Читать книгу - "Принцесса и кобольды варят пиво - Владимир Васильевич Митин"

появлялась то там, то тут. Подбадривала, давала советы, весело шутила. Её колокольчик смеха раздавался по всем помещениям. И везде успевала, умудрялась сказать несколько слов, которые всегда вызывали улыбку и поднимали настроение. У уставших открывалось второе дыхание.

Сейчас же как будто везде стояла тишина и уныние. Нет, не натурально: пивоварня гудела и шипела как проснувшийся ото сна огромный фантастический зверь, звенели барабаны, в которые по привычке лупили рабочие, выбивая ритм. Тишина звенела в душе организации. Как будто перестало биться сердце.

— Мы как зомби, — услышал как-то Варн разговор рабочих Экса на перекусе в ремесленном крыле. — Нас оживили и мы куда-то идём. Но я не слышу сердца. Не чувствую души.

— И не говори, брат, — отозвался сидевший рядом приятель и тут же набил рот бутербродом, чтобы уже наконец приступить к работе и отвлечься от раздумий.

Две долгих недели не было никаких вестей. Первоначально вся орава гоблинов собиралась цепью прочёсывать лес и город. Но Варн, более опытный в этом деле, сумел убедить всех вернуться к работе и предоставить вести это ему.

Отряд Киллат и Гардара обшаривал лес с первого дня пропажи девушки. Они даже в город не возвращалась первые дни. А затем только за едой. Пикси тоже помогали, невзирая на начинающийся холод и необходимость подготовки к зимней спячке. Крысолюди, наплевав на осторожность принялись развивать шпионскую сеть в Эрене. Головой этой тайной сети стала Тес. Она отлично снюхалась и спелась с новыми обитателями владений Алетры. Её серые агенты шныряли по офисам и пивоварням Зизы и Делга, принося уникальные сведения. Большую часть из которых вряд ли можно где-то обнародовать. Но тёмных связей у этих двоих хватало.

На днях Теси сказала, что они там чуть ли не целый синдикат вскрыли с продажными чиновниками и судьями. Варна эта информация не особо удивила, но насторожила. Сейчас, во время отсутствия юридически подкованной Шани, у них могут возникнуть большие неприятности. Алетра всё ещё могла помочь, но спасти в чиновничье-бюрократической дуэли уже вряд ли.

Белый устало уселся на один из низких табуретов, специально сделанный для кобольдов и гоблинов ребятами Сика. По привычке он снял с пояса фляжку, вырезанную из тыквы, зубами вытащил пробку и приложился к ней в долгом глотке.

Ежедневно ему задавали массу вопросов о том, как продвигается работа по поискам похищенной девушки. А он, получая ежедневные доклады, уже сам переставал верить в то, что девушка вообще жива. И проклинал себя, что не выполнил самого главного задания, что давал ему Кезон Трегинт, глава наёмнического полка Белые Волки. Его собственные слова, те что он произнёс в день исчезновения, до сих пор звучали у него в ушах. Он слишком оказался самоуверен. Шани всё же девушка. Хрупкая, ранимая и уязвимая. При всех её сильных сторонах. А теперь они её потеряли. Возможно уже на совсем. Кобольд тяжело вздохнул.

— Таки-доброго вам здравия, друг мой, — прозвучало рядом настолько неожиданно, что кобольд вздрогнул и взялся за нож.

На соседний стул запрыгнул уже знакомый ему крысолюд. Был ли он за главного, или сюда посылали только того, кому нечем заняться, лидер не знал. Но этот появлялся на переговоры чаще прочих.

— Как говорится что б денежка водилась и проблем не заводилось!

Варн устало улыбнулся, рассмешить этот народец мог.

— И тебе не хворать, Стам, — поприветствовал пришедшего белый.

— Я имею-таки кое-что вам сказать, — заявил крысолюд, усаживаясь на один из свободных стульев. — Но не наблюдаю здесь Тес.

— Сейчас подойдёт, — пожал плечами Варн.

Сам он уже и думать забыл о ежедневном совещании, которое посвящалось поискам Шани и козням конкурентам, возможном ответном ударе. На нём обычно присутствовали Варн, Теси, Киллат, если была в городе и теперь крысолюди. Само собой Стам не показывался на глаза, когда эльфийка была на заседании. Всё же их нахождение в Эрене должно оставаться тайной. Иначе быть большой беде.

— Значит Киллат с отрядом не вернулись ещё?

— Таки нет, — подтвердил догадку белого Воняйморда.

В этот момент в комнату собраний вошла Теси. Вслед за ней несколько здоровых крысолюдов втащили в дверь сколоченные вместе куски нескольких досок, на которых были приколоты иголками и мелкими гвоздиками исписанные кусочки бумаги или плохо сделанные рисунки, которые соединялись между собой разноцветными нитями, расползаясь один к другому как странная неровная паутина. Накаченные сверх всякой меры существа без всяких проблем приспособили наглядно-иллюстративный материал на один из стульев, прислонив к стене. И молча удалились.

— Мы с товарищами наконец свели всю информацию, которую собирали во время слежки за Зизой и Делгом. И, скажу вам как на духу, — Стам поднялся на лапки и расхаживал с довольным видом перед собранной конструкцией взад-вперёд, намереваясь всех поразить своими выкладками, — ой-вей, мы-таки собрали на этих босяков столько информации, что можно закрыть их, а также часть чиновников Эрена, в лагеря чалиться на многие-многие лета…

Прежде чем он продолжил, дверь шумно и громко распахнулась. На пороге стоял запыхавшийся, хватающий пухлыми щёчками воздух, Сик. Он силился сказать что-то, указывая толстеньким указательным пальцем куда-то в сторону дворика.

— Там… это… ух… бах… шмяк… кааак треснет…уф.

Его раскрасневшаяся мордашка сияла то ли от счастья, то ли от натуги, то ли от эмоций, а может и от всего вместе взятого.

— Отдышись, — спокойно сказала Тес с некоторым недовольством и раздражением, что прервали докладчика с важной информации. — И скажи нормально.

— Слушай, больше не бери так шустро, а то не дай Боги догонишь свой инфаркт, — встрял Стам, уперев руки в бока.

Синий сделал несколько глубоких вдохов, приходя в себя, но лучше в итоге совсем не стало:

— Там… это… во дворе… Шани…

В этот раз отреагировали остальные. Как по команде из комнаты выбежали и Варн и Теси. Сик постаял в дверях ещё несколько мгновений и рванул за ними.

Выбежав во двор, Варн фактически впал в ступор, обнаружил около дуба пропавшую несколько недель назад принцессу, как ни в чём ни бывало обнимающуюся с гоблинами, высыпавшими из ремесленного цеха и кухни. Вид у неё был конечно весьма помятый. Губы и носик разбиты, под глазами синяки и кровоподтёки. Из одежды на ней красовалась рубаха, бывшая сильно для неё велика и потому подпоясанная ремнём. Благодаря закатанным рукавам можно разглядеть множество ссадин и рубцов на коже рук. На ногах обмотки из чёрного непромокаемого материала, поднимающиеся существенно выше колен.