Читать книгу - "Три похищенных солнца. Расследования механического сыщика - Тимур Евгеньевич Суворкин"

нему девушку тащат. Ну а та, понятно, кричит, на помощь зовет. Ну я что? Сунулся туда.

– Как выглядела девушка?

– Да кто ж знает? Волосы вроде темные, респиратор тоже, а одета то ли в мундир, то ли в сюртук была, я разобрать уже не успел.

– Цвет?

– Серый, похоже. Там же дым, попробуй разгляди.

– Хорошо, дальше что?

– Дальше я в проулке оказался. Крикнул, мол: «Стоять!» – а тут из темноты третий прямо на меня как выскочит да как вломит мне, тут я с ног. Ну а они в локомобиль – и деру.

– Что-то не складывается. – Я нахмурился. – Вы вот так просто в проулок кинулись? В одиночку против нескольких? Или у вас оружие было?

Для меня не было секретом и то, что студенты закупают оружие, и то, что в каждом университете есть сейчас боевые дружины, которые часто отправляются за город, где практикуются и в стрельбе, и в совместных действиях на случай серьезной заварушки в столице.

Глаза Белосажина заметались, подтверждая мою догадку. Кажется, к задолжавшему булочнику студент направлялся вооруженный отнюдь не только добрым словом. Давить я не стал. Было не до этого.

Заставив себя сосредоточиться, я быстро заговорил:

– Бортовой номер локомобиля запомнили?

Студент только развел руками:

– Грязью был замазан.

Я внимательно посмотрел на Белосажина:

– Точно замазан? А может, не посмотрели просто?

– Господи, да что вы говорите такое? – Студент даже всплеснул руками. – Они мне половину зубов высадили, и чтобы я после этого на номера не посмотрел? Я же говорю: борт в том месте замазан был, густо притом.

Что ж, кое о чем эта информация тоже говорила. В последние годы генерал-губернатор начал заниматься проблемами транспорта и обязал всех владельцев локомобилей ставить их на учет, однако это новшество касалось пока только жителей Петрополиса. В остальной губернии локомобили еще продолжали ездить без бортовых номеров. Это значило, что люди, похитившие Нику, были из столицы.

Я продолжил задавать вопросы:

– Цвет? Модель?

– Черный он был, а модель, да понятия не имею. Я в них не разбираюсь. Большой.

– Грузовой?

– Нет, легковой. Но большой.

– Вы художник. Зарисовать можете?

– Ну давайте попробую. – Студент взял лист и набросал локомобиль.

У меня в руках оказался рисунок машины, очень похожей на серию «Е» Императорского Локомобильного завода. Эта модель была одной из самых массовых в Петрополисе, хотя по наброску сказать точно все равно было нельзя.

– И никаких больше примет?

Студент развел руками.

– Сколько было людей? Только трое или больше? Приметы. Какая одежда? Покрой респираторов? Рост. Цвет волос и глаз.

– Четверо их было. Водитель, двое, которые девушку тащили, и тот, кто мне врезал. А приметы, да какие тут приметы? Дым же. Люди как люди. Плащи темные, черные вроде, как у всех. Респираторы деловые. А рост не знаю. Не до этого было.

Стало понятно, что больше нам от Белосажина ничего не добиться.

Вытащив бумажник, я достал из него пятидесятирублевку и протянул парню:

– Спасибо, что вмешались.

Студент, увидев номинал купюры, округлил глаза:

– Да я не сделал ничего. Я не возьму.

– Человек, которого вы бросились защищать, мне очень дорог. Так что спасибо, что хотя бы попытались и хотя бы что-то смогли увидеть. Берите, я сказал, поправите зубы. Это стоит дорого.

Непроизвольно проведя рукой по разбитым губам, студент неуверенно принял деньги, я же достал карту района и попросил отметить место преступления.

Приютская улица находилась всего в паре минут ходьбы от дома Ники. Именно по ней девушка обычно возвращалась с работы. Место для похищения было выбрано идеально. Улочка тихая, в вечернее время почти пустая и едва-едва освещенная газовыми фонарями.

Проулок, где все случилось, и вовсе встретил нас непроглядной тьмой. Зажатый между лишенных окон стен домов, не освещенный ни единой лампой, он служил отличным укрытием от лишних свидетелей.

Мы шагнули в темноту. Ариадна усилила свет своих глаз, я же включил подаренный ею нагрудный ацетиленовый фонарик на полную мощность. Луч теплого света прорезал вечерний смог, бросая дрожащий круг на усыпанную щебенкой землю. Наклонившись, я пошел вперед. Ариадна двигалась рядом. Моей напарнице было куда легче: конструкция линз позволяла ей ориентироваться в дыму.

Неудивительно, что первую находку сделала именно она. Подозвав меня, Ариадна аккуратно, двумя пальцами подняла с земли папиросную пачку. Я осветил находку фонарем. Пачка была неначатой и, судя по состоянию, обронена совсем недавно.

Большая, из дорогого картона, золоченая сверх всякой меры, она несла на себе изображение идущего сквозь тучи огромного пассажирского дирижабля. Позади небесной машины летел крылатый бог ветра, подгонявший ее своим могучим дыханием.

«Папиросы “Зефир”», – гласило название пачки. Сверху шла меньшая надпись: «Высший сорт». В самом низу еще одна: «20 штук, цена 20 копеек».

– Дорогие папиросы, – констатировал я. – Стоят копейка за штуку. Среднему горожанину такое удовольствие не по карману.

Я опустился на корточки. Рядом с тем местом, с которого Ариадна подняла пачку, были капли крови и несколько выбитых зубов, без сомнения принадлежавших кинувшемуся на выручку студенту. Аккуратно убрав пачку в карман, мы пошли дальше.

Вот и подтеки грязной воды на шпалах, высохшие, но еще достаточно свежие. Мы нашли место, где стоял локомобиль. Достав батистовый платок, я опустился на колени и тщательно промокнул подтеки, беря пробу. Затем достал из плаща жестяную коробочку, что носил на подобные случаи, и убрал находку туда.

Ариадна опустилась рядом и бережно что-то подняла. Я посветил фонарем и увидел в ее руках несколько кусков засохшей грязи.

– Лежали около рельсов. Переулок засыпан щебенкой. Камни сухие, пыльные, покрытые сажей, пеплом и городским сором. Грязи здесь взяться неоткуда.

– Ты думаешь, ею был замазан номер?

– Без сомнения.

Я кивнул и, достав новый платок, упаковал улику.

Больше в переулке мы ничего не нашли. Пройдя его на всякий случай еще один раз и опросив живущих рядом людей, которые действительно слышали крики, но, увы, ничего не видели, мы отправились в сыскное отделение.

Когда мы вернулись, был уже восьмой час. Отделение опустело. В коридорах висела тяжелая тишина.

Пройдя в кабинет, я распределил обязанности. Ариадну попросил заняться Тучерезовым – нужно было разобраться, кто из его оставшихся на свободе людей мог участвовать в похищении. Сам же принялся работать с уликами.

Сперва я занялся масляными подтеками. Я сравнил их цвет с каталогом, прокапал пятно на платке щелочью, эфиром. Никаких открытий меня не ждало. Марка масла была весьма стандартной, без особых присадок. Каких-то загрязнений, что могли бы дать зацепку, тоже не наблюдалось.

Поняв, что не получу важной информации, я взялся за изучение образца грязи.