Читать книгу - ""Моридун" Артбук - Владислав Артурович Кузнецов"

Брак продлился недолго, муж умер от некоей неупомянутой в источниках болезни. Овдовевшую Екатерину её народ как правительницу не принял, вместо этого из монастыря вернулся её отец. Вот и говори о женской власти у ирландцев! Зато как раз на романо-бриттских землях мужа «королеву»-вдову приняли, и она стала вассалом Клотена Гулидиена. Её земли составляли примерно треть Диведа, так что — крупным вассалом! Сам Клотен приходился Екатерине тоже дальним родственником, и через два-три года женился на ней, а после смерти отца Екатерины, Риваллона, подсадил её на отцовский престол, местных уже не спрашивая.

Оба королевства унаследовал их сын, и они оставались едины три поколения, пока наступающее средневековье не добило позднеримскую экономику Диведа. Тогда, в начале восьмого века, под нажимом соседей королевства были снова разъединены: разделены между двумя братьями.

Набросок: на нём ещё нет дракона — его добавили поздней.

Глава 19

УШАСТАЯ ФЛАВИЯ

В холмах, родом из которых должно было быть существо… которое не было. Надпись можно подделать, но сиды не врут. Если сида говорит, что она не сида, то она не сида, значит, может врать, значит, верить надо не словам, а облику, и тогда она сида.

Всё вокруг продолжало двигаться — настороженный взгляд ушастой, обеспокоенный Клотена, ветка куста с резными листьями — отражения были словно в зеркале из серебра, злые и точные, но неправильные. Екатерина помотала головой — но даже ощущения хлещущих по плечам кос оказались чужими. Собственное дыхание казалось чужим, словно кто-то дышал за неё. Зачем?

Страшно не было. Страх тоже остался в ненастоящем мире снаружи.

Ушастая девочка сунула руки в фонтан — и швырнула Екатерине в лицо пригоршню прозрачного колдовского серебра. Сзади её охватили крепкие знакомые руки, знакомый голос жениха и сюзерена попросил и потребовал:

— Катилья, дыши.

Катилья — ласкательное от Екатерина в вульгарной латыни, которая в Диведе на VII-й век ещё жива и, в нашей истории, уйдёт примерно в восьмом, сохраняясь локально в общинах белого священничества и до более поздних времён.

Каменная ванна, в которую стекает струйка воды это фонтан. Так его понимали и видели, и это было не просто украшение внутреннего дворика, а аналог водоразборной колонки. В римских городах большая часть домов не имела проведённого внутрь водопровода, за это было нужно платить. Так что жители ходили с амфорами (или вёдрами) к фонтанам, которые были бесплатны. Этакий родник… питаемый из акведука. Акведук в Моридуне был, хотя совсем не такой величественный, как в Риме, Карфагене или Арле.

Сам дворик выполнен опять в позднеримско-византийским стиле в виде лёгкой аркады на колоннах, пилоны для более солидной поддержки там есть, но они внутри и на рисунке не видны.

На Екатерине — диадема, что подразумевает варварский титул королевы или цивилизованный — стефанофоры, «корононосительницы». Это реальный титул, который носили избранные главы городов, и отмечено ношение его женщинами, правда, в восточной половине империи. (В Милете, например, за долгие века римской власти женщин выбирали два раза). Какой титул носила Екатерина на деле — Бог весть, но в части романизированных владений наверняка не варварское «королева».

Набросок:

Версия 18+ имеется на бусти Александра Прибылова.

А здесь — «раскраска»:

Глава 20

ОДИНОЧЕСТВА

— Здравствуй, великолепная. Я Гарет Тригемин, тессерарий баллистариев. Благородный муж рядом со мной это Вендубар Гаста, сигнифер баллистариев.

Немайн догнали её новые подчинённые. Она официально пока в отпуске, но познакомиться-то надо?

Баллистарии это вовсе не прислуга осадных машин, а стрелки из тяжёлых, но всё же переносимых вручную… устройств. Ручные баллисты всё равно оставались тяжёлыми, так что баллистарии нередко оказывались или стрелками с запряжённым мулами повозок, или ездящей пехотой. Известно, что ещё Арриан упоминает необходимость учить всех кавалеристов стрелять из баллисты, что странно, если считать баллисту артиллерией. Если же это лёгкая, применимая с рук или с коня машина — дело другое.

Конных баллистариев упоминает Аммиан Марцеллин, как часть охраны Юлиана, и это, кстати, полностью соответствует применению конных арбалетчиков в позднем средневековье.

Ручные баллисты и баллистарии во Втором Августовом точно были, и археология подтверждает находки машин разных эпох и поколений.

К носимым вне боевой обстановки паннонским шапкам у баллистариев лентой прикреплены болты, что показывает их гордость за свой род оружия. Горизонтальные полосы на рукавах, скорее всего, означают принадлежность к младшему командному составу.

Набросок:

И «раскраска»:

Глава 21

ЕПИСКОПЫ

— Мастер защиты с мечом подобен такой концентрической крепости. Рвы — это не металл, это места. Круги, которые показывают уровень и тип угрозы, и определяют то, как следует защищаться. Первый и главный ров — это круг, описанный вокруг тебя остриём твоего меча в вытянутой руке.

Тот же дворик, деревянный тренировочный меч, и объяснение.

Здесь нужно отметить, что развитая гарда и стиль боя, в котором защита проводится и мечом тоже, в нашей истории оказался открыт незаслуженно поздно. В Римской империи это было обосновано. Солдат натаскивали на бой со щитом, гражданским ношение и применение оружия было запрещено. Больше того, было очень сильно ограничено право частных лиц производить любое оружие, кроме рабочих топоров и ножей.

В условиях же варварского нашествия ситуация вывернулась наоборот, и в пиршественных залах стояли, прислонённые к стене, щиты и копья.

В общем, наработки горожан раннего нового времени повторять было особенно некому и незачем. Были бы они полезны? Безусловно, да — но в первую очередь для самообороны лиц, имеющих право на ношение оружия в городе, либо тех, кому оно положено по статусу, и тем солдатам, у кого щит не всегда под рукой — баллистарии тут как раз одни из первых.

Усовершенствование же меча в подобие ранней шпаги с защитой руки и длинными квиллонами для парирования — не просто возможно, оно постоянно делалось.

Собственно рапирный хват овергард появляется как раз по времена Ираклия (отца Августины) и Хосрова: последний изображён на серебрятом блюде в сцене охоты именно с таким хватом, да и у мечей того времени появляются выемки у основания клинка для удобного размещения переброшенного через гарду указательного пальца. Естественно, это предполагалось проделывать в кольчужной перчатке.

Набросок: Немайн вообще оказалось сложно рисовать в фас. Нос у неё во всех версиях разный.

И «раскраска»:

Глава 22

ОБРЕТЕНИЕ МЕЧА

Немайн спрятала клинок в ножны, но вновь положила потяжелевший меч на вытянутые руки. Повернулась к храму — и чуть не уронила свою ношу.

Перед вратами храма, между алтарями императоров, помимо знакомого ей отца Луция, с которым и договаривались об освящении меча, стояли целых два епископа. По крайней мере, насколько Немайн могла судить по пастырским посохам.

Здесь меч уже настоящий, клинок и гарда в сборе. Немайн, правда, держит его за гарду, так что из новшеств видно только длинные квиллоны и