Читать книгу - "То-Рек. Шаман - Катэр Вэй"

рассказывал. Кан внимательно слушал, приседал, рассматривал кости и лежавшие рядом предметы, после чего старики переходили дальше. Говорили они тихо, и до нас не долетало ни единого слова.

Возле одного из скелетов Кан неожиданно остановился. Барк что-то произнёс, но старый охотник не ответил. Он долго стоял, опустив голову, затем медленно присел и осторожно прикоснулся ладонью к костям. Через несколько мгновений его рука переместилась к черепу, а сам он склонился ещё ниже.

Барк больше ничего не говорил. Он просто держал факел, освещая останки и сидевшего перед ними друга.

Я посмотрел на Вела, но Рыжий лишь едва заметно покачал головой. По его лицу было понятно, что он тоже боится тех покойников.

Похоже, Кан узнал кого-то из своих. И, судя по тому, сколько времени он там сидит, человека очень близкого. Кан поднялся не скоро. Он ещё немного постоял возле скелета, затем повернулся к Барку и что-то тихо сказал. Старик положил ладонь ему на плечо, и через некоторое время они продолжили обход. У остальных останков надолго уже не задерживались, а вскоре направились обратно к костру.

Когда старики вернулись, глаза у Кана были красными, а лицо выглядело ещё более усталым. Барк тоже заметно посерьёзнел. Они молча устроились возле огня, и никто из нас не стал спрашивать, кого именно узнал старый охотник и о чём они говорили у стены.

Некоторое время слышались лишь потрескивание дров да тихое сопение младенцев. Затем Барк протянул ладони к огню, погрел их и поднял голову.

— Я решил, что нам нужно переселиться сюда, — произнёс он, обводя взглядом собравшихся.

Я удивлённо посмотрел на старика.

— В большую пещеру?

— Да. Место хорошее, воды много, стены крепкие, а вход узкий. Хорошее место, безопасное. Если враг придёт, защитить его будет намного легче, чем всю поляну возле скалы. И ещё я нашёл другой проход отсюда.

— Какой проход? — сразу заинтересовался я.

— За озером, возле стены, есть щель между камнями. Я прошёл по ней немного. Там поднимается вверх и тянет холодным воздухом. Думаю, она ведёт наружу, но до конца я не ходил.

— Надо будет обязательно проверить, — заметил я. — Второй выход нам не помешает, только придётся убедиться, что через него к нам не смогут забраться всякие незваные гости.

Кан согласно кивнул, продолжая осматривать огромный зал.

— Хорошее место для большого рода. Очень хорошее, — тихо заметил он.

— Только зимой тут холодно будет, — продолжил Барк. — Камень холодный станет, сверху тоже холод пойдёт. А пещера вон какая большая! Сколько костров ни жги, всё равно не согреемся.

— Так мы и не будем греть всю пещеру, — ответил я. — Построим здесь жилища, и пусть люди живут в них. Места хватает, а теперь ещё и помощников много. Не самим же нам с Велом всё таскать.

Барк нахмурился.

— Жилища построить можно, То-Рек, только где ты возьмёшь столько шкур? У нас даже на одно большое жилище пока не хватает, а ты хочешь поселить здесь всех.

— А шкуры нам не понадобятся, — совершенно спокойно сообщил я.

Кан повернулся ко мне, а Барк перестал греть руки и внимательно посмотрел в мою сторону.

— Как это не понадобятся? — недоверчиво переспросил вождь.

— Построим жилища из дерева и глины. Помнишь, как мы дверь в малую пещеру делали? Сначала переплели длинные тонкие палки, а потом обмазали их глиной. Вот и жилища так же сделаем. Только вместо одной двери будут стены, а сверху — крыша из веток с большими широкими листьями. Я такие недалеко видел, знаю, где растут.

Мои соплеменники уставились на меня, как бараны на заговорившие ворота. Судя по их вытянувшимся физиономиям, представить себе жилище без шкур они никак не могли.

Ну да, конечно. Дверь из палок и глины — это мы понимаем. А четыре такие двери, поставленные стенками, — уже какое-то неведомое колдовство.

Я взял несколько тонких прутиков из кучки растопки, воткнул их в землю возле костра и принялся переплетать гибкими веточками, показывая, как будет устроена стена. Получалось, конечно, кривовато, но для объяснения вполне годилось.

— Сначала вбиваем толстые жерди, чтобы стояли крепко. Между ними вплетаем тонкие длинные палки, а потом всё обмазываем глиной, смешанной с сухой травой. Когда она подсохнет, получится плотная стена. Сверху делаем крышу из жердей и веток, а поверх укладываем широкие листья.

Кан придвинулся ближе и внимательно рассмотрел моё сооружение.

— И такое жилище не развалится?

— Если сделать правильно, не развалится, — заверил я. — Главное, чтобы толстые жерди крепко стояли, а крышу было на чём держать. Вход закроем дверью, как в нашей пещере. И внутри можно будет сделать очаг и тёплый пол.

— Тёплый пол? — Барк удивлённо поднял брови.

— Да. Только с ним придётся начинать, ещё до того, как стены поставим. Сначала сделаем из глины ходы для горячего дыма, потом всё закроем толстым слоем глины, смешанной с сухой травой. Потом устроим очаг с одной стороны, а с другой выведем дым наружу. Огонь будет нагревать пол, и внутри станет тепло даже зимой.

Я посмотрел на свою маленькую конструкцию из прутиков и усмехнулся.

— Правда, глины понадобится столько, что таскать её нам всем надоест. И сухой травы тоже. Зато потом не придётся всю ночь жаться к костру, чтобы спину не отморозить.

Хотя сначала придётся эту самую спину основательно надорвать, пока всё построим. Бесплатного отопления даже в каменном веке не бывает.

Барк осторожно потрогал переплетённые прутики.

— Значит, нужно много той хорошей грязи, из которой мы делали… — Барк замолчал, вспоминая слово. — По-суду! — наконец вспомнил он и важно кивнул, довольно поглядывая на ошарашенного Кана. Мол, знай наших, мы тут и не такие слова знаем! — И ещё много жердей и тонких палок, да?

— Очень много, — подтвердил я, тяжело вздохнув при мысли о том, сколько работы нам всем предстоит в ближайшее время.

Кан задумчиво нахмурился. Идея ему явно понравилась, хотя по лицу было понятно, что до конца он ещё не представлял, каким образом из этого плетёного забора получится нормальное жилище.

Ничего, «дедушка», увидишь первый дом — поймёшь. Главное, чтобы мне самому удалось вспомнить все строительные премудрости. А то теорию я знаю, а вот практики по возведению первобытных коттеджей у меня, мягко говоря, немного.

— Только сегодня люди всё равно останутся на поляне, — заметил Барк. — За