Читать книгу - "Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская"

от жара кулону стоявшей перед ним всадницы.

И последнее, что услышал архангел, был шепот Самаэля:

— Ты свободен, раб. Ты наконец-то свободен…

Михаил умер и растворился в воздухе. Белый пух накрывал кругом землю и взлетал от шагов зверей и существ вокруг.

Настя слезла с оленя, и живая броня покинула ее, уползая в землю, а духи леса, молча понюхав ей по очереди лицо, ушли.

Она повернулась с пылающим мечом к Самаэлю, который в тот момент стоял на коленях, глядя на свои руки, в которых только что лежал Михаил.

Словно на самом деле услышала она голос Азазелло: «Ты можешь выжить, если он умрет». Казалось, убить его сейчас проще простого. Он безоружен перед ней. Искушение было велико. Он поднял на нее глаза, и она почувствовала, что демон знает, о чем она думает. Но он ничего не делал. Она чуть отвела меч в сторону, замахиваясь. Самаэль не двигался. Пожалуй, он даже рад такому исходу. Черные кудри падали на его лоб. Он ждал, не сводя с нее карих глаз с золотыми искрами. Настя протянула ему руку, помогая встать.

Последняя запись в дневнике Насти:

«Я могла его убить. Могла изменить судьбу. Но мне это казалось неправильным. Я люблю его. Люблю того, кто пробивается золотыми искрами в его глазах, того, кто стоит за его словами и поступками. Я люблю ангела в нем. И люблю демона. Он вечен, может, несмотря на линии судьбы, чуть заметные на его ладонях, я бы и не смогла этого сделать. Но он ждал покорно моего выбора. И я выбрала его. Снова.

Я не знаю, что ждет нас в будущем. Мы решили вернуться в Москву на пару дней: Ноктурна не спешила появляться, а тем временем сюда слетались все агенты. Может, это мои последние дни. Но я бы ничего не поменяла. Я бы все равно убила архангела и помогла подняться демону».

ГЛАВА 10

— Говорят, когда гибнет архангел, небеса плачут, — прошептала Лика на ухо Насте, когда они ехали по шоссе в Москву.

Что ж… небеса рыдали. Из-под колес встречных машин расходились грязные волны. Все было размыто в серой мгле. Как раз под настроение.

В особняк графа они вернулись не все: Дуняша и ее семейство поехали домой, а Ролан отпросился забрать и привезти Наташе кое-какие вещи. Девочка захотела остаться с Габриэлем и Настей. В особняке было уютно и тепло, подали обед.

— Я давно хотела спросить тебя, — подошла Настя к графу после обеда, когда он в задумчивости точил свои мечи, — кто все эти молчаливые слуги?

— Мои рабы, — невесело усмехнулся он. — Не всем, знаешь ли, так везет, как тебе. Иногда я забираю души. И если они совсем никуда не годятся, то становятся просто слугами.

— Ясно. — Настя потопталась и ушла, теребя в задумчивости кончик косы.

Демон усмехнулся и вернулся к мечам.

Она вернулась.

— А зеркала?

— Какие зеркала? — не сразу понял он.

— Те, что у тебя в подвале, в Венеции.

Он молчал, обжигая ее взглядом. Настя терпела: любопытство было сильнее. Наконец он, поборов желание посадить ее к себе на колени, взглянул на меч. В отражении стали он поймал ее губы, чуть приоткрытые, словно просящие того же, чего жаждет он. Демон снова и снова спрашивал себя: когда, в какой момент искуситель стал искушаем сам?

— Есть вещи, которые тебе лучше не знать, Настя.

Она опустила глаза и смиренно кивнула. И опять выплыла из комнаты.

Он отложил мечи. Заниматься оружием не хотелось. Перед глазами снова встало поле боя и Настя с пламенеющим мечом. Белый пух падал на ее распущенные и разбросанные по плечам волосы, лицо измазано в земле, а зеленые глаза смотрели на него пристально, взвешивая его уязвимость. А он был уязвим в тот момент. Рядом с ней он всегда чуть более смертен, чем обычно. Существовала надежда, что Ноктурна тоже.

— Господин граф…

О да, похоже, к нему сегодня паломничество блондинок…

Самаэль жестом пригласил Лику сесть в кресло рядом. Ангел села. Она нервничала. Он вздохнул и улыбнулся.

— Что ты хотела спросить, Лика?

— Настю накажут за убийство Михаила?

— Не думаю. Наказывать некому. Ты же знаешь… Он давно уже не интересуется тем, что делают ангелы.

— Но архангел! Это же архангел! — Лика потрясла головой. — Он может и покарать ее.

— Забыла? Он в игре, потому что прислал ей кулон, Лика. Он не отдал его Михаилу. Он знал заранее, что Михаил захочет ею обладать. Он знал, что я этого не позволю. — Наклонившись к ней, он слегка прикрыл ее сцепленные вместе кисти своими широкими ладонями. — Не бойся за нее, мой ангел.

— Как ты можешь оставаться таким… спокойным? Где берешь силы? — Слезы потекли по ее лицу, и она наклонила голову.

— Там же, где и все. В своем упрямстве. Эй, — он приподнял ее лицо, — не плачь, мой ангел, ведь пока все идет неплохо. Мы избавились от Михаила, и, возможно, кто-то из ангелов захочет помочь нам. У нас на одного врага меньше и, может, на пару воинов больше. Настю никто не покарает. Если нужно, я возьму гибель Михаила на себя. Ведь это я держал архангела, пока она его убивала.

Лика содрогнулась. Она смотрела прямо в глаза демону, они сидели очень близко, наклонившись друг к другу, а пальцами он ласково вытирал ее слезы, держа лицо в ладонях.

— Я не помешаю?

Ангел и демон одновременно повернулись к Диего. Глаза оборотня метали молнии, но, казалось, этого никто и не заметил.

— Спасибо, господин граф. Дам вам поговорить. — Лика вышла из комнаты.

— Давай присаживайся. — Граф Виттури указал Диего с усмешкой на ее место. — У меня, похоже, сегодня вечер задушевных бесед.

Но Диего не торопился слушаться. Он был страшно зол, поэтому говорил, едва сдерживая гневный тон:

— Звонила Дуняша. В московском агентстве кто-то побывал, офис разорен. Карл и Клара уже едут к нам.

Граф Виттури встал.

— Тогда нам с тобой надо подняться на крышу.

— На крышу? — не понял Диего.

— Именно, — мимолетно улыбнулся демон. — Следуй за мной.

Выход из мансарды на крышу дался Диего нелегко: было скользко, дождь здесь, наверху, казалось, бил сильнее, а серая мгла над городом, который еще недавно изнывал от жары, казалась вечной и вводила в уныние. А вот графу Виттури и покатая крыша, и дождь были нипочем. Он легким шагом подошел к самому краю.

Диего вытер мокрое лицо и хищно уставился ему в спину. Мало того