Читать книгу - "Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба"

class="p1">— Принято, капитан. В журнал внесено.

— Вот и хорошо, — протянула я, расслабившись. — Второму помощнику капитана Дальниру принять вахту навигатора. Жду расчет курса для прыжка. — Посмотрела на Искандера, ловя себя на том, что пока обходилось без мук совести, и продолжила: — Второму пилоту принять вахту. Прыжок по готовности.

Во всем, что происходило, был один положительный момент. Когда вернутся, Дарил и Тарас нам будут завидовать.

Когда вернутся… «Если» в этой фразе даже не звучало.

* * *

Около десяти тысяч лет тому назад…

Личный журнал капитана Тайраши… (Адаптировано ИР «Дальнира»).

Группы «Ворош» не существует. Мы появляемся незаметно, наносим удар в спину и исчезаем, чтобы оставить после себя страх.

Мужчин среди капитанов нет. Лиазе утверждает, что они слишком рациональны, Мириам поддакивает, пеняя на стереотипность мышления, которая не позволяет тем выйти за рамки привычной тактики.

Я не соглашаюсь ни с той, ни с другой. Просто… им еще есть ради чего жить, а нам уже ничто не мешает умереть. Поэтому мы и можем то, на что оказываются неспособны они.

В командном — я, молчаливый Джастин, пристроившийся у меня на коленях Тимка и незримо присутствующей частью себя ИР в качестве навигатора. Все остальные — в кают-компании, пытаясь решить задачку, которую я им подбросила.

Юл, который вроде как не имел к сложно структурированному разуму никакого отношения, подвизался там же. И Валечка. И даже Стас.

Их отсутствие меня в какой-то мере радовало, хотелось просто тишины.

В прыжок мы ушли сорок минут назад, впереди еще час десять. Выйдем — не выйдем…

Игорь не провидец, всего лишь интуитивщик, но он спокоен, а значит, спокойна и я, пусть и догадываюсь, что эта безмятежность майора всего лишь отражение его веры в меня.

Вопросом, что ему дает основания для этого, я не задавалась: верит — пусть верит.

— Капитан, — вызвал меня Дальнир, считая, что раз уж стал полноправным членом экипажа, то, как и остальные, обязан следовать протоколу, — снэг к сбросу готов.

— Принято, ИР. — Кинула взгляд на Джастина, тот… играл в хатч. Все с тем же вездесущим ИР. — Как думаешь, кто из нас прав: я или Шураи?

— Это вы про домонов, капитан? — посчитав, что обращаюсь я именно к нему, уточнил скайл.

Я сделала вид, что не ошибся. Кроме того что он — профи, о Джастине я мало что могла сказать.

— О них самых, — медленно поглаживая урчащего от удовольствия звереныша, подтвердила я.

Тот думал не долго.

— Он вас провоцирует, заставляет раздвигать границы собственного «могу».

— Вообще-то, я спросила про домонов, — заметила я, догадываясь, что кое-кто тоже принял решение.

Я не ошибалась, когда считала его весьма неплохим пилотом — он мало в чем уступал Тарасу, но в моем экипаже он лишь значился. Исполнял приказы «от» и «до», четко следуя понятию преданности, заложенному в него вбитыми во время подготовки правилами.

Последние события изменили его отношение не только лично ко мне, но и к тому, что мы делали.

— В отношении домонов дарон Шураи прав. Их образ мышления схож с нашим, это добавляет инерции, выставляет рамки.

— То-то ваши щитоносцы опережают аналоги по своим техническим возможностям лет на сто, — задумчиво протянула я. Не споря — просто подталкивая к дальнейшим откровениям.

— Рационализм мужчин нашей расы сбалансирован возможностями женщин мыслью преодолевать привязанность к планете, на которой они родились. Фактически скайлы, это — симбиоз двух видов, один из которых заперт в клетке, но способен летать, а второй…

— Интересно, почему домоны отказались от дома? — не то, чтобы перебила я Джастина, скорее, позволила себе высказать вслух неожиданно возникшую мысль. Все, что касалось его рассуждений о собственной расе, было интересно и… неожиданно, но не столь актуально.

— А вы уверены, что не интуитивщик? — едва-едва заметно улыбнулся скайл. В отличие от Искандера, проявлять эмоции он лишь учился.

— Я просто предпочитаю использовать свою голову по назначению, — усмехнулась я и тут же вернулась к вопросу, который мы обсуждали. — Значит, прав — Шураи, но…

— Но правы и вы, — правильно расценив мое молчание, продолжил Джастин. — И ваша догадка, что их настоящее — суть проблемы в прошлом, только доказывает это. Все, с чем они сталкивались на протяжении тысяч лет, укладывается в рамки законов мироздания. Они ищут новое, но это новое лежит в плоскости уже изведанного.

— А Летучий Голландец?

— Тогда уж, Летучий Дальнир, — поправил меня скайл. И опять, не эмоция — намек на нее. Удовлетворение. — Дарон Шураи прав, домоны слишком закостенели, чтобы единственный трюк был способен что-либо изменить. Вы — правы, что каждый раз меняя условия этой игры, добьетесь замешательства, которое будет направлено против них самих. Но и он, и вы ошибаетесь.

— И в чем же? — Я уже была рада, что скайл принял мой вопрос на свой счет.

— В недооценке влияния тех, кто находится рядом с ними. — Заметив мое недоумение, спросил: — А вы разве не обратили внимания на реакцию тарса?

Еще одна уступка вбитым в него принципам. Джастин признал возможным для себя принятый у нас стиль общения.

С одной стороны это хорошо… для меня, с другой — накладывало дополнительные обязательства. Он становился «моим», если придется возвращаться к другим, это добавит ему сложности. Скайл… Про инерцию он сказал не зря.

— Ты о злости?

Джастин качнул головой:

— О страхе.

— О страхе? — переспросила я, пытаясь сообразить, что именно он имел в виду.

— Он боится, что вы не справитесь. Как если бы положил на кон все, что у него было… — Я уже хотела возразить, но Джастин продолжил: — Когда он говорил про мистику, он имел в виду именно тарсов. У них и самаринян общее прошлое, благодаря которому они настолько похожи, что возникшие различия не просто удивляют, а, скорее, поражают. Десять тысяч лет и разный путь привели к неожиданному результату.

— Считаешь, что первыми отреагируют именно они?

Тот посмотрел на меня с интересом, но сказать ничего не успел.

— Капитан, их последний вариант — разобрать меня на эктоны.

— Держись, — усмехнулась я, — они просто тренируют твою выдержку.

— А если…

— У тебя есть единственный выход, — «подбодрила» я Дальнира, — выдать им еще более сумасшедшую идею. Они тут же забудут про твои эктоны. Хотя, — я сделала вид, что задумалась, протянула, словно не могла определиться, — может, они и правы.

— Капитан! — в возгласе ИР было напополам обиды и ужаса.

Веди я дневник, записала бы: «Галактика Изумрудная, шестые сутки полета. Бедлам набирает обороты, хватило бы топлива и косности мышления у