Читать книгу - "Недобитые. Том 1. - Александр Шевец"

по делам, где имена свидетелей нельзя выставлять в общей приёмной. Доступ к этому помещению имеют ещё двое служащих. Я уже распорядился, чтобы до проверки их не выпускали из здания.

— В какой комнате они теперь?

— Пока работают на своих местах, под наблюдением дежурного. Вы сможете указать, кого назвал Дорвен, но личный допрос я поручаю другому человеку. Иначе любой ваш ответ объявят полученным под угрозой.

— Я готов направить проверку к старой крепости, — вернулся к главному магистрат. — Понадобятся имена свидетелей, предварительное подтверждение торгового реестра и распоряжение о временном запрете вывоза. Но сначала решите между собой, будете ли показывать оригинал. Без него я не вправе отменить разрешения Керра только по переписанным страницам.

Эрдан посмотрел на Ренара. Вор ответил не сразу; левой кистью он почти не пользовался, и тяжёлая сумка заметно тянула его к скамье.

— При всех четверых и при писаре, который подпишется под каждым действием. Книга остаётся на столе, пока я стою рядом. Если захотят сверить чужую запись, принесут её к нам. Так пойдёт?

— Устроим осмотр в бывшей весовой комнате. Там есть отдельный стол и сейф для спорных документов. Двери по внутреннему распорядку закрывают от посторонних, но вы все останетесь внутри, — Тасс передал помощнику записку с поручением. — Лица, которым доступен архив, уже известны. Если разойдётесь сейчас, никаких преимуществ не получите, а времени до отправки останется ещё меньше.

Эрдан настоял на продолжении: они могли потерять ещё день, а до отправки пленников оставалось две ночи. Он согласился на осмотр при условии, что никто не унесёт книгу и всё внесут в опись.

Тасс принял условие. Сорн попросил, чтобы на осмотре присутствовал тот же дежурный, который внёс их прибытие в книгу. Магистрат объяснил, что служащий занят на заставе, но пообещал привести второго независимого писаря из открытой приёмной. Эрдан заметил, что Сорн явно хотел возразить. Однако бывший убийца лишь спросил, где будет находиться Дорвен во время проверки. Получив ответ о закрытой караульной под надзором лекаря, он кивнул один раз и пошёл к двери вместе со всеми.

За кабинетом тянулся старый коридор пошлинного управления. Здесь пахло сырым камнем, маслом для петель и водой из нижних помещений. Перед тяжёлой дверью Сорн попросил назвать присутствующих. Тасс представил двух писарей и мужчину в шерстяном жилете — хранителя, отвечавшего за помещение и оставшиеся от старых весов механизмы.

Внутри стоял длинный стол, вдоль стены — сундуки с железными накладками. Пол покрывали широкие доски с металлическими полосами между ними. У служебной двери виднелся рычаг под железной скобой. Эрдан узнал устройство старых грузовых весов: отец чинил подобные в торговых дворах. Но крепёж здесь меняли недавно, головки заклёпок ещё не потемнели.

— Весы здесь давно не используют. Зачем тогда меняли железо? — Эрдан присел и потрогал ближайшую скобу.

— Пол зимой залило, пришлось укреплять, — объяснил Тасс. — Старые весы не восстановили. Зато теперь можно ставить тяжёлые сундуки. Ремонт проведён по ведомости.

Эрдан поднялся. Тасс мог говорить правду о ремонте, но Сорн уже переступил железную полосу и велел Ренару держаться возле выхода.

Ренар положил книгу на стол и не выпустил корешок, пока писарь не приготовил лист для описи. Сначала описали тёмно-красную кожу переплёта, металлические уголки, надрыв у нижнего шва. Затем попросили показать страницы, отмеченные в переписанных листах. Писарь не касался оригинала без разрешения, а Тасс стоял с той стороны стола, где свет из окна падал прямо на записи. Эрдан видел, как магистрат сравнивает два сокращения, а стоящий рядом помощник заносит их в реестр. Снаружи скрипели колёса грузовой телеги, из открытого окна слышался голос служащего, ругавшего возчика за неправильно заполненную накладную.

— Эту строку уже знают в вашем архиве? — поинтересовался Ренар, когда писарь без подсказки раскрыл нужный разворот.

— На неё ссылается докладная о старом сборе, которую мне передали перед осмотром, — пояснил Тасс. — Я распорядился подготовить образцы почерка. Не станем заставлять вас пересказывать то, что уже занесено в дело.

— Тогда покажите докладную. Я хотел бы понять, кто и когда успел разобрать наш список, если мы ещё не показали книгу целиком.

Тасс принял у помощника два листа. На одном стояло название дела, другой был почти пуст, хотя имел тот же регистрационный номер. Эрдан успел заметить это, прежде чем Ренар потянул книгу к себе.

— На сегодня хватит. Внешние признаки записали, страницы сверили. Дальше приносите свои образцы в приёмную, там продолжим. — Ренар отодвинул оригинал ближе к себе, потянул сумку и попытался подхватить переплёт правой рукой.

Человек в шерстяном жилете перестал перебирать металлические грузики у бокового стола. Сорн заметил это движение и направился к служебной двери. Эрдан успел увидеть, как бывший убийца переставил ногу на сухой участок настила, одновременно предупреждая остальных:

— Книгу оставь. Отойдите от железа.

Из-под пола донёсся низкий удар. Сорн рванул дверь, но створка открылась лишь на ладонь и остановилась на внутреннем засове. В ту же секунду металлические полосы между досками дрогнули. Эрдан сделал шаг к Ренару и вдруг почувствовал, что нога не подчиняется: сапог стоял на доске, однако поднять его стало почти невозможно. Он переместил вес на другую ступню, упёрся ладонью в стол и потянул сильнее. В глубине здания скрежетнули железные плиты; сопротивление на мгновение ослабло, затем вернулось, а по голеням потянуло холодом.

Эрдан попытался ещё раз. В кузнице он привык, что упор и сила решают почти любую задачу с тяжёлым железом. Теперь рывок обернулся судорогой: икру свело так резко, что он едва не ударился подбородком о стол. С потолка капнула вода. Человек у бокового стола повернул ручку, и из скрытого под досками канала послышался глухой стук, будто груз ударил по ограничителю. Эрдану стало трудно дышать, тело быстро теряло тепло, а пальцы, вцепившиеся в край стола, плохо слушались.

— Не тяни, — Сорн уже присел, разгрузив повреждённую руку. — Наше движение уходит в груз. Останешься стоять спокойно — заберёт меньше.

Ильва находилась возле окна. Она не бросалась к выходу: удерживала равновесие одной рукой о стену и осторожно переносила вес между ногами. Однако когда помощник подошёл к ней с ремнями, девушка отшатнулась. Под полом снова сдвинулось железо. Она резко вдохнула, прижала ладонь к раненому боку и остановилась. Эрдан видел, как сильно дрожат её пальцы, но не мог даже приблизиться к ней.

Ренар всё ещё держал книгу. Переплёт прижимал к краю стола здоровой рукой, левую берёг после прежней драки. Писарь осторожно потянул за нижнюю крышку; вор попробовал удержать её, но холод уже добрался до плеч, и пальцы стали разжиматься. Он ещё пытался