактом — воспоминания я спрятал очень хорошо, пусть и от самого себя.

Но самое главное, там же были спрятаны и мои чувства. А именно в чувствах, как я подозревал, и была проблема бедной чародейки, нарвавшейся на барда-недотёпу.

— Ещё бы уговорить её… — сказал Виол, — А вот и развилка.

Мы как раз дошли до поворота, где тоннель уходил сразу в две стороны. Я выудил из-за пазухи лист со схемой шахты, которую нам нарисовал камнетёс, и, пока разворачивал, чуть не оглох от шелеста бумаги — до того громко это оказалось в тишине пещеры.

Совершенно неожиданно перед нами, выскочив из-за угла, возникло какое-то существо. Низкорослое, со сгорбленной фигуркой, с блестящими глазками на носатом лице, заросшем клочковатой бородой.

Оно мелькнуло лишь на миг, всплеснув длинными руками, и тут же исчезло за другим углом. Мы переглянулись с Виолом, и тот жалобно поморщился:

— Я не услышал его шагов… Это невозможно!

На это я пожал плечами. Существо чем-то напомнило мне болотную кикимору, только бородатую, и я попытался вспомнить, знаю ли что-нибудь об этом.

Память Всеволода выцепила страницу из какого-то трактата, описывающего разную нечисть. И горные кикиморы там тоже были… К счастью, это были не самые страшные твари, что могли нам встретиться под горой.

Вот только камнетёс уверял нас, что шахта неглубокая, и не имеет никаких связей с магическими пещерами. Или уже имеет? Могли ли люди боярина как-то испортить шахту?

— Ну-ка… — Виол заглянул в схему и деловито подправил мою руку с огоньком, — Что-то не совсем сходится.

— Ты о чём?

— Сейчас, — бард отошёл на шаг, опасливо заглядывая за угол, — У!

Едва уловимое эхо унеслось за поворот: «У… у… у…».

Виол, приложив ладонь к уху, постоял немного, и тут же «укнул» в другую сторону. Тоже послушал, потом подошёл ко мне и ткнул пальцем:

— Направо, как сказал старый Эрик, и вправду всего пара поворотов, потом угольный забой. И оттуда я слышу, как шумит артефакт страха, — он провёл пальцем, — А вот здесь, как сказал камнетёс, тоже был забой, но он сгорел. В том пожаре, который Креона с Тиарой смогли заморозить…

— Он сказал, что эта штольня обвалилась, когда обгоревшие подпорные балки не выдержали.

— Да… Вот только часть моего эха не вернулась, — Виол вздохнул.

— Что это значит?

— Видит Маюн, обвал мог открыть какую-нибудь пещеру… настолько глубокую, что я не дождался своего эха.

— Значит, старик ещё не знает, что в его пещере теперь новые обитатели, — усмехнулся я, — И это может быть как благом, так и проклятием. Ну что ж, идём.

— Погоди, громада… Мы что, не вернёмся, чтобы рассказать?

— Нет, бард. Сначала достанем артефакт, который наверняка и притянул нечисть из пещеры. А потом глянем, что там за проход такой… Может, завалим его.

* * *

Пока мы шли до рабочего забоя, тень горной кикиморы так и мелькала впереди. Тварь выглядывала из-за угла и в панике уносилась дальше, явно недовольная тем, что мы движемся вслед за ней. Шагов при этом совсем не было слышно, поэтому я на всякий случай оглядывался назад, чтобы бесшумные сородичи кикиморы неожиданно не напали.

Нам всё же удалось разглядеть существо. Тело у горной было покрыто ороговевшей кожей, чем-то напоминающей колотый щебень. И да, с её морды свисала длинная грязная борода, которая одновременно служила ей и гривой. В остальном от дальней болотной родственницы она особо не отличалась.

Я рванул голову в сторону, уворачиваясь от свистнувшего камня, который тут же в пыль раскололся о стену.

— Слёзы мне в печень! — Виол пригнулся.

Снаряд запустила кикимора, которая от нас убегала, причём я едва успел его заметить. Смердящий свет, из-за артефакта страха даже не почуял угрозы!

До забоя нам остался всего один поворот, и я вызвал в руке Губитель Древа. В моих планах не было напрасного убийства кикиморы, но если она сама напрашивается, я с удовольствием вспомню, какие ингредиенты с её тела могут мне пригодиться, если вдруг снова надумаю заниматься алхимией.

Сам забой оказался довольной большой пещерой, неравномерно обтёсанной со всех сторон. Куски отломанного угля валялись в кучках тут и там, рядом лежали носилки и даже стояла одна тележка, в которую был свален горный инструмент.

— А жаль, — проворчал я, глядя на противоположную стену пещеры, где едва заметно мерцал узор.

Оказалось, это был не отдельный артефакт, а наложенные на скалу чары. Узор, представляющий из себя несколько кругов с лепестками, был выдолблен киркой и для надёжности подмазан кистью.

Так вот почему магия артефакта показалась мне грубой. Страх был не результатом, а побочным эффектом, заодно не пускавшим слишком любопытных людей в шахту.

Смердящий свет! Это даже хуже, чем ловушка…

Да, магия привлекала горных кикимор, и сразу десять штук толпились в нескольких шагах