Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

радуги и их оттенки у иных. И лоскутками голубого пламени выделялись Маги: право на платье из голубой струящейся ткани — с первого взгляда даже трудно было понять, материя это или текучая вода, или просто часть бездонного синего неба над головой, — чистого, незамутнённого цвета, древнейшего родового цвета Хранителей имели только они. Не было оглушительных криков, славословия и прочих атрибутов беснующейся толпы, собравшейся неважно по какому поводу. Зато была тёплая, искренняя общая аура тысяч и тысяч Разумных, принимавших желанных гостей — Вечных Защитников от Вечного Зла, стражей звёздных дорог. А надо всем этим — купол ясного неба, ласковый солнечный свет, воздух, напоённый едва уловимыми ароматами и ощущение мира и покоя — покоя, который надёжно охранялся. Всё это звучало как гимн любви и жизни, Жизни, которая пробивалась миллионами лет через все тернии и муки, страдая, погибая, но возрождаясь снова и снова.

Тенэйя стояла чуть впереди, окружённая Главами фратрий и Магами своего личного отряда. Часть из них были её родичами, другие отмечены Владычицей за серьёзные заслуги — советники, воины и приближённые одновременно. Рядом с Хранительницей стоял высокий, крепкий, — не уступавший телесным совершенством никому из Алых, — седовласый Чародей, возраст которого явно перевалил за тысячу стандартных лет. В его глубоко посажёных тёмных глазах светились ум и сила, отвага и гордость. Эндар уже знал — это Босуэнт, муж и в какой-то мере соправитель, с которым Тенэйя прошла рука об руку сотни кругов через все передряги, кои встречаются на жизненном пути эсков точно так же, как у любого из простых смертных в любом из бесчисленных Миров Познаваемой Вселенной, и который по праву стал спутником Звёздной Владычицы, будучи выбран ею среди многих претендентов на её благосклонность. Эта пара совпадала — редкое явление, предел мечтаний любых Инь и Янь.

На полшага позади хозяйки домена стояли две молодые эскини (возраст Мага почти невозможно определить, но что-то неуловимое подсказывало, что им едва ли больше ста), явно похожие на неё саму. Первая — высокая, голубоглазая и светловолосая — вообще выглядела как почти точная копия Владычицы, а вторая, с волной длинных тёмных волос и серыми глазами… Эндар не успел толком разглядеть красавицу, потому что в этот миг он испытал ощущение, схожее с энергетическим ударом, — так бывает, когда вражеское оружие-заклятье пробивает Щит Силы. Мысли беспорядочно взвихрились, как цветочные лепестки под порывом ветра, и ему, многоопытному Воителю, разменявшему пятую сотню солнечных кругов и много чего повидавшему в этой жизни, стоило некоторого труда привести их в прежнее спокойное состояние. Причём Маг не ощутил ни капли магии, кроме той самой, древнейшей, стихийной и неподвластной, как правило, никому из Янь-Магов… Да-да, той самой магии, тайна которой (как считали некоторые) принадлежала к числу Предельных Тайн — Великой Магии Любви. "Высший Разум, что это со мной?" — подумал алый эск и тут же поспешно задёрнул сознание тонкой маскирующей вуалью, почти незаметной, дабы не обижать хозяев нарушением этикета и недоверием, — но не показывать же окружающим внезапно охватившее его смятение!

— Приветствую вас, Алые Воители! — Мелодичный, но полный скрытой до времени силой голос Тенэйи помог Эндару выйти из мгновенного замешательства. — Будьте нашими почётными гостями на Победном Пире. Отдохните немного после боя и дороги, и мы встретимся вновь в пиршественном зале моего дворца. Вас проводят в отведённые вам покои. — Волшебницы древнейшей магической расы свято соблюдали этикет.

— Благодарю тебя, Звёздная Владычица! — Эндар ответил ровно и спокойно, он снова полностью владел собой, от мгновенной сумятицы сознания не осталось ни малейшего следа. — Да будет мир и ясное небо всегда над твоими владениями. Я и мои товарищи с огромным удовольствием разделим с вами радость Победного Пира. — Алый Маг слегка наклонил голову, чётко следуя ритуалу таких встреч "на высшем уровне". Владычица повела рукой в приглашающем жесте, толпа расступилась, и уже ступая по покрытой плотным серебристым песком дорожке, Воитель всей кожей лица вновь ощутил странный мерцающий взгляд той самой темноволосой и сероглазой, что так его поразила…

Идти было недалеко. Дорожка-тропинка вилась между величественными деревьями, пышными кустарниками и высокими травами, среди которых разноцветными огоньками светились венчики дивных цветов. Солнечные лучи, дробясь в листве, складывались под ногами в причудливую мозаику, шевелящуюся и изменчивую. Голоса невидимых птиц складывались в умиротворяющую и завораживающую мелодию — казалось, что это звучат падающие под ноги идущих солнечные блики. "Именно так, верно, выглядит тот самый Рай, о котором рассказывают все без исключения древние религии бессчётных Миров…" — подумал Алый Маг, неспешно следуя за провожатыми по городу-саду. Конечно, эски могли бы воспользоваться каким-либо транспортом вроде диковинного зверя из легенд, или лететь сами, или просто переместиться в нужное место почти мгновенно, незначительным усилием воли. Однако зачем? Истинным наслаждением было просто шагать по этому тёплому песку дивного Мира, ощущая своё гибкое и послушное физическое тело и очищая сознание.

Стена из красноватого камня открылась за очередным поворотом тропки почти неожиданно. Несколько узких ступеней вели к арчатой двери, задёрнутой полупрозрачным, прошитым яркими цветными искрами пологом, будто бы сотканным из тончайших водяных (или воздушных?) струек.

— Мы пришли. — Провожатый поднял правую руку в приветственно-прощальном жесте, и Алые Маги ступили за порог, миновав неосязаемый дверной занавес. За ним открылся просторный зал овальной формы с тремя десятками расположенных по его периметру опять-таки арчатых дверей; только сами двери теперь казались сотворёнными из голубовато-белого тумана. Эндар повернулся к своим воинам:

— Ну что ж, у нас есть пара часов на то, чтобы передохнуть и привести себя в относительный порядок перед пиршеством. Вы устояли перед Детьми Хаоса, так неужели вы дрогнете перед чарами здешних Колдуний? — закончил он полушутливо, но тут вдруг с пронзительной ясностью понял, что это предостережение ему в первую очередь следовало бы адресовать самому себе.

* * *

Комната оказалась небольшой, но уютной. Мягкий полусвет струился прямо из стен; за огромным, во всю внешнюю стену окном шелестела листва. У правой стены располагалось роскошное ложе (из пуха? из снега?) с парой подушек и казавшимся невесомым одеялом. У левой стены стоял низкий столик с двумя мягко-упругими креслами, на столе устроились причудливой формы сосуд с рубиновым вином и ваза с традиционными дивными фруктами, сочными и мясистыми, дающими ощущение сытости без тяжести в желудке. Более в комнате ничего не было, но Эндар сразу почувствовал, что служебная магия этого места настроена на него, именно на него, и смог по достоинству оценить такт и вежливую заботу хозяев: зачем навязывать гостю то, что может прийтись ему