Читать книгу - "Кольцо - Стивен Бакстер"

- Рада за тебя, - сухо сказала Луиза. - Их должно быть восемь - раньше дальше Каллисто было восемь. Маленькие, неправильной формы: вероятно, захваченные астероиды. Внешние четыре из них были ретроградными, двигаясь назад по сравнению с собственным вращением планеты.

- Я удивлена, что какие-либо спутники пережили разрушение планеты.

Луиза пожала плечами. - Самый удаленный из внешних спутников находился в ста пятидесяти радиусах Юпитера от него, прежде чем планета взорвалась... помни, даже Каллисто выжил, находясь всего в двадцати шести радиусах от нее. - Орбиты уцелевших спутников, конечно, были искажены в результате происшествия с Юпитером; взрыв рассеял их ударом гравитационных волн, и теперь они кружили вокруг своего разрушенного родителя по орбитам с большим эксцентриситетом, подобно птицам, потревоженным подземными толчками.

В пределах орбиты Каллисто не уцелело ничего.

Теперь, когда капсула пролетала над полюсом, кольцевая система Юпитера развернулась перед Луизой подобно огромному полу, бесконечно плоскому и испещренному полосами теней.

Эта новая кольцевая система, обломки миров, лежала там, где когда-то была экваториальная плоскость Юпитера - плоскость, некогда занятая исчезнувшими спутниками. Каллисто все еще лежал в экваториальной плоскости, терпеливо кружа вокруг планеты-гиганта сразу за пределами системы колец, так что диск из материала колец - если бы он растянулся так далеко - аккуратно разделил бы Каллисто пополам.

Кольцевая система не заканчивалась резкой внутренней границей, как у Сатурна. Вместо этого кремовый, сглаженный материал тянулся внутрь - эта система на самом деле была скорее диском, чем системой колец, медленно осознала Луиза. По мере того, как ее взгляд приближался к центру, текстура диска медленно менялась - Луиза увидела, что она становится более грубой, с узлами высокой плотности, закрепленными на поверхности вспенивания, вращающимися по замкнутым кругам, заметно кружащимися.

Рассеянный солнечный свет окрасил всю конструкцию в малиновый цвет.

Кольца были почти безликими - невыразительными, без сложных цветов и переплетений, характерных для системы Сатурна. Луиза вздохнула. Гравитационное взаимодействие спутников придало кольцам Сатурна их фантастическую структуру. Проблема заключалась в том, что оставшиеся спутники Юпитера просто не справлялись с задачей влияния на кольца. Для бедного, мертвого Юпитера только одна темная полоса отмечала орбитальный резонанс самой Каллисто.

Теперь центр диска-кольца возвышался над резким горизонтом Каллисто. Луиза могла ясно видеть неоднородности, клубящиеся вокруг геометрического центра диска, извивающиеся по своим переполненным, извилистым орбитам. Но сам центр диска был непримечательным - просто более яркое пятно, вращающееся вместе с остальной частью диска. Это было как-то неприятно, как будто чего-то не хватало.

Голос Прядильщицы звучал разочарованно. - Я ничего не вижу в середине. Там, где раньше была планета.

Луиза усмехнулась. - Вряд ли ты этого ожидала. Черная дыра с массой Юпитера имела бы диаметр всего двадцать футов или около того...

- На более высоких частотах можно многое увидеть, - вмешался Марк. - Рентгеновский снимок и более высокие...

- Ближе к сердцу системы у нас есть настоящий аккреционный диск, - продолжил он, - материя сильно нагревается, прежде чем упасть в саму черную дыру. Она небольшая, но там много структуры, если посмотреть на нее в правильных диапазонах.

Прядильщица с видимым рвением поправила панель на лице, и Марк объяснил ей, как исправить настройки. Вскоре глаза Прядильщицы снова приняли тот расфокусированный вид, когда они приспособились к улучшенному изображению.

Луиза оставила свой собственный визор у себя на коленях; черная дыра и ее огромное молочно-белое кольцо достаточно угнетали ее в видимом свете.

Новая кольцевая система Юпитера, с ее мягкой бледностью и теснящимся водоворотом в центре, была далека от красоты на любой длине волны. Было слишком очевидно, что это место крушения, разрухи - разрухи, которая явно продолжалась, поскольку черная дыра вгрызалась в свой аккреционный диск. И, на взгляд инженера Луизы, система с ее пустым центром выглядела чем-то незавершенным, временным. В этой системе не было души, думала она, не было равновесия в масштабе колец: по сравнению с этим кольца Сатурна были украшением, ожерельем изо льда и камня на шее и без того прекрасного мира.

Прядильщица повернулась к ней, ее глаза в очках были скрыты лицевой панелью. - Все это похоже на водоворот, - сказала она.

Луиза пожала плечами. - Полагаю, да. Водоворот, окружающий дыру в пространстве-времени.

- Водоворот газа...

- ... газ, камень и водяной лед: кусочки разрушенных миров...

Луиза начала рассказывать Прядильщице веревок об исчезнувших спутниках Юпитера. Она вспомнила Ио с его вулканами высотой в сто миль и их жерлами, его окрашенную серой поверхность и окружающий его тор из подпитываемой вулканами плазмы; она вспомнила минеральные рудники Ио, приютившиеся в тени огромного вулкана Баббар Патера. Она рассказала Прядильщице о Ганимеде: размером больше Меркурия, покрыт множеством кратеров и геологически богат - самый стабильный и густонаселенный из всех спутников Юпитера. И о Европе, с покрывающей слой жидкости под собой шаровой ледяной оболочке с яркой гладкой поверхностью, постоянно обновляющейся в результате таяния и тектонических напряжений. Европа, возможно, была яркой предшественницей нынешнего сглаженного трупа Каллисто.

Миры, все населенные - все исчезли.

Луиза горячо надеялась, что у людей было время эвакуироваться со спутников до окончательной катастрофы. Если нет, то, при дрейфе по орбите Юпитера среди обломков камня и льда, из которых состояли эти кольца, там будут встречаться остатки человечества: осколки разрушенных домов, детские игрушки, трупы.

Прядильщица подняла лицевую панель и потерла глаза. - Я думаю, мне бы хотелось увидеть Юпитер с его спутниками и всеми этими городами... Возможно, Юпитер можно было бы спасти. В конце концов, ты сказала мне, что взрыв, должно быть, занял тысячи лет.

Луиза удержалась от саркастического ответа. - Да. Но извлекать черные дыры из сердца газового гиганта, очевидно, было слишком сложно даже для людей, живших на много тысячелетий позже моего времени.

Юпитер был разрушен действиями Друзей Вигнера.

Друзья были людьми-повстанцами из будущего, оккупированного кваксами, которые бежали назад во времени через туннель времени Майкла Пула.