Читать книгу - "Лавка Сновидца - Юрий Окунев"

с трудом держали бизнес на плаву, позволяя платить вам «стипендии», как выразилась наша завсклада? Вы будете тосковать по этому?

— Это наш дом, — просипел Нестор. — У дома может протечь крыша, появится пробоина в борту. Но пока команда во главе с капитаном борются за судно, у него есть шанс.

Он медленно подошёл ко мне, покачиваясь, словно на палубе в штормовую погоду. Положил руку на плечо.

— Дементий, они, — он кивнул назад. — Точнее мы. Да, мы, слишком уважаем твоего отца и наследие твоих предков. Поэтому просто не имеем право уйти позже тебя — капитан покидает судно последним.

После чего молча вышел и захромал на склад, расталкивая коробки с документами. Валентина Павловна демонстративно села за стол и начала доводить до ума документы. Михаил сделал несколько глотков кофе, вздохнул.

— Пройдёмся, покажу, что и как.

В итоге я узнал, где у нас есть две тележки для ящиков, набор инструментов хорошего качества, огромный распределительный щит на складе, из которого выбрана половина проводов, что из двух генераторов стабильно работает только один и не в совсем нужной фазе, что люстра на входе лавки вполне себе горит и вызывает восторг, как у Андрея, так и у случайных покупателей в этот момент. Через пятнадцать минут селфи счастливчиков собирало кучу лайков, а у нас спрашивали, как доехать. Невовремя.

В коридоре и моём кабинете заглянули в сетевые шкафчики, посмотрели, где сеть, а где запасные кабеля. Но больше всего времени мы провели в машинном зале. Ксения уже ждала меня и было обрадовалась, когда я зашёл, но мы попросили у неё десять минут. Она покачала головой и пошла к «душе» перепроверять свои инструменты.

— Вот здесь у нас основа для мостового крана. Его сняли, но выводы питания, крепления — на месте. Вдруг вы решите прикупить кран, — в голосе Михаила проскользнул сарказм. — Вот основные линии для машины снов, вот — запасные, спрятаны под доски в специальные ниши. Во многом Буря живёт на своей энергии, но иногда полезно подпитывать её. К тому же практика показала, что с подключёнными проводами она работает стабильнее.

«Наверное потому, что она сама по себе электричество», подумал я, стараясь запомнить всё, что рассказывали. Уже жалел, что не взял блокнот.

— Ну и несколько артефактов прошлого, — Михаил подошёл к дальней стене. — Вот этот рычаг — обрубает свет во всём здании. Этакий предохранитель на всякий случай. Но нужно человек пять, чтобы сдвинуть его в места. А вот это — змеиная сеть, — он указал на ветвистую, похожую на дерево, структуру из проводов разных серебристых цветов.

— Красота. Хотя всегда считал это деревом, а не змеёй. А для чего оно? — даже сквозь боль в голове эта штука вызывала интерес и симпатию.

— Да чёрт его знает, — недовольно сказал Михаил. — Действительно, выглядит красиво. Судя по документам — сделано пару сотен лет назад, антиквариат.

От слова «антиквариат» у меня аж скривило лицо — слишком многое в этой Лавке можно было отнести к нему. И не всегда это было хорошо.

— Снять можно?

— Не сомневался, что вы спросите, — явно сомневаясь в моих умственных способностях и моральных качествах ответил инженер. — Сделано на совесть, вбито в кладку. Плюс — часть кабелей под напряжением, но они так лихо скручены между собой, плюс идут непонятно куда.

— Мы на это тратим деньги? — вспомнил я закрытый долг за электричество.

— Нет, в сумме почти ничего не набегает. Проверяли несколько раз с мастером Григорием. Мелочь.

— Что-то ещё? — уточнил я, когда Михаил замолчал, сжимая губы.

— Не верится, что вы так быстро отказались от этого, — он обвёл руками помещение. — У вашего отца бывали иногда проблемы с решением базовых задач, но он не старался. А вы, показывая то, что мы видели — и не надо говорить про напряжение, плохое освещение и прочую ерунду. Я инженер, а не суеверный моряк. И несмотря на всё это — вы сдались. Даже не попытались.

Больше он ничего не сказал, ушёл собирать вещи. Я же подошёл к машине с противоположной от Ксении стороны, тяжело сел рядом, упёрся спиной в край огромной шестерёнку. Пульс машин был спокойным, ритмичным. Лишь иногда она сбивалась и потом будто бы удивлённо, пыталась наверстать упущенное.

— Что-то у вас не складывается, — голос Ладной вывел меня из задумчивости, близкой ко сну. — Я так поняла, завтра продаёте?

Я безразлично пожал плечами.

— Жаль, красивая. Сейчас таких не делают. Кому? — и сама себе ответила. — А кому здесь ещё можно продать. Пинчу, да? — Я кивнул. — Тогда не удивляйтесь, если вас уволят или вообще кинут, по поводу, который вообще не имеет к вам отношение.

— У меня сделка с Абрафо.

— Сыном? Яблоко недалеко от яблони падает. Тем более, пока жив Пинч-старший, всеми вопросами рулит он. Может нафиг оно? Сделаем вид, что не сработало, откажетесь от продажи? — предложила Ксения.

— А тут у меня сделка с Пинчем. Что я сделаю в срок. — И сжав голову в руках, прошептал сам себе — Кто меня за язык тянул?

Вот сейчас у меня впервые пробежало сомнение: а правильно ли я делаю? Одобрил ли бы мой поступок отец? Или хотя бы мать. Последнее я решил проверить.

— Ещё пять минут и начнём.

Я вышел из машинного зала, увидел у себя на столе три заявления — что это они я даже не сомневался.

— Подпишу позже.

Забрал телефон, сказал Андрею, чтобы закончил пораньше сегодня. Тот грустно кивнул, понимая.

— Как там твоя сестра? — равнодушно спросил я. Надеюсь, что вышло равнодушно.

— Не знаю, пару дней не была дома. Говорит, работы много, практика.

— Ясно. — Интересная у неё практика. Куда же или на кого же она работает? Ответ напрашивался сам собой, но верить не хотелось в силу его очевидности.