Читать книгу - "Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик"

благо особых проблем они нам пока не доставляли. Синицы звонко выводили свои трели, а свиристели обирали остатки рябины и других диких ягод. Весна набирала оборот...

- Мария, скоро встанем на постой, — предупредил Гуска. - Ты от меня далеко не отходи. Люд разный встречается, чтобы не обидели.

Слова заботы мне были приятны, да и сама я не собиралась искать приключений себе на одно место.

- Хорошо, только котов бы выгулять хоть немного. Они всю дорогу в коробе и так занемогут без движения, — прикинула, что солнце ещё высоко и до темноты далеко. - Могли бы ещё два часа проехать.

- Почтовый обоз так обычно и двигается. На каждой остановке они прежде корреспонденцию принимают и выдают, — усмехнулся на моё заявление и объяснял порядок. - Сама приглядись, как они работают.

Пока мы подъезжали к постоялому двору, что виделся недалеко на взгорке, я соображала, из чего можно соорудить по-быстрому шлейки для Глори и Лаки.

«Как у меня вылетело это из головы? На поводке котов запросто можно выгуливать не хуже собак», — сокрушалась в отсутствии собственной сообразительности.

Постоялый двор расположился на крутом берегу реки. Около пяти избушек с амбаром, просторной конюшней и небольшими хозяйскими постройками были огорожены частоколом. Для проезжих был выделен отдельный дом, где располагались более дорогие изолированные небольшие комнаты и одна общая горница не только со столами для трапез, но и со множеством широких лавок, которые можно было занять за сущие гроши.

Ни о каких шкурах или других постельных принадлежностях речи не было — только голые доски из всех удобств.

- Я для нас, Мария Богдановна, комнатку снял и постелю твою занесу чуть позже, — подпихнул меня в сторону нужной двери. - Ты со своими зверями пока располагайся, а я лошадок обихожу и повозку нашу под охрану поставлю. Повечеряем чуть позднее.

В снятой комнате для зажиточных путников предлагалось наличие стола и табуретов под самым окном, которое практически не давало света, и пару отдельных топчанов с тощими тюфяками поверх. Но я сразу убрала один со своего будущего спального места. Матрас на самом деле тягать туда-сюда было жалко, но я не раз вспомнила добрым словом Таисию Петровну. Супруга нашего кладовщика посоветовала пошить мне дополнительный чехол-наматрасник в дорогу из солдатского сукна, чтобы не замызгать сам матрас. Ткань мне выдавали в счёт обеспечения, и запас её скопился у меня в сундуке хороший. Особой надобности в ней у меня не было, но собственный «хомяк» подсказывал не отказываться от добра.

- Ох, мои хорошие, нелегко вам путешествовать со мной таким способом, — помогла выбраться котам из короба. - Но оставить вас дома в крепости я не могла. Как прибудем на место, так и будет вам раздолье, а пока потерпите ещё немного.

Глори и Лаки ластились ко мне, подставляли свои головы и бока. Хотя переноску для них постаралась сделать просторную, но свободно двигаться в ней, как привыкли, они не могли. Выставила лоток для них и миску с кормом и водой.

Я не знала, каким образом организовано питание постояльцев, но сама высовываться из комнаты не спешила. К словам Сила Капитоновича решила отнестись серьёзно.

С улицы слышан был шум: прибывали ещё постояльцы и хозяева управлялись во дворе, где-то вдалеке пела пила и был слышан топор, какая-то женщина громко отчитывала нерадивого работника. Детский смех и визг подогревал любопытство, но я понимала, что ослушаться старшего — это потерять доверие Гуски к себе. Нам на какое-то время придётся в Тобольске стать напарниками в организации нелёгкого и непростого дела.

«Доверие потеряешь, ничем не наверстаешь, — успокаивала себя. - В нашем будущем деле без него никак нельзя. Кто его знает, как примут меня знакомцы Калашникова? Тем более фейсом святить не стоит, в обозе меня за мальчишку приняли» .

Вдруг дверь заскрипела и в комнату бочком просочилась девчушка лет трёх или четырёх. Плотное яркое платьице с меховой опушкой, курточка нараспашку, высокие войлочные сапожки и смешная меховая шапочка с вышивкой. Одежда выдавала совсем некрестьянское происхождение ребёнка.

Длинные светлые волосики обрамляли округлое личико с той детской припухлостью, которое сохраняется ещё в этом нежном возрасте. Яркие пухлые губки приоткрылись и вытянулись буквой «о» в удивлении, как и широко распахнулись и так большие голубые глаза, обрамлённые пушистыми ресницами.

Она напомнила мне куколку-пупса, которая была у меня ещё в далёком детстве в той прошлой реальности. Здесь таких игрушек ещё пару столетий точно не будет.

«А ведь это неплохой вариант. Детских игрушек я практически не видела, кроме деревянных или тряпичных. Технику изготовления кукол из холодного фарфора и папье-маше я знаю» , — вдруг возникла ещё одна неожиданная бизнес-идея, глядя на ребёнка.

И как здесь оказалась эта кроха? Нет, я понимала, что на постой могут остановиться люди разных сословий и достатка. Только вот почему малышка гуляет без присмотра? Где её няньки или ещё кто там положен для пригляда?

- Ой! У тебя котики? — восхищение в ярких голубых глазах словно озарило комнату. - Можно мне их погладить?

Как отказать в такой малой просьбе? Тем более мои коты сами начали проявлять интерес к новому лицу в комнатке.

- Можно, — дала добро не только ребёнку, но и этим наглым мордам. - Как тебя зовут и как ты здесь оказалась? Я Мария или просто — Маша.

Девочка немного смутилась от моих вопросов, но вдруг выпрямилась, затем сделала очень быстро книксен и чинно, почти по-взрослому представилась:

- Ольга Владимировна Калюжная, можно просто — Оля. Мы остановились здесь на постой с моей бабулей — Елизаветой Андреевной. Только я перепутала, видимо, наши комнаты.

Я обратила внимание на чистую речь ребёнка и то, как она себя держит. Только долго изображать из себя воспитанную девочку у неё не получилось. Котики требовали к себе внимание и совсем скоро у нас в комнате было очень весело.

Из рассказа Ольги узнала, что она с родной бабушкой двигается также в Тобольск, сопровождаемая няньками и охраной из шести человек. Следуют они с места службы отца, где пожилая женщина и забрала ребёнка к себе на воспитание.

- Мама долго болела, а потом умерла, — Оля чуть отстранённо, словно погружаясь в воспоминания, говорила со всей серьёзностью. - Бабушка сильно ругала папу за то, что потащил её в глушь и должного внимания не уделил. Нянька ей ещё нажаловалась, что его дома почти не бывало. Только