Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

Аким глянул на него, и про себя злорадно усмехнулся, взгляд Малькова рассеянный, мутный, словно он болеет неделю, бравый сержант уже не такой уже и бравый.

Но злорадствуй, не злорадствуй, а вопрос был серьёзный: ну нашли они это существо, а дальше что? Как к нему приблизиться, чтобы рассудка не терять?

Аким почесал затылок, и быстро глянув на женщину, что кажется, стала ещё бледнее, произнёс:

— Лодку с Пановой вывести из зоны действия…

— В этом нет необходимости, — пролепетала она так тихо, что Саблин даже не взглянул на неё и продолжал.

— Сами наденем шлемы, всяко экран будет, подойдём ближе, найдём, и попытаемся, те, кто смогут, пойдут на контакт, — он постучал себя по поясу, на котором висел вибротесак.

— А подпустит оно тебя так близко? — сомневался Мальков.

— Ну, значит, постреляем немного. Подраним и подойдём.

— Главное друг в друга не пострелять, — скептически заметил сержант.

— А у тебя коптер для этого имеется, запускай, чтобы знать, где она. На коптере Панову оставим, ты на одной лодке, я на другой, с двух сторон к жабе подъедем, главное обездвижить её, а там я уже попытаюсь сам…

— Ну, — Мальков быстро взглянул на женщину, видимо ожидая её реакции, но она так и сидела с кружкой в руках, на вид больная и лицом бледная, и он продолжил: — ну давай.

Саблин и не думал, что всё у них получится, просто предложил вариант.

И вариант не сработал. Да, шлемы помогли, как он снял маску с очками и надел шлем, словно из адской жары в прохладу вошёл. Металл экранировал и электромагнитные волны, а система связи обрезала запредельные звуковые колебания, но вот видимость в шлеме стала плохой, по панораме плыла рябь, да такая, какой Саблин не видал, даже когда попадал под действие китайских станций РЭБ (Радио Электронной Борьбы). И звук тоже был так себе.

С Пановой оставили двух солдат, один из них «сел за штурвал» дрона, это был радиоэлектронщик Вальцов. Второй остался на руле. Сама Панова не возражала, сил для этого у неё не было, и Аким даже был рад этому. Пусть сидит и не лезет.

В общем, дрон нашёл это существо. И лодки двинулись к нему с двух сторон. Шли не спеша, как тут поспешишь, если с закрытым забралом ты половины не видишь из-за ряби на панораме, а с открытым, у тебя голова начинает раскалываться прямо с момента его открытия.

А тварь о них уже пронюхала. Сержант предположил:

— Может она дрон увидела?

— Нет, она свою эту трещотку раньше запустила, мы уже вплыли в зону её поражения. Она знала, что мы плывём. — Не согласился с ним Саблин.

Не верил он, что жаба так проста. Уж он-то знал, что это крайне опасное существо.

— Да, — вдруг подтвердила его слова Панова, — этот её агрегат, генерирующий волны, энергозатратен, он всё время включен быть не может, видимо, она нас услышала раньше, чем мы обнаружили её.

— Да, думаю, она стала на нас охотиться раньше, чем мы на неё, — согласился Аким. — Ну да, ладно, сейчас глянем, кто на болотах хозяин.

— Побежала, — говорил радиоэлектронщик, стараясь не потерять её из вида. — На запад пошла.

— Чётче говори и громче, — кричал в наушниках сержант, — приём плохой. Половины не слышно.

— Есть — чётче, — тоже стал орать Вальцов, — урядник, к тебе идёт.

— Говори, где, — произнёс Саблин, давая знак солдату, что сидел на руле, прибавить газа, — говори всё время, где она.

— Островок, небольшой, сто пятьдесят метров от тебя на юг.

— Иду туда. Подойду к нему с запада.

— Я обойду его с юга, — сказал Мальков. — Ты видишь её, Вальцов?

— Вижу, плохо, она под акацией, только тепловизор слегка берёт, на контрасте.

— Не теряй!

— Есть — не терять.

Лодка Саблина подходила всё ближе к нужному месту:

— Правильно иду? — Спрашивал он у Вальцова.

— Она у тебя прямо по курсу.

Аким уже видел среди пучков рогоза растущего вдоль протоки кусты акации, значит там твёрдая земля. Там она. Он даже проверил машинально, на месте ли вибротесак, но до этого было слишком рано.

Саблин хотел проверить, он подумал, как ему к ней подойти, если на панораме рябь и открыл забрало. И тут же как жаром в лицо полыхнуло, сразу заболели глаза, заломило виски. Сразу вспомнились все те ощущения, что испытывал он там, на том острове с большим камнем, когда он уже прощался с жизнью.

Нет, так не пойдёт, он поспешно закрыл забрало. Придётся идти к ней полуслепым. Ничего, дрон её видит, авось подскажет, где она. Он уже различал островок, видел кусты, и пробирался на нос лодки, чтобы сразу спрыгнуть на берег когда лодка коснётся земли.

И почти в эту же секунду, Вальцов закричал:

— Встала, пошла, побежала, бежит на юг. Урядник, уходит от тебя.

— Держи её, — говорил Мальков, — не выпускай из вида.

— Есть — не выпускать, — отвечал радиоэлектронщик, и тут же добавил, — не вижу её, нырнула в воду.

Саблин уже готов был выпрыгивать на берег, но остановился. Он поднял голову и в небе различил дрон. Ряби на панораме не было, и приём звуков стал отличный.

— Ну, и теперь она где? — Спрашивал сержант.

— Не могу знать, не вижу, — отвечал Вальцов.

Аким открыл забрало, осмотрелся, и сказал солдату, что сидел «на руле»:

— Давай-ка на юг поедем, и побыстрее.

— Есть, — ответил тот, и лодка мимо острова понеслась на юг. И как подтверждение его правильного решения тут же в наушниках раздался голос радиоэлектронщика:

— Точно, вижу, на юг от вас пошла, вылезает на берег, сто пятьдесят метров от тебя, урядник.

Саблин и сам почувствовал, что эта тварь вылезла из воды: как по щелчку пальцев сразу заболела голова. Он закрыл забрало и сказал:

— Поднажми.

И лодка, хоть и была большой, полетела по воде к острову, где пряталось существо.

— Видишь её? — кричал Мальков. Его лодка тоже летела невдалеке.

— Вижу, прячется в кустах. Сержант, вы тоже идёте правильно.

Саблин командовал:

— К берегу, левее. Ещё левее, видишь? Туда, где спрыгнуть на берег можно.

Солдат направил лодку к удобному, не заросшему рогозом, участку земли. И когда лодка едва коснулась грунта, Саблин сразу выпрыгнул из неё:

— Где она?

— Шестьдесят метров на запад от тебя, — говорит радиоэлектронщик.

Далековато спрыгнул, грунт — жидкое месиво, после дождей ещё не высох, ботинки до половины голени уходят в грязь, тростник сплошной стеной, приходится продираться.

— Правильно иду? — спрашивает Саблин, так как почти ничего не видит. Мало того, что рябь на