Читать книгу - "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

… Я так и не поняла герцога. Так и не разгадала. И, судя по всему, мои выводы о нем были ошибочными до самого конца. Ведь он сделал то, чего не должен был. То, что совершенно не укладывалось в мои представления о нем.

Я выдохнула, не стесняясь слез счастья, они неконтролируемо потекли по щекам. Слезы благодарности.

— Саворин… Спасибо! Благодарю вас…

Порывом — сейчас было не до сдержанности и мыслей о последствиях — я подошла к нему, обняла за шею и легко, искренне поцеловала в щеку.

— Нет, так не пойдет, Аленор, — усмехнулся он. И быстро, прежде чем я отпряну, коснулся губами моих губ.

Я не воспротивилась.

Один поцелуй перед вечностью. Даже чудовище заслуживает этого!

…Герцог целовал меня не так, как Ролар. Но и в этом можно было потеряться… В страсти — полностью контролируемой страсти — внезапной зрелой любви. Одновременно сдержанной и в то же время иступленной.

Можно было потеряться…

Хотелось отдаться этому и не пожалеть, ведь то, что может дать мне Виньялли, не может дать больше никто.

Главное — забыть потом об этом. Потому что здесь таилась главная опасность. Не в играх и насмешках герцога, не в его холодности и жестокости. Главная опасность таилась в его любви, от которой сложно будет отказаться… Ведь я и сама не заметила, когда начала отвечать на этот поцелуй.

Но в сердце резко взорвалось, словно вспышка, — Ролар. Казалось, где-то далеко затрубил дракон — в отчаянии и боли. Я увидела эту картинку перед глазами, а герцог перестал меня целовать. Провел рукой по моей щеке и отстранился.

— Иди, Аленор. И я буду ждать завтра, несмотря ни на что. Дальше решать тебе, — и отвернулся.

Снова смотрел в камин, как будто в мире не было ничего важнее скачущих языков пламени. И под его магическим взглядом они взлетали вверх, опадали, закручивались небольшими вихрями… Так обычный человек может крутить в руках бумажку, раздумывая, а герцог играл с огнем.

— Благодарю вас… — я не могла уйти, хоть сердце и образ дракона приказывали бежать, бежать прямо сейчас, сверкая пятками. Но я должна была сказать еще раз.

— Благодарю… Я этого не забуду никогда! И в другой жизни, при других обстоятельствах…

Герцог обернулся, сверкнул на меня глазами:

— Можно и в этой жизни, Аленор. Ничто не мешает. Иди. Я буду ждать.

И прежде чем его взгляд снова разгорелся до пожара, я кинулась к выходу. Закрыла за собой дверь и побежала по коридору. Не от герцога — скорее от самой себя.

***

С каждым поворотом мне становилось легче и легче. Свобода! Я получила ее. А значит, у меня и у всей моей семьи есть будущее. Вопрос лишь один — что теперь делать мне?

Я остановилась отдышаться, и в голове молнией сверкнуло единственное верное решение.

Уехать.

Уехать немедленно — прямо ночью или на рассвете. Потому что, если я останусь… слишком велик шанс, что завтра я приду на брачную церемонию. И подпишу все, что требуется…

А дракон вдалеке взревет в отчаянии, потеряв истинную пару.

И потому что… Я усмехнулась. Порыв прошел, эйфория чуть улеглась. Я поверила герцогу. Но на сколько часов, дней или недель хватит его благородства. Он ведь тоже действовал сейчас порывом. И кто знает, что он придумает, когда порыв пройдет?

А отец… слаб. Если поставить его в известность сейчас, он не даст мне так просто покинуть замок. И дальнейшие интриги герцога могут вызвать новую волну неприятностей.

Уехать. Прямо сейчас. Пока проклятие не работает, пока не появилось нового проклятия!

У себя в комнате я села и наспех написала письмо отцу, где объяснила все. Рассказала, что герцог сжег проклятие, что я опасаюсь его дальнейших интриг, и пока мне улыбается удача, покидаю Грейзо. И что мы обязательно с ним увидимся…

Велела ошарашенной Диане незаметно подкинуть письмо отцу под дверь, чтобы он прочитал его лишь утром. Попросила ее, как всегда, держать рот на замке и позвать ко мне Тори. Ведь я по-прежнему не собиралась ехать одна. Спутник мне понадобится, куда бы я ни отправилась.

В кармане я нащупала жемчужину. Что ж… Свобода свободой, а наверняка за мной и сейчас следят люди герцога. Пусть думают, что я куда-то послала Тори, например, с письмом к тетке. А сама выберусь из замка незамеченной, невидимой. И мы встретимся с Тори лишь в чаще леса, на тропинках, знакомых немногим.

Глава 26

Свобода! Неожиданная, опасная, долгожданная свобода. Она втекала в меня, взрывалась все новыми радостными искрами.

Знакомый с детства путь — сначала среди полей, потом по лесу — сейчас казался загадочной мистической дорогой, уводящей меня в новую жизнь.

Ведь эта свобода действительно была опасной. Кто знает, что ожидает меня? Сможем ли мы с Тори скрыться, избежать настоящей угрозы? И куда я, собственно говоря, собираюсь?

Окончательное решение об этом я откладывала на момент, когда мы с Тори выедем из леса с другой стороны и окажемся на границе графства. Но на самом деле я знала ответ.

Мой путь лежит туда… за полосу туманов. Я должна найти Ролара — как девушки из сказок, что пускались на поиски возлюбленных, проходили сотни дорог, стирали ноги, страдали от голода, холода и опасностей, но находили своих мужчин и обретали счастье. Ведь не все сказки были о нежных принцессах, похищенных драконом. Были и те, в которых принцесса оказывалась смелой воительницей и сама отстаивала свое счастье. Даже защищала любимого, отбивала его у жестокой судьбы!

Я улыбалась, когда въезжала в лес. Радоваться рано, все только начинается. Но пьянящее чувство свободы не покидало меня. И приятное предчувствие, что скоро, совсем скоро… я увижу Ролара. Откуда я знаю? Ведь чтобы найти его, нужно еще добраться до далекой страны драконов и неизвестно как в нее попасть? Но душа моя чувствовала, что встреча близка.

Я спешилась и аккуратно повела Перрино по тропинкам. Слишком рискованно ехать в темноте, ведь зажигать факел я опасалась, чтобы случайно не привлечь внимание. А свет двух лун и ярких звезд не пробивался сквозь сплетения ветвей.

Улыбалась… Улыбалась новой жизни и свободе. Улыбалась, вспоминая, как невидимая (с жемчужиной на шее) шла мимо стражи, боялась, что магия не сработает и меня увидят, и сердце билось громко, а я пыталась унять его, ведь и стук сердца могут услышать! Но все смотрели словно «сквозь меня» — это было необычно, непривычно… Но становилось смешно и