Читать книгу - "Пальто на голое тело - Ринат Рифович Валиуллин"

– С удовольствием. Я люблю страшные истории. Тем более нам здесь жить.

Оставив машину, Элла и Мефисто вошли в отель. Внутри он действительно напоминал казенное здание с былой роскошью. Белые стены, белый потолок с вензелями старинной лепнины, даже пол из белого кафеля. Вся эта чистота вызывала холодное чувство тревоги. Будто оформили морг в стиле барокко.

Они подошли к стойке регистрации, где их никто не ждал, кроме ключей. На стойке лежало два ключа от двух номеров: двадцать третьего и двадцать четвертого, у каждого из которых был брелок в виде стеклянного глаза.

– Интересно, здесь есть кто-нибудь, кроме нас?

– Не знаю.

– Судя по глазам, за нами будут следить постоянно, – указал на брелок Мефисто.

– Я прямо спиной это чувствую.

– А я ее продолжением, – усмехнулся Мефисто.

– А вы шутник.

– Это от страха.

– Я думала, вы ничего не боитесь, – посмотрела внимательно на глаза-брелоки Элла.

– Нет, не боюсь, просто иногда бывает страшно.

– А у меня все наоборот. Никогда не бывает страшно, но я все время чего-то боюсь.

– Это женское. Вам какой? – взял в руки ключи Мефисто.

– Мне голубой.

– Хорошо, тогда я возьму себе карий, – передал он Элле увесистый ключ от номера.

Элла и Мефисто поднялись по мраморной лестнице на второй этаж. Красная дорожка привела их к номеру Эллы. Пара остановилась в нерешительности. Наконец Элла отдала ключ Мефисто.

– Прошу, – открыл он дверь номера.

– Спасибо, – дала она Мефисто от ворот поворот. Хотя у Мефисто и мысли не было напрашиваться в гости. – Я приму душ и сразу лягу спать. Как я хочу спать!

– Понимаю, – улыбнулся Мефисто.

Элла исчезла за дверью своего номера.

Мефисто открыл свой, который находился напротив.

Номер был огромный. Внутри пахло свежим бельем и старыми книгами. Эти два запаха боролись между собой, словно библиотекарь с кастеляншей, и щекотали нос. Мефисто сразу прикинул, что раньше помещение принадлежало директору приюта. Вот приемная, вот кабинет, вот спальня, вот комната отдыха, вот гостиная, а вот и балкон – распахнул он двери балкона и вышел на свежий воздух.

Мефисто вышел на волю, будто – из себя, остановился, достал из кармана пачку сигарет и сунул одну из них себе в губы – «откуда у меня сигареты, я же не курю».

Мефисто посмотрел на луну, будто попросил прикурить, она молчала. Он порылся в кармане и нашел зажигалку, добыл огонь одним движением большого пальца. Затянулся. Сладкий дым окутал его мысли. Он вспомнил утро, когда так же вышел на свой балкон и увидел парочку, которая страстно целовалась у дверей дома напротив. «Полный рот поцелуев, как это прекрасно», – подумал Мефисто. У него полный рот дыма, он махнулся бы не глядя. Но все когда-то кончается, даже поцелуи, потом пытаешься найти хоть один, дежурный, – нет, пустота, оказывается, даже поговорить не о чем, вот где начинается самое преступление. Когда продолжаешь жить с нелюбимым человеком. Кто-то расходится мирно, кто-то уходит с ножом в спине, кто-то отползает контуженный с кровати на диван, чтобы зализать раны. Он еще плохо понимал, кого в этой паре ранило сильнее и за что убило. Почему женщины более решительны, как она могла на такое решиться? Женщины более решительны, потому что у них меньше времени. Полная луна освещала Мефисто и комнату. Свет ее был настолько ярким, что Мефисто взял провод и нажал выключатель. О чудо! Луна погасла. «Кто же эти люди, которые мне звонят? А может, и не люди вовсе». Он вошел обратно в комнату и закрыл за собой дверь, рот, сердце, глаза.

Проснувшись, она видит, что Мефесто клюет носом за рулем. Она снова кричит.

Второй сон Мефисто

– Ну что вы гнете наше знакомство так и сяк, дайте сюда, сейчас я его выпрямлю. Дайте сюда руль. Я не понимаю, зачем идти вокруг да около, когда можно рвануть напрямик, мы же просто теряем время. Точнее сказать, вы теряете, а я вынуждена его вместе с вами искать.

– Ну так же принято, сначала надо проверить чувства.

– О какой проверке вы говорите, вы что, из отдела контроля качества?

– Нет.

– Тем более что вы собираетесь проверять, как можно проверить чувства? Купите ли вы мне букет цветов? Заплатите за ужин или предложите пополам, проводите до дома и улыбнетесь на прощание, вместо того чтобы просто взять? Мы, как дураки, будем переписываться всю ночь – но, глядя на ваш малахольный и нерешительный вид, гораздо дольше – месяц, не меньше.

– Надо же получше узнать друг друга?

– Что вы хотите узнать? Из этих жалких писем вы все равно ничего не узнаете. Они как пожелтевшие листья осенью, события давно минувших дней, они прошлое. Пишут, пишут, а толку никакого. Дворник потом соберет все и сожжет. Пустословие. Зачем вам мое прошлое, если вы хотите просто трахнуть меня, извиняюсь за мой французский? Нике, кажется, по-французски – о, еще что-то помню. Был у меня один француз, неужели вы хотите что-то знать об этом? Нет, же? Вдруг начнете меня ревновать к моему прошлому, а это опять к листопаду, зачем вам эта осень.

– Нет.

– Ну хорошо, покажите, как надо.

– Вы смотрите на меня, глаза ваши горят, мои тоже. Вот где сила, вы меня хотите, я вас тоже. Вот где настоящий коньяк, зачем его разбавлять беседами, свиданиями, ухаживаниями?

– Смотрите, – схватила Элла Мефисто за шиворот пальто и поднесла его губы к своим. Чувствуете жар, вот он – вырывается прямо из сердца, вот он – настоящий пожар. Жизнь коротка, вот так надо жить.

– А как же прелюдия?

– Разве в этом поцелуе не было прелюдии? Там есть все – и прелюдия, и тридцать три свидания, и двадцать пять бывших, и тридцать четыре пирожных наполеон, а я очень люблю эти пирожные, тридцать четыре чашки кофе, сорок пять пожиманий рук, сорок пять тысяч знаков с пробелами – а это десять авторских листов, целый роман, хоть бери и отправляй в редакцию, пусть печатают, но кто же такое возьмет, все только об этом и пишут, в издательстве такого мешки. Или вы предпочитаете потом метаться по издательствам, чтобы кто-то напечатал? Ждать ответа. Хотя некоторые из читателей как раз такое и любят. Читать про чужие развития событий, хотя событий никаких нет. Слава богу, что мы с вами не из таких. Так вот дальше – пять походов в музей. Зачем нам, которые просто хотят переспать друг с другом, идти в музей? Зачем нам все это? Я хочу жить сегодня,