Читать книгу - "Бастард рода Неллеров 1-11 - Серг Усов"

— Степ.

— Так, Берта, а вот плакать не нужно. Ты ведь сильная магиня, а в сильной магии сильный дух.

Глава 8

Почему для визита в Ямы мы выбрали поздний вечер? Ну, большей частью это была моя идея. Точнее, именно я поддержал этот вариант и на нём настоял. Дядюшка Андрей, вице-канцлер, баронет Василий Нарат и тётушка Ника считали, что лишние жертвы среди непричастных в бедняцких районах никого не удивят и в общем-то вполне допустимы. А вот прелат Курт оказался на моей стороне, всё же Создатель милостив, а мы должны стараться придерживаться его воли. Поэтому пусть торговцы закроют свои лавки на крепкие запоры, дети уйдут с улиц к родителям, да и все законопослушные подданные королевства, хоть они и не богатые, с наступлением темноты закроются в своих домах и случайно не окажутся на пути неллерских вояк и их помощников, пришедших по души бандитов Шипящего.

Мой отряд выдвинулся к Ямам последним. Со мной кроме лучших бойцов Эрика, он остановился на двух десятках, больше стали бы только мешать, все привлечённые к делу маги, включая примкнувшего к нам по собственному желанию баронета Риккарда Кастора. Этот белокурый красавец впервые увидел нашего лейтенанта-мага Алису в её изящном кольчужном доспехе и кажется забыл и о том, зачем он здесь сейчас, и вообще для чего его принц Филипп ко мне подослал.

— Судя по всему, здесь народ и ночью расходиться по домам не собирается, — говорит он за моей спиной миледи Паттер. — Можно было бы и не дожидаться сумерек.

Мы остановились на небольшой базарной площади, уже опустевшей, но в расположенном здесь трактире, похоже, веселье только начинается. Когда мы сюда въехали, с его крыльца отправился в полёт избитый в кровь пьяница, выкинутый из заведения двумя здоровыми вышибалами.

— Вы упрощаете, баронет. — хихикнула Алиса, кажется, ей внимание благородного красавчика нравится. — Слухи о нашем походе давно разнеслись, и границы, в которых мы будем действовать, всем известны. Посмотрите туда, в район Ям. Видите вы там кого-нибудь? Вот то-то. Все попрятались и под наши клинки не попадутся.

Да чего ты ему рассказываешь, Алиса? Он и так это знает, просто клеится. А улицы впереди реально мрачные в наступающей темноте, но уже не пустые, смотрю. Ага, вон, вдоль канала Сивоконя крадутся тени, это наши пятёрки выходят на исходную позицию. Заходить будут одновременно, куда двигаться, и где находятся группы ямских головорезов и воровского отребья, примерно известно. Впрочем, те тоже наверняка готовы, и нас ждёт немало неприятных сюрпризов. Я бы на месте Шипящего и его подонков тупо сбежал из города, ведь ясно же, что у них никаких шансов.

И преимущество в численности на нашей стороне, и превосходство в качестве имеющихся у нас профессиональных бойцов, и в вооружении, и в амулетах, и магов я собрал аж четверых, не считая меня самого. Немаловажно и то, что покровителей Сэма Гарта в ратуше, городской страже и королевской канцелярии Андрей Торский по своим каналам вычислил. Те разумеется поджали хвост и клятвенно заверили, что Шипящего знать не знают и будут только рады, если его колесуют, обдерут с него кожу живьём или с перебитыми костями скормят муренам.

Только ничего из этого Сэму Гарту не грозит. Неллеры за городом устроят ему свой суд. Баронета Ника настояла на оскоплении и посадке ночного короля Рансбура на кол. Специалиста в палаческих делах её супруг Митрий уже нашёл. Правда, я не спросил его, где, но так ли это важно?

А не сбежал он, как и его шелупонь, думаю, не из-за каких-то там понятий. Просто тем, кто родился в городских трущобах и порой вообще за пределами городских стен не бывал, в лесах не выжить. Умрут с голоду. Если выйдут на дорогу, то до первого же патруля королевских егерей или феодальных дружинников — и добро пожаловать на сук. Спрятаться же в других районах — быстро найти свою смерть от конкурирующих банд. Да и не позволил бы им этого никто. Вот и остаётся прятаться по щелям и пытаться отбиться внезапными ударами в спину. Увы, в кучу собираться они не станут, понимают, что так нам было бы проще их окружить и быстро всех перебить.

— Всё, начали. — сказал Карл, показав рукой на прячущиеся в густой, почти непроглядной тени заборов фигуры. — Одна, вторая, третья…

— Ты так все пятёрки будешь мне вслух считать? — прерываю друга со смешком.

Хотя, надо сказать, умение бандитов ниоткуда появляться и тут же исчезать в глубине кварталов Ямы, меня сильно удивило. Магии у них точно никакой нет, а такое чувство, что под плетением покрова работают. И ведь наших бойцов, входящих в пятёрки, кое-как научили действовать похожим образом. Не до конца конечно. Именно вояки и выдают перемещения групп — неуклюже прячутся.

Мы же отрядом верхом находимся в центре площади, что те три тополя на Плющихе, хотя нас два десятка. Больше здесь никого нет. Даже тот пьяница после полёта смог встать на ноги и бормоча проклятия зигзагами уйти в проулок справа от нас. То ли он был звездой трактирного веселья, но после того, как его вышибли, крики в заведении прекратились, перейдя в обычный для таких мест гул, сквозь который еле-еле пробивалась музыка.

Ох, тут ещё один гость нарисовался, и наглый ведь какой. Из-за скобяной лавки выбежал лохматый пёс породы русская дворовая, размером с овчарку, и бесстрашно разлёгся на краю площади как раз там, в каком направлении мы двинемся. Наглец однако.

Нет, собаки-то здесь имеются. Только их держат во дворах и чаще на цепи. Чтобы встретить вот так просто на улице, это редкий случай. В благополучных районах стража бродячих собачек убивает, чтобы никого не покусали. Бешенство тут среди животных не редкость. Бывает даже, что к нам в Неллер лесные коты и лисы как-то проникали, явно не здоровые. В бедных же кварталах бесхозных псов сразу же ловят и употребляют в пищу. Там вообще-то и крыс едят. Лет в семь лил восемь Степ с Ником, Валькой и Юлькой однажды заплутали и оказались в Заовражном районе, где вместо домов гнилые хибары, сложенные из чего попало, чуть ли ни из мусора, и видели лоток, с которого одноглазая страшная старуха, здорово тогда нас напугавшая своим жутким хриплым смехом, продавала крысиные тушки. И ведь покупали, Степ сам был свидетелем, даже цену до сих пор почему-то помню — восемь зольдов за тушку.

Этот-то пёс как выжил и дорос до взрослой